Лоис Макмастер БУДЖОЛД
ПАМЯТЬ

(Lois McMaster Bujold, "Memory",1996)
Перевод (c) - Анны Ходош (annah@thermosyn.com), ред. от 18.07.2001

ГЛАВА 4

<< Назад   Вперед >>

Как того требовала стандартная оперативная процедура для возвращавшихся курьеров, автомобиль СБ с шофером забрал Майлза в военном космопорте, расположенном за пределами Форбарр-Султаны, и моментально отвез его прямо в штаб-квартиру СБ в центральной части города. Когда за углом замаячило здание штаб-квартиры, Майлз пожалел, что шофер не ехал медленнее или не сделал пару кругов вокруг квартала. Будто всех этих тревожных недель, проведенных им в размышлениях о своей дилемме на борту правительственного корабля по дороге сюда, недостаточно. Не нужно больше размышлять, нужно действовать.

Миновав контрольно-пропускной пункт, машина скользнула в ворота к массивному серому зданию - огромному, мрачному и навевающему дурные предчувствия. Подобному впечатлению Майлз был обязан вовсе не своему расположению духа - здание СБ было одним из самых уродливых строений Форбарр-Султаны. Туристы из глубинки, которые в противном случае избегали бы этого места, старались проехать мимо, чтобы просто взглянуть на него. И все благодаря любопытной репутации построившего его архитектора: легенда гласила, что он сошел с ума и умер после стремительного падения своего покровителя, императора Юрия. Шофер провез Майлза вдоль устрашающего фасада и вокруг самого здания к неприметному боковому входу, предназначенному для курьеров, шпионов, информаторов, аналитиков, секретарей, уборщиков и прочих, кто действительно приходил сюда по делу.

Майлз махнул рукой, отпуская шофера с машиной, и некоторое время постоял возле двери на осеннем полуденном холодке, в последний раз испытывая колебания. Он ощущал тошнотворную уверенность, что его тщательно разработанный план ни за что не сработает.

"А даже если и сработает, то мне придется вечно ходить, вжав голову в плечи в ожидании разоблачения постфактум". Нет. На такое он не пойдет. Он сдаст кодовую карточку с подтасованным рапортом, выбора он себе не оставил, но потом (и прежде, чем Иллиан получит возможность ознакомиться с этой штукой, будь она трижды проклята) он доложит тому устно и расскажет всю правду. Он бы мог придумать, будто посчитал, что сведения о его медицинском дефекте слишком "горячие" даже для записи шифром. И будто он, немедленно и должным порядком, вываливает эту проблему в руки Иллиану для принятия решения. В любом случае, добраться до дому быстрее Майлз не мог физически.

Если еще дольше простоит здесь на холоде, притворяясь, будто рассматривает вырезанных на барельефе дверной перемычки стилизованных гранитных монстров - "расплющенных горгулий", как окрестил их какой-то шутник, - то появится охранник и примется его расспрашивать, вежливо, но пытливо. Майлз решительно скинул с плеч форменный плащ, аккуратно перебросил его через руку, локтем прижал запертую на кодовый замок папку к кителю и шагнул внутрь.

Сидящий за столом секретарь подверг его обыкновенной СБ-шной процедуре проверки безо всяких комментариев. Все шло, как обычно. Майлз оставил свой плащ - купленный не в каком-нибудь магазине форменной одежды, а, напротив, пошитый на заказ под его весьма нестандартный размер, - в гардеробе. То, что Майлза отправили без сопровождения добираться до не очень-то доступного кабинета Иллиана, показывало, насколько он чист с точки зрения безопасности. Чтобы попасть на нужный этаж, нужно было подняться по двум лифтовым шахтам, а потом спуститься еще по одной.

Когда Майлз вошел, пройдя по коридору мимо последнего сканера, то обнаружил, что дверь в приемную открыта. Секретарь сидел за своим столом и беседовал с генералом Люка Гарошем, главой Департамента внутренних дел. Должность генерала всегда приводила Майлзу на ум жиголо, специализирующегося на скучающих женах, но на самом деле это была одна из самых мерзких и неблагодарных работ в рамках Службы: отслеживание потенциальных изменнических заговоров и антиправительственных группировок среди самих барраярцев. Коллега Гароша, генерал Аллегре, занимался тем же самым на упрямой завоеванной Комарре, и эта задача обеспечивала его работой полностью.

В тех редких случаях, когда Майлз не взаимодействовал непосредственно с Иллианом, он, как правило, имел дело с главой Департамента по делам галактики (по мнению Майлза, куда более экзотическое и с большим намеком наименование). Но ДДГ располагался на Комарре, а Майлза на этот раз направили прямо на Барраяр, без остановки на планете, охраняющей единственный барраярский выход во вселенную П-В туннелей. Похоже, дело срочное. Может, даже настолько срочное, чтобы отвлечь нежелательное внимание Иллиана от этих дурных новостей?

- Здравствуйте, капитан. Здравствуйте, генерал Гарош. - Как, судя по всему, младший из присутствующих здесь офицеров, Майлз приветствовал обоих, откозыряв примерно в их направлении, на что они ответили тем же. Секретаря Иллиана Майлз знал не очень хорошо; тот занимал этот важный пост года два, так что у Майлза была фора лет в шесть опыта совместной работы, если позволено думать об этом именно в таких терминах.

Секретарь протянул руку к портфелю с шифровым замком. - Ваш рапорт, отлично. Распишитесь здесь, пожалуйста.

- Я... в некотором роде собирался вручить его шефу лично. - Майлз кивнул на закрытую дверь кабинета Иллиана.

- Сегодня не можете. Его нет.

- Нет? Я рассчитывал... Есть кое-что, что мне необходимо добавить устно.

- Могу передать это за вас, как только он вернется.

- А он скоро вернется? Я мог бы подождать.

- Не сегодня. Его нет в городе.

"Черт!" - Что ж... - Майлз нехотя передал папку тому, кому она предназначалась, и четырежды прижал ладонь к считывающему планшету комм-пульта, чтобы подтвердить и зафиксировать эту передачу. - А... он не оставлял каких-нибудь приказов для меня? Он должен был знать, что я вот-вот появлюсь.

- Да, лейтенант. Вы можете быть свободны, пока он вас не вызовет.

- Я думал, это срочно, иначе зачем бы меня выдернули домой с первым же кораблем. Я уже несколько недель нахожусь без дела, пока был заперт в четырех стенах на корабле.

- Что я могу сказать? - секретарь пожал плечами. - Иногда СБ случайно вспоминает, что является военным учреждением. Срочно беги и жди.

Да, от этого человека Майлзу никакой информации, кроме предписанной, не получить. Но ежели у него столько времени... его маленький хитрый план, о котором он в последние дни старался не думать, - вырваться на Эскобар для тайного лечения, - вновь всплывает на поверхность. - Хм, свободен? А есть ли у меня время - и разрешение - навестить родителей на Сергияре?

- Боюсь, что нет. Вы должны быть готовы доложиться здесь в течение часа после получения предписания. Так что лучше вам не покидать города, - И в ответ на полный смятения взгляд Майлза он добавил: - Мне очень жаль, лейтенант Форкосиган.

"И вполовину не так жаль, как мне". Он с усилием отделался от вертевшегося у него в голове собственного афоризма - "ни один план боевых действий не выдерживает первого столкновения с противником".

- Что ж... тогда скажите Иллиану, что я хотел бы с ним встретиться при первой же возможности.

- Непременно, - секретарь сделал пометку.

- Как поживают ваши родители, лейтенант Форкосиган? - радушно поинтересовался генерал Гарош. Это был седеющий мужчина лет пятидесяти, его повседневная зеленая форма была чуть измята. Майлзу нравился голос Гароша, низкий и глубокий, в котором порой проскальзывал юмор и чувствовался легкий провинциальный акцент западных районов, не сглаженный до конца даже годами жизни в столице. Работа Гароша создала ему грозную репутацию во внутренних кругах СБ, хотя за ее пределами он был практически неизвестен; подобная дилемма была Майлзу близка и понятна. Он получил постоянную должность в штаб-квартире СБ примерно на год раньше Майлза; но за десять лет на такой работе, как у Гароша, решил Майлз, кто угодно поседеет, да еще получит язву желудка.

- Наверное, у вас имеется более свежая информация про них, нежели у меня, сэр. Думаю, моя почта летела домой вслед за мной, а прежде - накапливалась в ДДГ на Комарре.

Гарош развел руками: - Вообще-то говоря, нет. Иллиан изъял Сергияр из ведения моего департамента и создал отдельный Департамент по делам Сергияра - такой же, как и для Комарры.

- Уверен, там не там много дел, чтобы создавать отдельный департамент, - сказал Майлз. - Колонии меньше тридцати лет. Население пока не достигло даже миллиона, верно?

- Едва достигает, - вставил секретарь.

Гарош с легкой мрачностью улыбнулся: - Лично я полагал, что это преждевременно, но то, чего хочет прославленный вице-король граф Форкосиган... обычно сбывается. - Он полуприкрыл глаза, словно кинув в сторону Майлза многозначительный взгляд.

"Не вздумай нести эту чушь о протекции, Гарош. Ты знаешь, в чем состоит моя настоящая работа. И насколько хорошо я с ней справляюсь". - На мой взгляд, звучит как очередная синекура, кабинетная работенка СБ. Колонисты слишком заняты насущными делами, чтобы поднять восстание. Может, мне стоит подать заявление на эту должность.

- Боюсь, она уже занята. Полковником Ольшанским.

- О? Я слышал, он человек уравновешенный. Сергияр, несомненно, занимает важную стратегическую позицию в сети П-В туннелей, но я думал, что этим аспектом занимается департамент по делам галактики. Полагаю, Иллиан смотрит в будущее. - Майлз вздохнул. - Уверен, с тем же успехом я могу отправиться домой. Когда в конторе решат, что я им нужен, меня можно будет найти в особняке Форкосиганов.

Губы секретаря растянулись в зловещей ухмылке. - О, мы сумеем найти вас где угодно.

Собственная СБ-шная шуточка. Майлз послушно рассмеялся и сбежал.

К последней перед выходом лифтовой шахте он подошел одновременно с неким одетым в повседневную зеленую форму капитаном - темноволосым субъектом средних лет с внимательными, полускрытыми тяжелыми веками орехово-карими глазами и римским профилем с мясистым, резко очерченным носом: знакомая физиономия, которую он совершенно не ожидал увидеть.

- Дув Галени! - воскликнул Майлз. - Что вы здесь делаете?

- О, привет, Майлз. - Галени улыбнулся, насколько он вообще умел улыбаться, то есть радостно скривился. С того последнего раза, как Майлз его видел, он слегка постарел и пополнел, но выглядел совершенно не напряженным и уверенным в себе. - Работаю, конечно. Я попросил, чтобы меня перевели сюда.

- Ваши занятия в прошлую нашу встречу были ограничены сферой контрразведки на Комарре. Значит, вас повысили? В вас внезапно обнаружилась тяга к кабинетной, а не полевой работе? Или вы прибыли сюда погреться в лучах, исходящих из самого центра имперской власти, - а они, кстати, несколько радиоактивны?

- Все вышеперечисленное плюс... - Галени огляделся вокруг, словно желая убедиться, что они одни. Что же это за неприкосновенный такой секрет, о котором приходится говорить шепотом даже здесь, в самом центре лабиринта? - Есть одна женщина...

- Боже правый, звучит словно реплика из уст моего кузена Айвена. Итак, вы, женщина, - и что?..

- Не смейте надо мной смеяться. Разве вы сами до сих пор не связаны... э-э... этими завидными отношениями с великолепной Куинн?

Майлз вспомнил об их с Элли последней ссоре и сдержался, чтобы не скривиться. - Более-менее. - Ему необходимо вернуться и уладить отношения с Куинн при первой же возможности. Она достаточно успокоилась, чтобы прийти к стыковочному узлу "Сапсана" проводить его, но их прощание было официальным и натянутым.

- Тогда вы поймете, - смягчившись, продолжил Галени. - Она комаррианка. Из семьи Тоскане. Она получила на Комарре докторскую степень по теории бизнеса, а затем пришла работать в семейный концерн, занимающийся перевозками. А теперь она находится в Форбарр-Султане как постоянный представитель торговой группы, в которую входят все комаррские концессии по космическим перевозкам. Своего рода посредник между ними и Империей. Умнейшая женщина.

В устах Галени, который сам получил докторскую ученую степень по истории еще до того, как стал первым комаррцем, принятым на военную службу Барраяра, это было немерянной похвалой.

- Так что... вы за ней ухаживаете или думаете взять на работу в свой департамент?

Майлз готов был поклясться, что Галени едва не залился краской. - Это серьезно, Форкосиган.

- И честолюбиво. Если она из семьи тех самых Тоскане.

- Когда-то раньше я сам был из тех самых Галенов. Прежде, чем фамилия "Гален" начала произноситься с эдаким особым выражением.

- Подумываете о возрождении фамильного состояния, а?

- М-м-м... времена меняются. Обратно их уже не вернуть, а вот вперед все движется. Думаю, пора и мне добавить в свою жизнь немного честолюбия. Мне почти сорок, знаете ли.

- И вы дрожащей походкой ковыляете к краю обрыва - к полной старческой немощи, - ухмыльнулся Майлз. - Ладно, поздравляю. Или стоит сказать "удачи"?

- Пожалуй, удачи. Поздравления все еще преждевременны. Но, надеюсь, скоро придет и их черед. А как вы?

"Моя личная жизнь в настоящий момент полностью запуталась. Во всяком случае... личная жизнь адмирала Нейсмита". - А, вы хотите сказать "как работа"? В настоящий момент я... э-э... не занят. Я только что вернулся из небольшого галактического круиза.

Галени понимающе поднял бровь. О состоявшейся у него несколько лет назад недолгой встрече с дендарийцами и "адмиралом Нейсмитом" он, несомненно, должен был все еще хранить весьма яркие воспоминания. - Вы сейчас вверх и внутрь или вниз и на улицу?

Майлз указал на лифт, ведущий вниз. - Я направляюсь домой. У меня есть пара дней отпуска.

- Тогда, может быть, мы еще встретимся где-нибудь в городе. - Галени шагнул в ведущую вниз лифтовую шахту, на прощание одарив Майлза энергичным полу-салютом.

- Надеюсь. До встречи. - Майлз тоже вошел в лифт и покинул его на первом этаже.

Возле поста охраны у бокового входа Майлз помедлил, решая небольшую проблему. Всякий раз, возвращаясь домой после окончательного доклада СБ о выполнении задания, он либо вызывал машину из графского гаража, с оруженосцем или слугой за рулем, либо куда чаще уже обнаруживал эту машину, поджидающую его появления из логова Иллиана. Но оруженосцы, слуги, транспорт и прочие элементы домашней обстановки отбыли вместе с графом и графиней Форкосиган во дворец вице-королей на Сергияре (хотя мать в письме сухо сообщила, что термин "дворец" весьма обманчив). Так что: потребовать ему транспорт из гаража СБ? Или вызвать платное такси? Хотя можно быть совершенно уверенным: любое такси, которое появится здесь, сперва проверят на предмет безопасности. А свой скудный багаж он отправил домой прямо из космопорта.

На улице было зябко и пасмурно, но дождь не шел. А он только что провел столько времени, запертый на борту несомненно тесного (хоть и быстрого) прыжкового корабля. Майлз взял плащ и вышел на улицу. В конце концов, ему было приказано постоянно иметь при себе телохранителя только при путешествиях по галактике.

От штаб-квартиры СБ до особняка Форкосиганов километра четыре - оба здания расположены в центре Старого города. "Пройдусь-ка я до дома пешком".

Последний поворот по улице, и особняк Форкосиганов вырос перед глазами Майлза как раз тогда, когда серый день окончательно потемнел и с неба заморосило. Майлз поздравил себя с тем, что успел. Четыре километра за... ну, может, это и не лучший результат в его жизни, но но по крайней мере он не ловит воздух ртом, как полгода назад.

Во время энергичной прогулки не случилось... ничего. Днем улицы в центре столицы были забиты машинами и запружены пешеходами, которые быстро шли мимо по каким-то там своим делам, почти не удостаивая взглядом шагавшего по улице невысокого мужчину в военной форме. Ни тебе долгих взглядов, ни грубых жестов или комментариев, даже ни единого сделанного украдкой знака от сглаза - против мутации. В том ли дело, что он избавился от своей неровной, хромающей походки, от ножных накладок и по большей части от искривления позвоночника? Или разница была в барраярцах?

Этот квартал когда-то раньше делили между собой три старинных особняка. В те годы, когда отец Майлза был Регентом, ближайшее с этой стороны здание из соображений безопасности выкупила Империя, и теперь там квартировали какие-то мелкие официальные конторы. Особняк с противоположной стороны, куда более ветхий и с прогнившими трубами, снесли и на его месте разбили небольшой сквер. В дни своего расцвета, лет сто пятьдесят назад, эти огромные дома величественно возвышались над запряженными лошадьми экипажами и всадниками, гарцующими мимо них. А сейчас их затмевали куда более высокие современные башни, стоящие через дорогу.

Особняк Форкосиганов располагался в центре, отделенный от улицы узенькой зеленой полоской газона и садом, который полукругом огибала подъездная дорожка. Все это вместе окружала каменная стена, увенчанная черными коваными пиками. Четыре этажа огромных серых каменных блоков, в два главных крыла плюс некоторые весьма странные архитектурные пристройки, высились огромной архаичной массой. Не хватает только щелей-бойниц и рва. И парочки летучих мышей и воронов для декора. Земного происхождения летучие мыши были на Барраяре редкостью, поскольку земных насекомых, которыми они питались, здесь не хватало, а местные создания, неправомерно называемые жуками, были, как правило, ядовитой пищей. Проходящий по внешней стороне стены силовой щит обеспечивал настоящую защиту здания, что исключало всякую романтическую возможность наличия летучих мышей. В бетонной проходной возле ворот располагалась входная охрана. В достославные времена Регентства три полных взвода охранников СБ круглосуточно сменяли здесь друг друга, расставив посты как возле самого здания, так и на несколько кварталов вокруг, и приглядывая за важными персонами из правительства, спешащими в особняк или из него.

Теперь на входе находился лишь один-единственный охранник, молоденький капрал СБ, который, заслышав шаги Майлза, высунул голову в дверь караулки, затем вышел и откозырял ему. Новенький - Майлзу он был незнаком.

- Добрый день, лейтенант Форкосиган, - произнес юноша. - Я ждал вас. Ваш чемодан принесли пару часов назад. Я просканировал его и все вообще, так что багаж можно вносить в дом.

- Благодарю, капрал. - Майлз серьезно козырнул в ответ. - За последнее время вокруг было спокойно?

- В общем, да, сэр. С момента, как уехали граф с графиней. Самую бурную деятельность нам пришлось развить, когда ночью бродячая кошка каким-то образом проскочила мимо сканерных лучей и попалась в силовую ловушку. Никогда не думал, что от кошки может быть столько шума! Похоже, она решила, что ее вот-вот убьют и съедят.

Взгляд Майлза подметил на полу пустую обертку от сандвича, отфутболенную к дальней стене, и блюдечко с молоком. Сквозь узкую щель в двери, ведущей во вторую, крошечную комнату проходной, виднелся холодный мерцающий отблеск видеодисплеев системы охраны периметра.

- Ну и... э-э... как ее? Я хотел спросить, убили?

- Ох, нет, сэр. К счастью.

- Отлично, - Майлз забрал свой чемодан, сперва неуклюже столкнувшись с капралом, который запоздало попытался подать ему багаж. Из тени под капральским стулом, возле блюдца, на него сверкнула пара одержимых кошачьей паранойей желто-зеленых глаз. Спереди форму юного капрала украшала весьма занимательная коллекция темных и длинных кошачьих шерстинок, а руки его были все в следах глубоких полузаживших царапин. Держать животных на посту в высшей степени противоречит уставу, но... Девять часов в день торчать в этом крошечном бункере - он бы со скуки свихнулся.

- Сенсорные замки перенастроены под вашу ладонь, сэр, - услужливо продолжал охранник. - Я все проверил. Дважды. Могу я помочь вам это донести? Вы не знаете, сколько вы здесь пробудете? И будет ли здесь... что-нибудь происходить?

- Не знаю. Я дам вам знать. - Парнишка явно жаждал хоть немного поговорить, но Майлз устал. Может, позже. Он повернулся было, чтобы двинуться в долгий путь по дорожке к дому, но развернулся обратно.

- Как вы ее назвали?

- Сэр?

- Кошку.

По лицу юноши промелькнула паника - в этот момент ему, несомненно, припомнилась статья устава насчет животных. - Э-э... Царапка, сэр.

По крайней мере, он честен. - Как подходяще. Так держать, капрал. - Майлз попрощался с ним салютом, принятым у аналитиков в штаб-квартире СБ, - нечто вроде взмаха двумя пальцами где-то в области виска. Аналитики СБ были склонны не испытывать особого почтения к тому, чей уровень IQ был ниже их собственного, а к таковым относилась большая часть всей прочей Имперской Службы. Охранник благодарно ответил куда более четкой и отрывистой разновидностью того же.

"С каких это пор СБ стала присылать к нам детей для охраны ворот?" Мрачные мужчины, охранявшие это место при отце Майлза, прикончили бы несчастную кошку на месте, а потом просеяли бы ее останки на предмет сканирующих устройств или бомбы. Пареньку, должно быть всего... как минимум двадцать один год, раз он служит в СБ и имеет чин капрала. Майлз сдержал легкую дрожь и широкими шагами двинулся по дорожке к подъезду под моросящим дождем, превращающимся в проливной.

Он прижал ладонью пластину сенсорного замка справа от входной двери, и створки разошлись в стороны с величавой плавностью, пропуская его внутрь, а затем снова закрылись за его спиной, едва он переступил порог. Весьма странное ощущение - самому открывать дверь; здесь всегда стоял на посту оруженосец Форкосиганов в коричневой с серебром ливрее, впускавший его в дом. Когда же эту дверь автоматизировали?

В огромном вестибюле с выложенным черной и белой плиткой полом дождливым, сумрачным ранним вечером было темно и зябко. Майлз чуть было не воскликнул "Свет!", чтобы включить освещение, но замолк и поставил чемодан на пол. Ни разу в жизни он не получал особняк Форкосиганов полностью в свое распоряжение.

- "Когда-нибудь, сын мой, все это станет твоим", - для пробы прошептал он во тьму. Эхо его слов, отразившееся от мощеного пола, прозвучало словно режущий ухо скрежет. Майлз подавил легкое содрогание. Повернувшись направо, он начал медленный обход владений.

В следующей комнате на полу лежал ковер, поглощавший одинокий звук его шагов. Оставшуюся мебель - не хватало примерно половины - закрывали белые, напоминающие о привидениях, покрывала. Майлз обошел кругом весь первый этаж. Это место казалось одновременно и больше и меньше, чем он помнил. Озадачивающий парадокс.

Он осмотрел гараж, занимающий весь полуподвальный уровень восточного крыла. Его собственный флаер аккуратно приткнулся в одном углу. Огромный, как линкор, бронированный лимузин, роскошный и блестящий, хоть и устаревшей модели, занимал другой угол. Майлз вспомнил о своей боевой броне. "Пожалуй, не стоит делать попыток управлять машиной или флаером, пока я не приведу в порядок эту чертову неполадку в собственной голове." На флаере во время припадка он рискует погибнуть сам, а в этом сухопутном линкоре - угробить кого-нибудь на дороге. Прошлой зимой, до того, как Майлз убедил себя, что вылечился, как и обещал, он весьма наловчился якобы случайно устраивать так, чтобы его подвозили.

Он поднялся по одной из черных лестниц в помещение громадной кухни. В детстве для него это место было весьма изобильным источником вкусностей и общения, полным интересных, занятым делом людей - поваров, оруженосцев, слуг, - а время от времени даже один проголодавшийся Регент забредал сюда в поисках съестного. Кое-какая утварь здесь сейчас оставалась, но еды не было ни крошки - ничего не нашлось ни в буфетах, ни в отключенных от сети малых или больших холодильниках.

Майлз подключил самый маленький холодильник. Если он собирается оставаться здесь надолго, нужно бы завести здесь еду. Или слугу. Одного слуги вполне хватит. И все же ему не хотелось видеть здесь никого постороннего. Может, кто-то из ранее служившего здесь народа, выйдя на пенсию, живет поблизости и его удастся уговорить вернуться на несколько дней... А, может, он не пробудет здесь долго. Может, ему купить какие-нибудь полуфабрикаты - только не с военной кухни, благодарю покорно. Зато имелось впечатляющее изобилие вина и прочего спиртного, годами лежавшего непотревоженным в оборудованном кондиционером винном погребе, чей замок открылся по прикосновению его форкосигановской ладони. Майлз вытащил пару бутылок требующего особого смакования красного вина, положенного сюда еще при деде.

Не взяв на себя труда включить лифт, Майлз отволок обе бутылки и чемодан наверх, поднявшись по идущей спиралью лестнице к себе в спальню, на третьем этаже в боковом крыле и с окнами на внутренний садик. На этот раз он включил свет: ночная тьма таит больше опасностей, чем просто уныние и страх - он может обо что-нибудь споткнуться. Комната была в точности такой, какой он ее оставил... неужели всего четыре месяца тому назад? Слишком чисто и опрятно; очень давно здесь никто по-настоящему не жил. Ну, положим, прошлой зимой лорд Форкосиган был вынужден пробыть тут изрядное время, но был несколько не в форме, чтобы устроить развал.

"Можно заказать что-нибудь поесть. И поделиться с охранником". Но он не ощущал особого голода.

"Я могу делать все, что захочу. Совершенно все".

Кроме того единственного, чего ему хотелось: отбыть нынче же вечером на самом быстром из скачковых кораблей, идущих к Эскобару или иному галактическому пункту назначения со столь же развитой медициной. Майлз издал бессловесное рычание. И вместо желаемого стал распаковывать чемодан, аккуратно раскладывая все по своим местам. Сбросил сапоги, повесил на вешалку мундир и натянул на себя куда более удобный старый тренировочный костюм.

Он сел на кровать и плеснул себе немного вина во взятый в ванной стакан. Во время своей последней дендарийской операции он избегал алкоголя и вообще любых наркотических препаратов или сходных с ними веществ; похоже, для его редких и нерегулярных припадков это роли не играло. Если он тихо побудет в одиночку здесь, в особняке Форкосиганов, до самой встречи с Иллианом, и если это случится с ним снова, то по крайней мере случится оно без свидетелей.

"Выпью, а потом закажу еду". А завтра он разработает новый план атаки на... на чертова диверсанта, таящегося у него в нейронах.

Вино скользнуло в горло - терпкое, пряное, согревающее. Похоже, чтобы расслабиться, ему потребуется больше алкоголя, чем обычно, но эту проблему решить нетрудно; понижение чувствительности могло быть еще одним побочным эффектом криооживления, но он испытывал мрачные опасения, что это скорее следствие возраста. Он провалился в сон где-то на последней трети бутылки.

К полудню следующего дня проблема пищи встала остро; несмотря на то, что позавтракал Майлз парой таблеток болеутоляющего, отсутствие кофе и чая ввергало его просто в отчаяние. "Я обученный сотрудник СБ. Я могу решить эту проблему". Кто-то же все эти годы должен был ходить в магазин за всякой бакалеей... нет, если подумать, припасы на кухню доставлялись ежедневно в грузовом фургоне с подъемником; он припомнил, как оруженосцы проверяли машину. Шеф-повар фактически выполнял обязанности квартирмейстера, заведуя пищевым обеспечением графа, графини, пары дюжин слуг, двадцати оруженосцев, их многочисленных иждивенцев и вечно голодных охранников, никогда не упускавших случая выпросить чего-нибудь перекусить. Плюс - частые официальные ужины, приемы и вечера, где количество гостей могло исчисляться сотнями.

Комм-пульт в комнатке повара за пределами кухни вскоре выдал Майлзу искомые данные. Существовал постоянный поставщик - сейчас счет у него был закрыт, но, разумеется, Майлз мог открыть его снова. Список предложений изумлял своим размахом, а ценами - и того более. Сколько-сколько марок платили за яйца?.. уф. Это же цена за упаковку в дюжину дюжин, а не за двенадцать штук. Майлз попытался представить себе, что бы он мог сделать со ста сорока четырьмя яйцами. Может, раньше, когда ему было лет тринадцать... Некоторые возможности подворачиваются в жизни слишком поздно.

Он переключил изображение на адресную книгу. Ближайшим источником продуктов отказался магазинчик примерно в шести кварталах отсюда. Очередное затруднение: осмелится ли он сесть за руль? "Иди пешком. А домой вернешься на такси".

Местечко это оказалось странноватой маленькой дырой в стене, но там можно было приобрести кофе, чай, молоко, яйца в разумных количествах, коробку каши мгновенного приготовления и целую кучу различных упаковок с надписью "готовое блюдо". Майлз набрал стопку - по паре всех пяти видов. Повинуясь импульсу, он захватил еще полдюжины блестящих пакетиков с дорогим кошачьим кормом, такой пахучей штукой, которая нравится кошкам. Итак... сплавить корм охраннику? Или попытаться сманить кошку Царапку за собой? После инцидента с силовой ловушкой эта зверюга вряд ли часто слоняется возле черного хода особняка Форкосиганов.

Майлз подхватил свою добычу и понес ее к кассе, где кассирша со специфической улыбочкой оглядела его с ног до головы. Он уже внутренне напрягся в ожидании какой-нибудь ехидной реплики, вроде "А, мутант!". Следовало ему надеть форму со знаками СБ; никто не осмелится глумиться над тем, с чьего воротника подмигивает Глаз Гора. Но она произнесла лишь: - А, холостяк!

Возвращение домой и поздний завтрак отняли у него еще примерно час. До наступления темноты еще пять часов. А до сна - и того больше. И далеко не все это время он потратил на поиски всех имеющихся на Барраяре крио-неврологических клиник и специалистов, которых он расположил в списке по двум критериям: профессиональная репутация и вероятность сохранения его визита в тайне от СБ. Это второе требование оказалось камнем преткновения. По сути, Майлз хотел, чтобы в его голове копались только лучшие из лучших, но самых лучших до боли трудно убедить, скажем, лечить пациента и не вести при этом записей. Эскобар? Или Барраяр? Или ему стоит подождать, пока он не улетит в галактику на следующее задание, как можно дальше от штаб-квартиры?

Он беспокойно расхаживал по дому, перебирая в уме воспоминания. Вот это была комната Елены. А вот эта крошечная комнатушка принадлежала оруженосцу Ботари, ее отцу. А тут вот Айвен проскользнул сквозь перила ограждения, свалился с высоты половины этажа и раскроил себе голову, безо всяких видимых изменений в своих умственных способностях. А надеялись, что после падения он поумнеет...

За ужином Майлз решил соблюсти традиции. Надел повседневный мундир, снял все покрывала с мебели в официальной гостиной, налил вина в подходящий хрустальный бокал и поставил его во главе многометрового стола. Он чуть было не откопал в шкафу тарелки, но сообразил, что, если съест все прямо из упаковки, то будет избавлен от мытья посуды. Включил легкую музыку. И за исключением всего этого, ужин занял минут пять. Закончив есть, Майлз послушно снова натянул чехлы на полированное дерево и изящные стулья.

"Будь здесь дендарийцы, у меня была бы настоящая вечеринка".

Элли Куинн. Или Таура. Или Вербена Дюрона. Или даже Елена, Баз и все остальные. Бел Торн, по которому он все еще скучает. Все вместе. Кто-нибудь. Представшая перед внутренним взором картинка дендарийцев, оккупировавших особняк Форкосиганов, вызвала у него головокружение. Но, без сомнения, они бы знали, как оживить это место.

***

К следующему вечеру он настолько отчаялся, что позвонил кузену Айвену.

Айвен отозвался на звонок по комму почти немедленно. Лейтенант лорд Айвен Форпатрил был еще одет в повседневный зеленый мундир, идентичный майлзовскому, не считая того, что на воротнике напротив красных лейтенантских кубиков были приколоты эмблемы Оперативного отдела, а не СБ. По крайней мере, Айвен не изменился: все так же днем сидит на своем месте в Генштабе, а по ночам ведет полную удовольствий жизнь столичного офицера-фора.

При виде Майлза красивое, приветливое лицо Айвена озарилось неподдельной улыбкой. - Ну, братец! А я и не знал, что ты снова в городе.

- Я пару дней, как приехал, - признался Майлз. - Сейчас пытаюсь распробовать весьма причудливое ощущение - иметь особняк Форкосиганов в своем единоличном пользовании.

- Господи боже, ты совсем один в этом мавзолее?

- Не считая охранника на входе и кошки Царапки, но они держатся сами по себе.

- Тебе, восставшему из мертвых, это должно подходить, - заметил Айвен.

Майлз коснулся груди. - Не совсем. Никогда прежде не замечал, как сильно скрипят эти старые дома по ночам. Сегодняшний день я провел... - он не мог рассказать Айвену, что потратил день на разработку плана тайной медицинской атаки, и не услышать от того вопрос "зачем?"; поэтому он плавно продолжил: - ... проглядывая архивы. Меня всегда интересовало, сколько людей умерло в этих владениях за многие века. Не считая деда, конечно. Оказалось - гораздо больше, чем я думал. - А ведь, действительно, завораживающий вопрос; надо бы просмотреть архивы.

- Ага.

- Так... и что делается в городе? Есть шанс, что ты ко мне заглянешь?

- Весь день я, разумеется, на службе... а вообще-то ничего особенного не происходит. У нас сейчас странное время - День рождения императора уже прошел, а Зимнепраздник еще не наступил.

- Ну, и как погуляли на нынешнем Дне рождения? Я его пропустил. Был еще в пути, за три недели отсюда. И никто даже не надрался в честь праздника.

- Да, знаю. Мне пришлось принести мешочек с золотом от твоего Округа. Было обычное столпотворение. Грегор ретировался рано, и все сошло на нет еще до рассвета. - Айвен поджал губы с таким видом, словно его осенила блестящая идея. Майлз насторожился.

- Хотя я скажу тебе, что. Через два дня у Грегора состоится официальный ужин. Там будут два или три новых главных галактических посла и пара менее важных консулов, представивших свои верительные грамоты в прошлом месяце. Грегор решил собрать их сразу всех вместе, чтобы покончить с этим делом. И, как обычно, моя мать играет там роль хозяйки дома.

Леди Элис Форпатрил была общеизвестным главным вершителем светских дел в Форбарр-Султане, и не в последней степени потому, что часто исполняла в императорском дворце обязанности официальной хозяйки холостого, не имеющего ни матери, ни сестры императора Грегора.

- Потом будут танцы. Мать спросила меня, не могу ли я собрать там немного народу помоложе, чтобы разогреть бальный зал. Под "помоложе", насколько я понимаю, она имеет в виду всех моложе сорока. И подходящих, как ты понимаешь. Если б я знал, что ты в городе, я бы тебя раньше заловил.

- Она хочет, чтобы ты привел девушку, - перевел Майлз. - И желательно - невесту.

Айвен ухмыльнулся: - Ага, только по какой-то причине большинство знакомых не хотят одалживать мне своих.

- Мне тоже нужно доставить партнершу для танцев? Вряд ли у меня остались здесь знакомые женщины.

- Ну, так прихвати одну из девочек Куделки. Как я. Конечно, это все равно что прийти с сестрой, но они чертовски хороши, особенно все вместе.

- Ты пригласил Делию? - произнес Майлз задумчиво.

- Ага, но могу уступить ее тебе, если хочешь, и взять Марсию. Но если пойдешь с Делией, пообещай, что не заставишь ее надевать высокие каблуки. Она терпеть не может, когда ее заставляют надевать каблуки.

- Но на каблуках она... настолько впечатляющая.

- Без них она впечатляет тоже.

- Верно. Ну... ладно, договорились. - Майлза вспышкой озарило видение: вот с ним случается припадок прямо на полу императорского бального зала на глазах у половины сливок форского светского общества столицы. Но какова альтернатива? Сидеть дома до ночи наедине сам с собой и ничего не делать, кроме как мечтать о том, как после следующего задания он сбежит на Эскобар? выстраивать девятнадцать невыполнимых способов, как обыграть наблюдателей СБ на ее собственном поле? методом "мозгового штурма" придумать, как бы спереть у охранника кошку, чтобы у него была хоть какая-то компания? А Айвен может решить его проблему с транспортом.

- У меня нет машины, - сообщил Майлз.

- А что случилось с твоим флаером?

- Он... в мастерской. Его налаживают.

- Хочешь, чтобы я за тобой заехал?

Мозги Майлза медленно заскрипели. Сие означает позволить вести машину Айвену, к вящему ужасу всех благоразумных пассажиров. Разве что Майлз сможет запугать Делию Куделку до того, что она перехватит управление. Майлз выпрямился, осененный собственной блестящей идеей. - А твоя мать действительно хочет побольше народу?

- Она так сказала.

- Здесь капитан Дув Галени. Я встретил его на днях в штаб-квартире СБ. Он торчит в аналитическом отделе, хотя сам почему-то считает это редкостным удовольствием.

- Ах да, я ведь знаю об этом! И в конце концов вспомнил бы и рассказал тебе. Несколько недель назад он объявлялся у нас, его привез с собой генерал Аллегре, когда приезжал для какой-то консультации на самом верху. Я собирался устроить что-нибудь по случаю его приезда в Форбарр-Султану, но пока этим не занимался. У вас, парней из СБ, есть склонность держаться самим по себе в вашей Центральной Психушке.

- Но, в любом случае, сейчас он пытается произвести впечатление на какую-то комаррскую девицу, - продолжил придумывать Майлз. - Точнее, не девицу, а женщину. Некую влиятельную особу в торговой делегации. Как я понял, ее сильные стороны - ум, а не красота, что, зная Галени, меня ничуть не удивляет. И у нее весьма любопытные связи на Комарре. Как думаешь, сколько очков он наберет, приведя ее на императорский официальный ужин?

- Много, - решительно сказал Айвен, - особенно если это один из званых вечеров для избранных, устраиваемых моей матерью.

- И мы оба перед ним в долгу.

- И не один раз. И я заметил, он далеко не так саркастичен, как бывает обычно. Может, мягчает? Конечно, пригласи его с нами, - сказал Айвен.

- Тогда я сейчас позвоню ему, а потом снова тебе. - Довольный собственным вдохновением, Майлз отключил комм.