перевозка сруба;Мебельный щит дуб сращенный от 18 мм 20 мм 40 мм
На главную страницу Лоис М.Буджолд

Смирение паче гордости

Анна Ходош

Опубликовано в "Если", № 1-2003


Лоис Буджолд известна прежде всего как автор НФ; четыре "Хьюго", полученные в разные годы за сагу о Форкосиганах, тому подтверждение. Предыдущий же ее опыт в жанре фэнтези - роман "Кольцо духов" - оказался добротной, аккуратной, изящной, но ординарной вещью. Исторический анекдот про дочь мага-ювелира Фьяметту легко читался, но не принес того же головокружительного успеха, как книги про Майлза. И вот почти десять лет спустя писательница предприняла вторую попытку погрузиться в мир фэнтези. Роман-фэнтези "Проклятие Шалиона" (АСТ, 2002) открыл новый цикл.

Роман уже успел попасть в номинации на "Хьюго" и "World Fantasy", признан читательским выбором года на SfSite, получил престижную награду "Мифопоэтика".

Шалионский цикл рассказывает о мире, имеющем очевидные параллели с Испанией эпохи Возрождения - одном из любимых исторических периодов Лоис Буджолд, "временем брожения и изменения", по ее словам. Явным прототипом главной героини романа, принцессы Исель, стала юная Изабелла Испанская: забавно, как будущая правительница решает судьбу своего замужества, втыкая флажки на карте, точно полководец перед сражением.

Впрочем, держав, о которых идет речь в "Проклятии Шалиона", на карте Европы не найти: это десяток небольших королевств Ибранского полуострова, находящихся друг с другом в запутанном состоянии вражды, союзов, торговли или передела земель.

Особая теология - основная "изюминка" этого мира, над которым простерла свою руку пятерка Святой Семьи богов. Отец, Мать, Дочь и Сын поделили меж собой и взяли под свое покровительство четыре времени года. Но есть и пятый - Бастард, божество для одних верующих и дьявол - для других, бог бедствий и катастроф всех времен года, повелитель демонов и держатель равновесия. Он - последнее прибежище отверженных душ и последний, к кому можно воззвать о справедливости, заплатив за чужую смерть собственной жизнью.

Главный герой романа Люп ди Кэсерил, некогда блестящий офицер и придворный, из-за предательства на долгие месяцы сделался галерным рабом. После этих злоключений в душе у него не осталось живого места - как и нетронутого клочка кожи на спине. Единственное, чего он ищет, - мира и покоя при дворе своего давнего покровителя, где некогда в юности служил пажом.

Однако в мире этом люди - еще и уста, которыми говорит Святая Пятерка. Сочетание полной свободы воли, дарованной жителям этого мира, и добровольного смирения лучших из них перед волей богов порой рождает Святых. Опасный и великий жребий: "Самые свирепые проклятия богов обрушиваются на нас в ответ на наши собственные молитвы", - замечает одна из героинь. Может ли Кэсерил догадаться, что золотая монета, упавшая на проезжей дороге в его руки щедрой милостью Дочери, богини весны, породит цепь странных и причудливых событий? Что он станет доверенным лицом юной королевны, столкнется со своими давними и смертельными врагами, воочию увидит демонов и богов?

Предыдущий мир, созданный Буджолд, Барраяр, оставался совсем нерелигиозным даже в века Изоляции, при средневековом укладе жизни. Поэтому переход к миру, где истинная вера порой является единственным средством спасения - неожиданный для читателей Буджолд поворот.

Однако другой мир потребовал и совсем другого положительного героя. Да, Кэсерил - человек порядочный до щепетильности, стойкий и храбрый, прекрасно образованный, отлично разбирающийся в людях и умеющий их за собой вести. И, как все буджолдовские настоящие мужчины, не видит ничего зазорного в том, чтобы склонить голову перед сильной женщиной... Но в отличие от Майлза Форкосигана, склонного бороться со своей судьбой во всех ее проявлениях и прошибать головой любые стены, встающие у него на пути, Кэс, скорее, фаталист. В сложной ситуации он предпочитает не действовать, положась на удачу, а сперва пытается разгадать, какого же поступка ждут от него боги. Такой герой может показаться либо чересчур правильным, либо слишком пассивным. Не сразу распознаешь предельную энергию именно в этом смирении, в упрямой силе духа, которому не может помешать даже смерть.

Среди прочих персонажей порой проглядывают знакомые лица: галантный, красивый и прямодушный Палли с его грубоватым беззлобным юмором, или деятельная и неунывающая юная Бетрис, или старая провинциара Валенды, строго следящая за тем, чтобы при ее дворе все было "правильно и как должно", или искушенный в интригах король Лис Ибры, умело готовящий себе смену и аккуратно устраняющий из линии престолонаследия строптивого сына. Но оригинальности в мире и сюжете книги все же гораздо больше, чем случайного сходства. В первую очередь, в проявлениях воли богов. Это и обряд похорон, когда один из Пятерки забирает душу умершего, посылая к его гробу священных животных. И Святые - люди, не более добродетельные, чем прочие, но обладающие достаточной силой воли, чтобы предложить свою душу избранному божеству. И само шалионское проклятие, рожденное не злобой или ненавистью, но всего лишь не исполненным предназначением великого человека. Все это создает целостную картину мира, где чудеса совершают боги, но добро и зло несут в него только сами люди.

декабрь 2003