Лоис Макмастер БУДЖОЛД
ПАМЯТЬ

(Lois McMaster Bujold, "Memory",1996)
Перевод (c) - Анны Ходош (annah@thermosyn.com), ред. от 06.09.2001

ГЛАВА 14

<< Назад   Вперед >>

Майлз сидел неподвижно минут десять. Галени прав. Черт, Галени не догадывался и о половине проблемы! Иллиан не просто забывает те вещи, которые были; он помнит те, которых не было. Впадает в прошлое?

"Эй, если этот человек не может ответить, какой нынче год, то я знаю способ, каким ты мог бы получить обратно свою прежнюю работу..."

Не очень-то смешно.

Что же делать? Разумеется, Майлз - именно тот самый человек на всем Барраяре, который не посмеет произнести ни слова критики в отношении Иллиана. Это немедленно расценят как нытье уволенного, или еще хуже - как попытку мести.

Но и игнорировать сложившуюся ситуацию он тоже не может - зная то, что узнал теперь. Из кабинета Иллиана идет поток приказов, и люди этим приказам подчиняются. Доверчиво. Тридцать лет накопленного доверия - это банк, который не может рухнуть в одночасье. И сколько вреда тем временем успеет нанести Иллиан? Например, сейчас? Предположим, если он вернулся во времени в один из самых мерзких моментов комаррского восстания?

И как долго это уже продолжалось, пока не было замечено Галени? Случившееся кажется внезапным, но, возможно, оно лишь внезапно стало видимым? За сколько недель - месяцев - надежность приказов поставлена под сомнение? Кому-то придется вернуться назад и просмотреть каждое из сообщений, исходивших из кабинета Иллиана на протяжении... какого времени? "Кому-то. Но не мне".

Неисправность кроется в чипе или в нервных тканях самого Иллиана? Или в каком-то хитром нарушении их взаимодействия? Это вопрос медицины и биоинженерии, и потребуются технические эксперты, чтобы на него ответить. "Снова не я".

В конце концов Майлз пришел к такому же решению (если это можно назвать решением), к какому прибегнул и Галени. "Перепасуй эту информацию Кому-Нибудь Другому в надежде, что он что-то предпримет". И сколько же времени потребуется комитету встревоженных наблюдателей за Иллианом, чтобы прекратить перекидывать этот раскаленный уголек туда-сюда и совместно предпринять нечто действенное? "Не мне это решать. Я чертовски хотел бы, чтобы было наоборот".

Он нехотя набрал номер на комм-пульте. - Это лорд Форкосиган. Пожалуйста, соедините меня с руководством Внутренних дел, - попросил он ответившего на вызов капрала СБ.

Генерала Гароша на месте не было. - Передайте ему позвонить мне, как только он окажется в пределах вашей досягаемости, - сказал Майлз секретарю в приемной. - Это срочно.

В ожидании вызова он вернулся обратно к своим кучам одежды. Он сейчас с трудом соображал, какие из них выкинуть, а какие повесить обратно в шкаф. Гарош не звонил. Майлз еще дважды пытался связаться с его приемной, прежде чем наконец его настиг.

Комм-изображение Гароша нетерпеливо ему нахмурилось. - Да? В чем дело, лорд Форкосиган?

Майлз набрал побольше воздуха. - Недавно мне звонил Саймон Иллиан. Думаю, вам стоит просмотреть этот звонок.

- Простите?

- Поднимитесь в приемную Иллиана и заставьте его секретаря проиграть вам запись заново. На самом деле вам стоит ее просмотреть обоим. Я знаю, что разговор записывался; это стандартная оперативная процедура.

- Зачем?

Вот именно. Зачем бы Гарошу верить на слово отверженному СБ, которого на его глазах его же глубокоуважаемый начальник Иллиан не просто выгнал, но лично выпроводил из штаб-квартиры?

- Генерал, это действительно важно, действительно срочно, и я действительно предпочел бы, чтобы вы судили об этом сами.

- Вы театрально загадочный человек, лорд Форкосиган, - неодобрительно и недовольно нахмурился Гарош.

- Прошу прощения. - Майлз старался сохранять ровный и невыразительный тон. - Вы поймете, когда все увидите.

- Гарош приподнял бровь. - Да? Тогда, может, и посмотрю.

- Спасибо. - Майлз отключил комм. Бесполезно просить Гароша перезвонить ему после просмотра записи; теперь это дело точно ушло из рук Майлза.

Ну, вот. Сделано, и сделана вещь правильная - максимально правильная из возможных в данных обстоятельствах.

Чувствовал он себя тошнотворно.

Теперь: следует ли позвонить Грегору? Нечестно держать это в тайне от императора, но, боже мой...

Гарош сам это вскоре сделает, решил Майлз. Как только Гарош наверстает упущенное и поместит Иллиана в условия должного медицинского ухода, то он автоматически и согласно цепочке командования станет исполняющим обязанности шефа СБ. И дальше его немедленным долгом будет уведомить Грегора о столь неприятном повороте событий и выяснить, какова же в этом вопросе императорская воля. Так что все завершится еще до конца этого дня.

Возможно, причина неразберихи с Иллианом в чем-нибудь простом, легко поправимом; может, он вернется к своим обязанностям за считанные дни. Скажем, в чипе короткое замыкание. "С этим чипом ничего простого не бывает". Но СБ позаботится о своем человеке.

Вздохнув, Майлз вернулся к списку возложенных им самим на себя хозяйственных дел, но внимание сосредотачивалось с трудом. Он пытался читать, но не смог сконцентрироваться. Возможно ли, чтобы Иллиан скрыл следы происшедшего, а? Предположим, Гарош поднялся просмотреть запись звонка, а в журнале ее больше нет? Но если Иллиан в такой степени отдает себе отчет, то он должен сам обратиться за медицинской помощью.

День тянулся бесконечно. К вечеру Майлз сломался и принялся звонить то Грегору, то Гарошу, но не смог дозвониться до обоих. Возможно, они сейчас сообща заняты этим кризисом. Он оставил сообщения с просьбой перезвонить, но ответов на них не дождался. Спалось ему плохо.

 

Как же он терпеть не мог быть выключенным из потока данных! К вечеру следующего дня Майлз был готов лично отправиться барабанить в дверь черного хода СБ и требовать засекреченные рапорты - он даже толком не знал, какие. Тут в особняк Форкосиганов внезапно заявился Галени. Тот явно приехал прямо с работы, был все еще в мундире, и выглядел мрачным даже по своим собственным стандартам угрюмости.

- Выпьешь? - спросил Майлз после первого же взгляда на его физиономию, когда Мартин привел Галени в Желтую гостиную, на этот раз объявив его появление по всем правилам. - Поужинаешь?

- Выпью. - Галени рухнул в ближайшее кресло и запрокинул назад голову так, словно шея у него болела от самого позвоночника. - Я подумаю насчет ужина. Пока я не голоден. - Он дождался, пока Мартин не выйдет, и добавил: - Все кончено.

- Рассказывай. Что произошло?

- Иллиан полностью сломался во время общего совещания всех департаментов сегодня днем.

- Сегодня днем? Ты хочешь сказать, генерал Гарош не завернул его и не отправил к медикам СБ вчера вечером?

- Что?

Майлз описал ему тот самый тревожащий звонок Иллиана. - Я тут же уведомил Гароша. Только не говори мне, что этот человек не сделал того, что я ему сказал.

- Не знаю, - ответил Галени. - Я могу сообщить лишь о том, что видел. - Как опытный аналитик - не говоря уж "как историк" - Галени четко ощущал разницу между свидетельством очевидца, слухами и умозрительными догадками. Что бы он ни рассказывал, вы всегда могли понять, под какую из категорий это подпадает.

- Иллиан теперь под медицинским наблюдением, да? - с тревогой спросил Майлз.

- О боже, да. - вздохнул Галени. - Брифинг начался почти нормально. Главы департаментов сделали свои еженедельные краткие доклады и перечислили список всех первоочередных задач, на которых стоило бы заострить внимание другим отделам. Иллиан казался нервным, более беспокойным, чем обычно, вертел в руках лежащие перед ним на столе предметы... сломал пополам магнитную карточку, пробормотал извинения... Он встал, чтобы, как обычно, раздать всем поручения по списку, и тут началось... Ни одна фраза не вытекала из другой. Он совершенно запутался. Не так, будто он перепутал день, а словно ошибся дней на двадцать. Каждое предложение было грамматически правильно и полностью бессвязно. И он не отдавал себе в этом отчета, пока не взглянул на нас и не увидел, как все уставились на него с отвисшей челюстью. И тут он замолк.

- Тогда Гарош встал - клянусь, это был самый смелый поступок, какой я видел в жизни, - и произнес: "Сэр, мне кажется, вам следует немедленно предстать перед медицинской комиссией". Иллиан рявкнул в ответ, что он не болен и чтобы Гарош, к чертовой матери, сел... вот только в глазах его вспыхивала то ярость, то растерянность. Его трясло. Ну где этот твой нескладный подросток с выпивкой?

- Наверное, опять повернул не в ту сторону и заблудился в другом крыле. Ничего, в конце концов выберется. Пожалуйста, продолжай.

- А-а. - Галени потер шею. - Иллиан не хотел уходить. Гарош вызвал медика. Иллиан отменил приказ, заявил, что не может все бросить в разгар кризиса; вот только кризис, в который, как он полагал, мы попали, - это цетагандийское вторжение на Верван десятилетней давности. Гарош, который к этому моменту был почти белым, как мел, пепельно-серым, взял его под руку и попытался подтолкнуть к двери - а это было ошибкой, потому что Иллиан вступил с ним в драку. Тогда Гарош завопил: "Ах, черт, приведите медика, и быстро!" Умно с его стороны. Проклятие, когда Иллиан дерется - он дерется по-черному. Никогда такого не видел.

- Как и я, - ответил Майлз, болезненно завороженный этим рассказом.

- Когда медик оказался здесь, в его помощи нуждались еще двое. Иллиана накачали успокаивающим до самых бровей и привязали в койке в клинике СБ там же внизу. Вот так сегодняшнее комитетское заседание и закончилось. Подумать только, а я-то обычно жаловался, как на них скучно...

- О боже... - Майлз прижал пальцы к глазам и помассировал лицо. - Трудно было бы сделать хуже - даже если бы в этом сценарии специально планировались максимум неразберихи и унижения. И такое число свидетелей.

- Излишне упоминать, что Гарош остался сегодня на службе до позднего вечера, - продолжал Галени. - Все здание гудит от разговоров вполголоса. Разумеется, Гарош отдал нам всем приказ никому об этом не рассказывать.

- За исключением меня?

- По каким-то причинам тебя он в список исключений внести забыл, - сухо сообщил Галени. - Так что ты от меня ничего не слышал. Ты вообще ничего не слышал. Точка.

- Да уж. Я понимаю. Полагаю, к нынешнему моменту он уже доложил обо всем Грегору.

- Будем надеяться.

- Проклятье, Гарошу следовало обеспечить Иллиану медицинскую помощь не теряя времени, еще прошлым вечером!

- Он выглядел здорово напуганным. Как и мы все. Арестовать шефа Имперской службы безопасности в самом сердце штаб-квартиры СБ - это... непростая задача.

- Нет. Нет... думаю, мне не стоит критиковать человека, оказавшегося на линии огня. Должно быть, ему потребовалось время, чтобы убедиться. В такого рода вещах ты не смеешь допускать ошибки, если дорожишь своей карьерой. Что и делает Гарош. - Сместить Иллиана вот так, публично, казалось ненужной жестокостью. "Иллиан по крайней мере уволил меня с глазу на глаз". Но, с другой стороны, так дело было совершенно ясным, без какой-либо двусмысленности, не оставлявшим места для замешательства, слухов или тонких намеков. Или споров.

- Неудачное нынче для этого время, - продолжил Майлз. - Хотя вряд ли существует на свете такая вещь, как подходящее время для био-кибернетической аварии. Я задумываюсь... не послужил ли ее причиной стресс, связанный с растущими, гм, императорскими потребностями? Хотя вряд ли это возможно. Иллиан выдерживал куда худшие кризисы, чем свадьба.

- Этот стресс мог быть не самым худшим, но последним, - подчеркнул Галени. - Эта штука вообще могла висеть на волоске бог знает как давно. - Он помолчал. - Я думаю, не сказалось ли все это, когда он увольнял тебя? Я имею в виду... можешь ли ты доказать, что его решение уже тогда было неадекватным?

Майлз сглотнул, не уверенный, благодарен ли он Галени за озвучивание вслух того, о чем он сам едва осмеливался думать. - Хотелось бы мне, чтобы я мог ответить "да". Но нет. В его тогдашнем решении не было ничего неправильного. Оно совершенно логически вытекало из его же принципов.

- Так когда же это началось? Вот ключевой вопрос.

- Да уж. Я сам себе его задавал. И все остальные себе, конечно, тоже. Но, полагаю, нам всем придется дождаться, что же скажут врачи СБ. Кстати говоря, ты ни слыхал ни слова относительно того, что именно послужило причиной?

- До меня ничего подобного не доходило. Но пока они едва приступили к к изучению проблемы. Думаю, им придется доставить сюда по воздуху экспертов, известных лишь узкому кругу лиц..

Наконец появился Мартин с выпивкой. Галени решил-таки остаться на ужин; от этой новости физиономия Мартина поскучнела. Из того, что матушка Кости без каких-либо предупреждений подала изящное и щедрое угощение на двоих, Майлз мог сделать лишь один вывод: Мартина заставили пожертвовать своей порцией в пользу гостя и наесться одними бутербродами. Зная, каково представление Матушки Кости относительно легкой закуски, Майлз не ощущал себя особо виноватым, хотя сегодня ее искусство отчасти пропадало даром - внимание Майлза и Галени было отвлечено совсем на другое.

И все же... самое худшее с Иллианом было уже позади, самая большая опасность - предотвращена. Осталось лишь доделать начатое.

 

"Расплющенные горгульи над боковой дверью штаб-квартиры СБ нынче утром выглядят особенно странно, - подумал Майлз, - словно они угнетены скорбью и одновременно готовы взорваться от распирающих их изнутри зловещих тайн". И выражение лиц кое-кого из людей, мимо которых он прошел, несло отпечаток сильного сходства с этими гранитными тварями. Дежурный, сидящий на посту за конторкой в вестибюле, поднял взгляд на Майлза и обеспокоено моргнул. - Чем могу быть полезен, сэр?

- Я - лорд Форкосиган. Пришел повидать Саймона Иллиана.

Дежурный сверился с данными комм-пульта: - Вас у меня в перечне нет, милорд.

- Нет. Я просто заскочил сюда его навестить. - Охранник, как и все прочие, должен был как минимум знать, что Иллиан сейчас не на службе. Хотя бы потому, что им должны были сообщить: обязанности их начальника теперь исполняет Гарош. - В клинике. Дайте мне карточку и пропустите, пожалуйста.

- Я не могу этого сделать, милорд.

- Разумеется, можете. Это ваша работа. Кто сегодня дежурный офицер?

- Майор Жарле, милорд.

- Отлично. Он меня знает. Позвоните ему, чтобы он дал вам разрешение.

Через пару минут над коммом возникло лицо Жарле. - Да?

Дежурный объяснил, чего просит Майлз.

- Не думаю, что это возможно, милорд, - неуверенно сказал Жарле Майлзу, перегнувшемуся через плечо охранника, чтобы попасть в поле зрения видеокамеры.

Майлз вздохнул:

- Свяжитесь тогда с вашим начальником. Черт, нет... Чтобы мне подняться по всей цепочке командования, потребуется минут тридцать. Давайте исключим из нее посредников, а? Мне очень не хочется беспокоить генерала Гароша, когда он так, безусловно, сильно занят, как сегодня утром, - но вы все же позвоните ему.

Жарле явно столь же не хотелось беспокоить свое командование, но стоящего в вестибюле фор-лорда трудно выставить прочь и невозможно игнорировать. До комм-пульта Гароша они дозвонились через каких-то десять минут; неплохая работа, в данных-то обстоятельствах, подумал Майлз.

- Доброе утро, генерал, - обратился Майлз к изображению Гароша, появившемуся над видео-пластиной конторки. - Я пришел навестить Саймона.

- Невозможно, - громыхнул Гарош.

В голосе Майлза прорезался металл. - Это невозможно, только если он мертв. По-моему, вы хотите сказать, что не желаете этого допустить. Почему?

Гарош поколебался, затем приказал: - Капрал, установите конус тишины и уступите на минуту ваше место за коммом лорду Форкосигану, прошу вас.

Дежурный послушно отошел в сторону; Майлза и изображение Гароша накрыло поле расположенного над стулом устройства для секретности разговоров.

- Где вы об этом услышали? - подозрительно спросил Гарош, едва приватность их разговора была обеспечена.

Майлз поднял брови и, не сделав ни секундной паузы, включился на полную мощность: - Я беспокоился. Когда вы мне так и не позвонили в ответ на мой позавчерашний звонок и не ответили ни на одно из моих сообщений, я в конце концов связался с Грегором.

- О-о, - протянул Гарош. Его подозрительность увяла до простого недовольства.

"Ох, горячо", сообразил Майлз. Если бы Гарош до сих пор еще не доложил Грегору, Майлз совершил бы сейчас большую ошибку, потенциально весьма опасную для Галени. Лучше бы ему благоразумно не уточнять, когда именно он якобы разговаривал с императором, пока на самом деле с ним не поговорит.

- Я хочу видеть Иллиана.

- Иллиан, возможно, даже не способен вас узнать, - после длительной паузы сказал Гарош. - Он выбалтывает засекреченные материалы со скоростью метр в минуту. Мне пришлось назначить в охрану людей, имеющих высшую категорию доступа.

- И что же? Я имею допуск по высшей категории. - Черт, да он сам - засекреченный материал.

- Разумеется, нет. Ваш допуск должен был быть аннулирован, когда вас... отправили в отставку.

- Проверьте. - Ах, черт. Теперь у Гароша есть доступ ко всем файлам Иллиана; в любое время, стоит ему выкроить минуту, и он сможет прочесть там всю подлинную историю увольнения Майлза. Майлз понадеялся, что в последние дни у того не выпадало свободных минут, которые он мог бы потратить на наведение подобных справок.

Гарош, сощурившись, посмотрел на Майлза, затем набрал на комме код.

- Ваш допуск все еще в файле, - в некотором удивлении произнес он.

- Вот теперь вы на верном пути.

- Должно быть, Иллиан забыл его подправить. Или он начал путаться уже тогда? Что ж... - Гарош отстучал что-то на клавиатуре. - Теперь я его отменяю.

"Ты не можешь этого сделать!" Майлз проглотил оскорбленный возглас. Разумеется, Гарош это может. Майлз в замешательстве вперил в него взгляд. Что же ему теперь делать? Броситься вон из штаб-квартиры с сердитым воплем: "Мы еще посмотрим! Я все старшему брату расскажу!"? Нет. Грегор - это карта, которую он может разыграть лишь один раз и только в самом аварийном случае. Он позволил себе тщательно контролируемый вздох, выпустив вместе с дыханием и свою ярость. - Генерал. Осторожность - это одно. А паранойя, когда друга не отличают от врага, - совсем другое.

- Лорд Форкосиган. - проговорил Гарош, столь же напряженно, как Майлз. - Мы еще не знаем, с чем имеем дело. Нынче утром у меня нет времени развлекать праздно любопытствующих штатских, друзья они или нет. Пожалуйста, не докучайте больше моим сотрудникам. Что бы император ни пожелал вам передать - это его дело. А моим долгом является отчитываться перед ним одним. До свидания. - Резким ударом по клавише Гарош отключил связь; конус тишины вокруг Майлза исчез, и стоящий в вестибюле охранник снова ревностно на него уставился.

"Что-то пошло не так".

 

Первое, что он сделал, вернувшись в особняк Форкосиганов, - закрылся у себя в спальне и принялся звонить Грегору. Чтобы добраться до него, понадобилось сорок пять минут. Да хоть бы сорок пять часов - он все равно упорно делал бы то же самое.

- Грегор, - безо всякого вступления начал Майлз, когда над видео-платой появилось лицо императора. - Что, черт побери, происходит с Иллианом?

- Где ты об этом услышал? - с озабоченным видом переспросил Грегор, невольно повторяя слова Гароша.

Майлз объединил в своем рассказе двухдневной давности звонок Иллиана и свой собственный звонок Гарошу. Про Галени он опять не упомянул. - И что случилось потом? Что-то же случилось, явно.

Грегор вкратце рассказал ему про то, как сломался Иллиан, - за вычетом большей части душераздирающих подробностей, доведенных до Майлза Галени. - Гарош поместил его в собственную клинику СБ, что в данных обстоятельствах имеет смысл.

- Да, я пытался увидеться с Иллианом сегодня утром. Гарош не позволил мне войти.

- Они могут брать себе любое оборудование и экспертов, какие им только понадобятся. Я лично выделил средства и назначил полномочия для всего, чего бы ни захотел потребовать Гарош.

- Грегор, вдумайся на мгновение. Гарош не позволил мне войти. Повидать Иллиана.

Пальцы Грегора досадливым жестом сжались в кулаки. - Майлз, дай человеку передышку. У него и так забот полон рот - в аварийном порядке подхватить обязанности Иллиана, передать свой собственный департамент в ведение заместителя... Дай ему несколько дней, чтобы все устроить, и не толкай под локоть, будь любезен. Когда он почувствует, что все у него под контролем, то расслабится, я в этом уверен. Ты должен признать, что Саймон первым бы одобрил осторожный подход в подобной критической ситуации.

- Верно. Саймон предпочел бы оказаться в руках людей, которых действительно заботит безопасность. Но я начинаю думать, что предпочел бы увидеть хоть какие-то признаки того, что людей, в чьих руках он находится, действительно заботит Саймон Иллиан. - Он вспомнил затяжной кошмар собственного знакомства с посткриогенной амнезией. Один из самых жутких периодов в его жизни, потеря памяти, потеря самого себя... не испытывает ли Иллиан сейчас нечто подобное? Или что-то еще более странное? Майлз тогда затерялся среди чужаков. Не затерялся ли Иллиан среди людей, которые должны быть его друзьями?

Майлз вздохнул. - Ладно. Не буду трогать беднягу Гароша. Бог свидетель, его работе я не завидую. Но ты будешь держать меня в курсе медицинских сводок? Меня все это... неожиданно напугало.

Грегор взглянул на него с сочувствием. - Иллиан ведь был фактически твоим наставником, да?

- Да, в своей собственной язвительной и требовательной манере. Задним числом я вижу, что способ был отличный. Но даже еще раньше... он служил моему отцу тридцать лет, всю мою жизнь. До восемнадцати лет я звал его "дядя Саймон", пока не поступил в Академию, а после этого стал обращаться к нему просто "сэр". Из его семьи у него к тому времени в живых никого не осталось, и его работа, - а теперь начинаю думать, что и этот чертов чип у него в голове, - сожрала все его шансы завести свою собственную.

- Я и не знал, что ты воспринимаешь его вроде как приемного отца, Майлз.

Майлз пожал плечами: - Приемного дяди, во всяком случае. Это... семейное дело. А я - фор.

- Приятно слышать, что ты это признаешь, - пробормотал Грегор. - А то кое-кто иногда сомневался, осознаешь ли ты этот факт.

Майлз вспыхнул. - Я обязан Иллиану, как... это нечто среднее между долгом по отношению к приемному дяде и к человеку, который служил твоей семье. И в настоящий момент я - единственный Форкосиган на Барраяре. Похоже, что это... нет, это именно и есть моя обязанность.

- Верность - это всегда было главным в Форкосиганах, - согласился Грегор.

- Так что она превратилась в своего рода привычку.

Грегор вздохнул: - Конечно, я буду держать тебя в курсе.

- Каждый день? Я знаю, Гарош будет представлять тебе бюллетени каждый день, на утреннем докладе СБ.

- Да, Иллиан и мой утренний кофе обычно прибывали одновременно. А иногда, когда он приходил лично, то приносил мне кофе собственноручно. Я всегда чувствовал в этом вежливый намек: "Сядь и слушай внимательно".

- В этом весь Иллиан, - усмехнулся Майлз. - Раз в день, договорились?

- Ох, ну хорошо. Слушай, мне нужно идти.

- Спасибо, Грегор.

Император отключился.

Майлз откинулся на спинку кресла, отчасти удовлетворенный. Нужно дать людям и событиям время разобраться. Он вспомнил собственный спокойный совет, данный Галени: насчет интуиции и доказательств. Майлзов демон интуиции может убираться обратно - Майлз представил, как засовывает крошечного гнома, вылитого Нейсмита, в чемодан, закрывает крышку и застегивает ремни. И как изнутри доносятся еле слышные вопли и шум ударов... "Я стал лучшим агентом Иллиана не потому, что следовал правилам больше всех остальных". Но еще чертовски рано говорить "В этой картинке что-то неправильно" или даже думать об этом вслух.

Служба безопасности заботится о своих; так было всегда. И он не намерен снова прилюдно изображать из себя дурака. Он подождет.