Европол отзыв. Идеально европол цена.;poolcleaner.ru Ручной пылесос для очистки бассейна цена

Лоис Макмастер БУДЖОЛД
Лабиринт

(Lois McMaster Bujold, "Labirinth", 1989)
Перевод (c) - Анны Ходош (annah@thermosyn.com) от 31.12.2003

<< Назад

фрагмент 11

Когда поступил следующий звонок, Майлз уже вернулся в рубку: в свежем сером с белом мундире, накачавшись аспирином против боли и контузии и держа в руках кружку горячего черного кофе в качестве противоядия от рези в покрасневших глазах.

Барон Фелл вовсе не разразился тирадой, как его сводный брат, а минуту молчал в видеокамеру, просто глядя на Майлза в упор. Майлз, зардевшись под его взглядом, был до крайности счастлив тем фактом, что успел привести себя в порядок. Итак, барон Фелл наконец хватился своей квадди? Связался ли уже с ним Риоваль и поделился ли хотя бы частью того параноидального недоразумения, что разжег в нем Майлз? Со Станции Фелла пока не запустили погоню. Или она стартует вскоре, или не стартует вообще. В противном случае, суда, способные догнать Ариэль, будут несравнимы с ним по огневой мощи. Если только Фелл не намерен попросить об услуге консорциум Домов, контролирующий скачковую станцию... Майлз почувствовал: еще минута этого тягостного молчания, и он начнет нести черт-те-что. К частью, Фелл наконец заговорил.

— Похоже, адмирал Нейсмит, — пророкотал барон, — что вы случайно или умышленно прихватили с собою нечто, вам не принадлежащее.

"И не одно", подумал Майлз, но слова Фелла, если Майлз понял его верно, относились лишь к Николь. — Нам пришлось спешно отбыть, — извиняющимся тоном объяснил он.

— Так мне и сказали. — В наклоне головы Фелла была ирония. Должно быть, он уже прочел рапорт своего незадачливого командира охраны. — Но вы еще можете избавиться от неприятностей. На мою музыкантшу есть оговоренная цена. Для меня нет большой разницы, отдать ее вам или Риовалю, если я получу свою цену.

Капитан Торн, занятый следящими устройствами корабля, передернулся под взглядом Майлза.

— Насколько я понял, цена, о которой вы говорите, - это секрет бетанского омолаживающего лечения, — уточнил Майлз.

— Верно.

— Э-э... гм. — Майлз облизнул губы. — Барон, я не могу.

Фелл повернул голову. — Командующий станцией, запускайте корабли преследования...

— Подождите! — закричал Майлз.

Фелл приподнял брови. — Вы передумали? Прекрасно.

— Дело не в том, что я не желаю ничего рассказывать, — отчаянно заговорил Майлз, — а лишь в том, что правда оказалась бы для вас бесполезной. Во всех смыслах. Однако, я согласен, что вы заслужили компенсацию. У меня есть другая информация на продажу вам, более ценная и представляющая более насущный интерес.

— Да? — проговорил Фелл. Голос его был нейтрален, но лицо - мрачно.

— Вы подозревали вашего сводного брата Риоваля в убийстве вашего клона, но не смогли связать с ним никаких улик, верно?

Фелл чуть заинтересовался. — Ни мои агенты, ни агенты Бхарапутры не нашли связи. Мы старались.

— Я не удивлен. Потому что осуществили это именно агенты Бхарапутры. — Ну, в любом случае, это возможный вариант.

Фелл сощурился. — Умертвили свою же собственную продукцию? — медленно переспросил он.

— Полагаю, Риоваль устроил сделку с Домом Бхарапутра, и те вас предали, — быстро заговорил Майлз. — Полагаю, сделка включала некие уникальные биологические образцы, находящиеся во владении Риоваля; не думаю, что одни деньги сами по себе стоили этого риска. Естественно, сделку провернули на самом высоком уровне. Не знаю, как они рассчитывали делить остатки Дома Фелл после вашей окончательной смерти - быть может, вообще не делить. Похоже, у них был некий отдаленный план объединения и установления монополии на биологические разработки Единения Джексона. Своего рода слияние корпораций. — Майлз помолчал, дав сказанному время усвоиться. — Могу ли я подсказать, что приберечь свои силы и доступные вам услуги против ваших врагов, вам, э-э, естественнее и насущнее, нежели против меня? Кроме того, у вас остались все наши кредитки, но мы забрали лишь половину груза. Не находите, что мы в расчете?

Фелл целую минуту сверлил его гневным взглядом. У барона было лицо человека, обдумывающего три мысли одновременно. Майлзу подобное ощущение было знакомо. Наконец барон повернул голову и процедил уголком рта. — Задержите корабли преследования.

Майлз задышал снова.

— За эту информацию, адмирал, я вам благодарен, — холодно проговорил Фелл, — но не слишком. Я не стану препятствовать вашему поспешному отбытию. Но если вы или любой из ваших кораблей появитесь в джексонианском пространстве снова...

— О, барон, — искренне отозвался Майлз, — держаться подальше отсюда внезапно стало одним из самых заветных моих желаний.

— Вы мудры, — проворчал Фелл и потянулся было разорвать соединение.

— Барон Фелл! — повинуясь импульсу, окликнул его Майлз. Фелл замер. — На будущее... это защищенный канал?

— Да.

— Истинный секрет бетанского омолаживающего лечения в том, что его не существует. Не попадайтесь больше на эту удочку. Я выгляжу на этот возраст, потому что мне именно столько лет. Делайте из этого любые желаемые выводы.

Фелл не произнес совершенно ничего. Мгновение спустя слабая, холодная улыбка тронула его губы. Он покачал головой - и выключил комм.

На всякий случай Майлз не двинулся с места, безжизненно оцепенев в углу рубки, пока офицер по связи не доложил, что диспетчер скачковой станции дал им окончательное "добро". Однако, по расчетам Майлза, Дома Фелл, Риоваль и Бхарапутра будут слишком заняты друг другом, чтобы интересоваться им, хотя бы на какое-то время. Переданная им враждующим сторонам информация, смесь правды и лжи, - каждому по его мере - была все равно что кость, брошенная троим голодным бешеным псам. Майлз почти сожалел, что он не может задержаться и посмотреть на результаты. Почти.

Спустя много часов после прыжка он проснулся в своей каюте, совершенно одетый, лишь ботинки аккуратно поставлены возле кровати. Он не помнил, как попал сюда. Кажется, его проводил Мьюрка. Если бы он рухнул спать самостоятельно, то, конечно, остался бы в ботинках.

***

Первым делом Майлз сверился у дежурного офицера, каково сейчас положение и состояние Ариэля. Все было так приятно скучным. Они пересекали систему голубой звезды между двумя скачковыми точками по пути к Эскобару - ненаселенную и пустую, если не считать редких кораблей коммерческого сообщения. Со стороны Единения Джексона никто их не преследовал. Майлз слегка перекусил, не зная точно, был ли то завтрак, обед или ужин: после наземных приключений его биологические часы совершенно сбились относительно корабельного времени. Тогда он пошел искать Торна и Николь. Их он обнаружил в инженерном отсеке. Техник как раз заканчивал наводить последний блеск на летающее кресло Николь.

Николь, теперь в белой курточке и шортах в розовой отделкой, наблюдала за ремонтом со стола, растянувшись на животе. Было необычно видеть ее вне кресла - точно рака-отшельника вытащили из раковины или тюлень развалился на берегу. При одном "же" она выглядела странно уязвимой, хотя в невесомости смотрелась столь правильно и удобно, что Майлз быстро перестал замечать вторую пару рук. Торн помог технику установить голубую раковину чаши поверх приведенного в порядок антиграва, а когда техник принялся ее закреплять, - обернулся, чтобы приветствовать Майлза.

Майлз уселся на стол рядом с Николь. — Судя по всему, — сообщил он, — вы свободны от преследований со стороны барона Фелла. Они со сводным братом какое-то время будут по горло заняты взаимной местью. Глядя на это, думаю: как хорошо, что я единственный ребенок.

— Гм, — печально отозвалась Николь.

— Вы будете в безопасности, — подбодрил ее Торн.

— О... нет, не в этом дело, — ответила она - Я просто вспомнила своих сестер. Было время, я дождаться не могла, когда же от них сбегу. А теперь жду не дождусь, когда увижу их снова.

— Какие у вас теперь планы? — спросил Майлз.

— Сперва я остановлюсь на Эскобаре, — ответила она. — Это хороший перекресток сети, оттуда я смогу проложить путь на Землю. С Земли можно отправиться на Ориент-IY, а оттуда я точно могу попасть домой.

— Дом - это ваша нынешняя цель?

— Если бы не это, вы могли бы повидать галактику как следует, — заметил Торн. — Не уверен, можно ли добавить в судовую роль дендарийцев корабельного музыканта, но...

Николь покачала головой. — Домой, — твердо заявила она. — Я устала все время бороться с земным притяжением. Я устала быть одна. По ночам начались кошмары, будто у меня растут ноги.

Торн слегка вздохнул.

— У нас живет небольшая колония планетников, — намекнула Торну Николь. — Они оснастили свой астероид искусственной гравитацией - как настоящая планета, только сквозняков нет.

Майлз капельку встревожился. Потерять командира корабля, доказавшего ему свою верность...

— А-а, — протянул Торн столь же грустным голосом, как и Николь прежде. — Ваш пояс астероидов так далеко от дома...

— Значит, когда-нибудь вы вернетесь на Колонию Бета? — спросила она. — Или ваш дом и семья - Дендарийские наемники?

— Мои чувства не столь глубоки, — улыбнулся Торн. — В основном я болтаюсь тут из-за непомерного любопытства и желания увидеть, что же будет дальше. — Торн одарил Майлза странной улыбкой.

Торн помог Николь забраться обратно в голубую чашу. Быстро проверив системы, она снова воспарила вверх: столь же - нет, более - подвижная, чем ее двуногие спутники. Чуть покачавшись, она радостно поглядела на Торна.

— До эскобарской орбиты осталось лишь три дня, — с сожалением заметил Торн. — Всего семьдесят два часа. Четыре тысячи триста двадцать минут. Сколько можно успеть за четыре тысячи триста двадцать минут?

"Или сколько раз", прозаично поправил про себя Майлз. Особенно если не спать. А сон как таковой Бел не имел в виду, если Майлз правильно понял намеки. Что ж, удачи - обоим.

— Тем временем, — Торн вывел Николь в коридор, — позвольте мне показать вам корабль. Иллирийской постройки - это немного в стороне от вашего маршрута, понимаю. Как "Ариэль" впервые попал в руки дендарийцев - это целая история. Мы тогда еще были "Наемниками Оссера"...

Николь подбодрила его хмыканьем. Майлз подавил завистливую ухмылку и пошел в другую сторону - разыскать доктора Канаба и исполнить свой последний неприятный долг.

***

Когда дверь лазарета с шипением открылась, Майлз смущенно отложил в сторону пневмошприц, который вертел в руках. Развернувшись на вращающемся кресле, он увидел, как входят Таура с сержантом Андерсон. — Бог мой! — пробормотал он.

Андерсон обозначила салют. - Явилась по вашему распоряжению, сэр. - У Тауры дернулась рука - она не знала, пытаться ли ей имитировать воинское приветствие или нет. А Майлз глядел на Тауру, приоткрыв рот в невольном восхищении. Она преобразилась именно как он мечтал - или даже больше.

Неизвестно, как Андерсон уговорила складской компьютер так отойти от обычных размеров, но она заставила его выдать полный комплект дендарийской формы впору Тауре: новенькую, хрустящую серо-белую куртку с карманами, серые брюки, начищенные высокие ботинки. Лицо и волосы Тауры были настолько чистыми, что сияли сильнее ботинок. Темные волосы были зачесаны назад в аккуратную, даже интригующую, косу, свитую на затылке - Майлз не видел, куда уходили концы волос - и отливающую неожиданным красноватым блеском.

Она выглядела если не накормленной до отвала, то по крайней мере не изголодавшейся; глаза глядели с радостью и интересом - не те запавшие в глазницах желтые огни, какие он увидал в первый раз. Даже с такого расстояния он чуял, что после возможности как следует напиться и почистить зубы - и клыки - ее дыхание перестало отдавать ацетоном (наследство нескольких дней в подвале Риоваля на диете из одних сырых крыс). С огромных рук сошла корка грязи, и - штрих, подсказанный вдохновением, - ногти-когти были не срезаны, а приведены в порядок, обточены и покрыты радужным перламутрово-белым лаком, дополняющим серо-белую форму точно драгоценная бижутерия. Лаком из своих личных запасов явно поделилась сама сержант.

— Потрясающе, Андерсон! — в восхищении проговорил Майлз.

Андерсон горделиво усмехнулась. — Вы это имели в виду, сэр?

— Да, именно это.

Лицо Тауры светилось отраженным восхищением самого Майлза.

— Ну и как тебе твой первый скачок? — спросил он у нее.

Длинный рот дрогнул. Майлз догадался, что это она пытается наморщить губы. — Я испугалась, что больна - у меня так внезапно закружилась голова, - но сержант Андерсон объяснила, в чем дело.

— Никаких галлюцинаций, странного растягивания времени?

— Нет, но это не было... ладно, хоть недолго.

— Хм. Не похоже, чтобы ты одна из счастливчиков - или несчастных, — способных пройти отбор на способность к скачковому пилотированию. Из-за талантов, которые ты продемонстрировала вчера утром на посадочной площадке Риоваля, десантники ни за что не хотели бы отдать тебя на мостик. — Майлз помолчал. — Спасибо, Лорин. От чего я тебя сейчас отвлек?

— Стандартная проверка систем катеров, консервация. А Таура глядела через плечо, как я работаю.

— Хорошо, продолжай. Я пришлю Тауру обратно, когда она закончит дела здесь.

Андерсон неохотно вышла, явно сгорая от любопытства. Майлз подождал, пока дверь с шорохом не закроется, и лишь тогда заговорил снова: — Сядь, Таура. Как, первые сутки с дендарийцами тебя устроили?

Она улыбнулась и осторожно присела на вращающееся кресло, заскрипевшее под нею. — Просто здорово.

— А-а. — Майлз колебался. — Понимаешь, когда мы доберемся до Эскобара, ты выберешь свой собственный путь. Тебя никто не заставляет присоединиться к нам. Я пригляжу, чтобы там, на планете, у тебя был начальный капитал. - Что?! — Ее глаза в испуге расширились. — Я хочу сказать... я слишком много ем? - Вовсе нет! Ты сражаешься за четверых, так что мы уж точно в состоянии кормить тебя за троих. Но... Мне необходимо кое-что прояснить, прежде чем ты примешь присягу новобранца. — Он откашлялся. — Я пришел к Риовалю не для того, чтобы завербовать тебя. Помнишь, за пару недель до того, как Бхарапутра тебя продал, доктор Канаба сделал тебе в ногу укол? Иголкой, не пневмошприцем.

— О, да. — Она бессознательно потерла ногу. — Получилась шишка.

— Он сказал тебе, э-э, что это?

— Прививка.

"Она была права при нашей первой встрече. Люди все время лгут". — Ну, так это была не прививка. Канаба использовал тебя как живое хранилище сконструированного биологического материала. Молекулярно связанного и спящего, — торопливо добавил он, когда она заерзала и беспокойно поглядела на ногу. — Он заверил меня, что материал не способен активироваться самопроизвольно. Моим первоначальным заданием было всего лишь забрать доктора Канабу. Но он не ушел бы без своих генокомплексов.

— Он собирался взять меня с собою? — взволнованно изумилась она. — Значит, это ему я должна сказать спасибо за то, что он прислал тебя ко мне!

Хотел бы Майлз видеть лицо Канабы при таком "спасибо"! — И да, и нет. Точнее, нет. — Он продолжил резко и прямо, прежде, чем решительность успела его покинуть. — Тебе не за что благодарить ни его, ни меня. Ему требовалось взять от тебя только образец ткани, и он послал меня за ним.

— Значит, ты должен был меня оставить на... вот почему Эскобар... — она всё еще не могла понять.

— Это было везение, — отчаянно продолжил Майлз, — что я потерял своих людей и оружие прежде, чем мы наконец встретились. Канаба и мне солгал. В его защиту можно сказать лишь то, что у него была смутная мысль спасти тебя от жестокой участи риовалевской рабыни. Он отправил меня убить тебя, Таура. Он отправил меня прикончить чудовище, хотя мог бы попросить меня спасти заколдованную принцессу. Мне не особенно нравится Канаба. Да и я сам. В риовалевском подвале я бессовестно лгал тебе, потому что считал, что обязан выжить и победить.

Ее лицо было смятенным, застывшим, свет в глазах потух. — Значит, ты... на самом деле не думал, что я человек...

— Напротив. Ты выбрала превосходный способ проверки. Лгать телом куда труднее, чем языком. Когда я, гм, продемонстрировал мою веру, она была настоящей. — Глядя на нее, Майлз еще чувствовал приступ пьянящего, сумасшедшего веселья, физический отголосок прошедших "приключений тела". Он всегда будет чувствовать нечто похожее - мужской рефлекс, сомнений нет.

— Хочешь я продемонстрирую тебе это еще раз? — спросил он с робкой надеждой, но прикусил язык. — Нет, — ответил он сам себе. — Раз я буду твоим командиром, у нас есть правило о недопущении слишком близких отношений. В основном, чтобы защитить нижние чины от угнетения, хотя работать это может в обе стороны... хм! — Он слишком отклонился от темы. Майлз подобрал пневмошприц, повертел в руках и положил обратно.

— Как бы то ни было, доктор Канаба просил меня солгать тебе снова. Он хотел втихую сделать тебе общий наркоз, чтобы вырезать свой образец. Он трус, ты уже должна была это заметить. Сейчас он за дверью, дрожит от страха, что ты узнаешь, что он для тебя готовил. Я думаю, что местного обезболивания из медпарализатора вполне хватит. Я бы сам точно хотел быть в сознании и наблюдать, если бы имел дело с ним. — Он с презрением слегка щелкнул по пневмошприцу.

Таура сидела молча, по странному волчьему лицу - хотя Майлз начал уже к нему привыкать - ничего было не прочесть. — Ты хочешь, чтобы я ему разрешила... разрезать мне ногу? — спросила она наконец.

— Да.

— А потом что?

— Потом ничего. Последний раз, когда ты будешь иметь дело с доктором Канаба, с Единением Джексона, вообще со всем этим. Это я обещаю. Хотя если ты усомнишься в моих обещаниях, я пойму.

— Последнее... — выдохнула Таура. Она понурилась, потом вскинула голову и расправила плечи. — Тогда давай с этим покончим. — Длинные губы теперь больше не улыбались.

***

Канаба, как Майлз и ожидал, был не в восторге от присутствия пациента в сознании. Но Майлзу, если честно, было наплевать на восторги или расстройства доктора, и, лишь раз взглянув на его холодное лицо, Канаба не стал спорить. Он ни говоря не слова взял свою пробу, бережно упаковал в биоконтейнер и сбежал с ним в безопасность и уединение собственной каюты, как только позволили приличия.

Майлз сидел в лазарете с Таурой, дожидаясь, пока отойдет парализация и она сможет идти, не спотыкаясь. Таура долго молчала. Майлз разглядывал ее застывшие черты, безумно желая знать, как же ему вновь зажечь эти золотые глаза.

— Когда я впервые увидела тебя, — тихо заговорила она, — это было словно чудо. Волшебство. Все, чего я хотела, о чем мечтала. Вода. Еда. Тепло. Месть. Побег. — Она опустила взгляд на свои покрытые лаком когти: — Друзья... — потом снова на Майлза: — ... прикосновения.

— Чего еще ты хотела бы, Таура? — настойчиво спросил Майлз.

Она медленно ответила: — Хочу быть нормальной.

Майлз тоже на какое-то время умолк. — Я не могу дать тебе того, чем не владею сам, — наконец ответил он. Казалось, слова легли между ними, точно камни. Он предпринял новую попытку. — Нет. Не надо этого хотеть. У меня есть идея получше. Пожелай быть самой собою. До упора. Выясни, в чем ты сильней всего, и развивай это. Перешагни через свои слабости. На них нету времени. Посмотри на Николь...

— Она такая красивая! — вздохнула Таура.

— Или на капитана Торна, а потом скажи мне, что значит "нормальный", и за каким мне это чертом. Погляди на меня, если хочешь. Должен ли я убиться в попытке одолеть в рукопашной людей вдвое меня тяжелее и с руками вдвое длиннее Или мне перенести сражение туда, где все их мускулы будут бесполезны, потому что они так и не подберутся настолько близко, чтобы применить силу? У меня так мало времени, что я не могу его терять. И ты тоже.

— А ты знаешь, насколько мало? — внезапно спросила Таура.

— Э-э, — протянул Майлз осторожно, — а ты?

— Я последняя выжившая из моих собратьев по яслям. Как я могу не знать? — Она вызывающе вздернула подбородок.

— Тогда не желай быть нормальной, — страстно воскликнул Майлз, вскочив и принявшись расхаживать по комнате. — Ты лишь потеряешь свое драгоценное время в тщетной досаде. Пожелай быть великой! На это по крайней мере у тебя есть реальный шанс. Великой, кем бы ты ни была. Великим рядовым, великим сержантом. Великим интендантом, ради бога, если это у тебя будет легко получаться. Великим музыкантом, как Николь, - только подумай, как было бы ужасно, растрать она свои таланты на попытки просто быть нормальной. — Майлз замолк, засмущавшись собственной зажигательной речи, и подумал: "Проповедовать куда легче, чем делать".

Таура вгляделась в свои накрашенные когти и вздохнула. — Думаю, мне бесполезно мечтать быть красивой как сержант Андерсон.

— Тебе бесполезно мечтать быть красивой, как кто-то другой. Только как ты сама, — ответил Майлз. — Будь красивой как Таура, о, вот это ты можешь. И превосходно. — Обнаружив, что держит ее за руки, Майлз провел пальцем по радужному ногтю. — Хотя, похоже, Лорин уловила принцип, можешь положиться на ее вкус.

— Адмирал, — проговорила Таура медленно, не выпуская его рук, — ты уже мой командир? Сержант Андерсон говорила что-то про вводный курс, ознакомительные тесты и присягу...

— Да, все это будет, когда мы встретимся с остальным флотом. До тех пор, формально, ты - наш гость.

В золотые глаза вновь начали возвращаться искорки. — Тогда - до тех пор - мы же не нарушим дендарийских правил, если ты снова покажешь мне, насколько я человек? Еще разок?

Должно быть, это сродни порыву, который заставляет людей карабкаться по отвесной скале без антигравитационного пояса или прыгать со старинного самолета, когда от удара о землю не спасает ничего, кроме комка шелковой ткани. Он почувствовал, как его захватывает притягательность происходящего, ощутил нарастающий смех, что бросает вызов смерти.

— Медленно? — придушенным голосом переспросил он. — И на этот раз по правилам? Немного побеседуем, выпьем вина, послушаем музыку? Не будет риовалевской охраны, крадущейся над головой, и ледяной скалы у меня под... ?

Ее глаза были огромными, золотыми и жаркими. — Ты говорил, что любишь упражняться в том, в чем ты действительно хорош.

Майлз прежде и не осознавал, насколько он падок на лесть высоких женщин. Слабость, с которой ему надо бороться. Когда-нибудь потом.

Они удалились в его каюту и усердно упражнялись все оставшиеся полпути к Эскобару.