крымскотатарские сказки читать;материалы для наруной рекламы

Лоис МакМастер БУДЖОЛД

ПАЛАДИН ДУШ

(Lois McMaster Bujold, "Paladin of Souls", 2003)
Перевод (c) Елена Берцева

Глава 20

Горам застонал и посерел от страха, пригнувшись к поводьям.

- Назад, назад, - зашипел Арис слуге и служанке Каттилары, оттолкнув их себе за спину, чтобы они укрылись на дне фургона. Его рука опустилась Гораму на плечо.

- Езжай дальше! Проедем насквозь, если сможем. - Он поднялся и помахал Фойксу, который безумно озирался вокруг, сидя на рвущейся вперед лошади. - Двигай!

Фойкс ответил салютом, обнажил меч и развернул коня. Четверо гвардейцев Дочери также выхватили оружие и сгруппировались вокруг него, готовясь очистить путь для фургона. За поворотом было неясно, какая часть колонны джоконцев уже вылилась на дорогу, но остальные не прекращали просачиваться сквозь кусты на крутом берегу долины слева от них. Горам хлестнул кнутом упряжку. Скрипя и громыхая, фургон двинулся вперед.

Ближайшие из джоконцев оглянулись назад, чтобы понять, кто это появился у них в тылу. Послышались крики, звон обнажаемого оружия, дикое ржание резко развернутых и пришпоренных лошадей.

Арис схватил Исту за плечо и оттолкнул назад, в относительную безопасность в центре фургона. Дно фургона тряслось и ходило ходуном, и Иста быстро опустилась на колени, color="#ff0000"> пока ее не бросило на пол качкой. Парадный конь Илвина рысил рядом, перейдя на свой летящий галоп, когда упряжные лошади набрали скорость. Илвин наклонился и прокричал:

- Арис, мне нужно оружие! - Он вытянул пустую руку к брату, который яростно оглядывался. Илвин посмотрел вперед. - Срочно!

Выругавшись, Арис схватился за единственный острый предмет в поле зрения – вилы, привязанные к борту фургона. Он передал их Илвину, который яростно глянул на брата, но тем не менее схватил необычное оружие и выставил всеми зубьями вперед.

- Я подразумевал меч.

- Прости, - ответил Арис, доставая свой. - Он занят. Мне нужна лошадь.

Он повернулся к Лисс, галопирующей с противоположной стороны.

- Нет, Арис! - прокричал Илвин сквозь грохот фургона, убыстряющийся звон подков и приближающиеся крики. - Стой! Думай, что делаешь! - И он показал на бесчувственную Каттилару.

Арис отвернулся, втянув воздух сквозь зубы – не для вдоха, но от бессилия, сообразив, чье именно тело теперь подвергалось бы риску, участвуй он в стычке.

- Оставайся с королевой! Ага, а вот и мой меч!..

Илвин ударил своего белого скакуна одолженными сапогами, и тот, напрягшись всем телом, взял с места одним пугающим прыжком. Полы распахнувшейся на голом теле льняной постельной сорочки бились за спиной. Его волосы, собранные сзади в хвост, развевались на ветру.

Иста вцепилась в борт фургона и уставилась на него, как завороженная. Неподходящий конь, неподходящее оружие, неподходящие доспехи – ведь полуголый считается неподходящим доспехом, не так ли? – орущий, как сумасшедший... Правой рукой Илвин ухватил вилы как копье и наставил их на джоконского солдата, который надвигался на него с занесённым мечом. В последний момент, повинуясь неуловимому движению коленом, белый конь Илвина повернулся, врезавшись в джоконского скакуна. Зубцы вил проскользнули по обе стороны рукояти опускающегося меча. Подсечка, рывок, и Илвин, схватив эфес левой рукой, устремляется вперед, в то время как джоконец вывалился из седла и был color="#ff0000"> наполовину растоптан конями двух гвардейцев, мчащихся в тылу у Фойкса. С торжествующим воплем Илвин взмахнул мечом, но затем посмотрел задумчиво на скромное оружие, зажатое подмышкой другой руки, и решил оставить и его тоже.

Несмотря на то, что их шумная атака позволила рассеять с дороги ближайших джоконцев, вражеская конница быстро построилась позади и начала преследование. В фургоне не было ничего, чем можно было швырять, - только четыре сундука и сухие хлебные корки, хотя паж Ариса отчаянно ощупывал одежду в поисках более подходящих снарядов. Служанка Каттилары вцепилась в безвольное тело своей хозяйки и причитала. Мчащаяся у правого борта Лисс достала свой новый кинжал, но он не производил впечатления на фоне мечей мужчин. Арис притянул Исту обратно в центр, и, напряженно балансируя на одном колене, стал ждать с обнаженным мечом, готовый проткнуть первого, кто попытается взобраться на тот или иной борт.

Белый конь проскользнул мимо них в тыл; блеснув на солнце, в фургон влетел меч и, задребезжав, покатился по дну. Арис подтолкнул его к босоногому слуге, который схватил оружие с благодарностью и занял оборонительную позицию на конце фургона. Через пару минут белый конь обошел их галопом с другой стороны, и Илвин зашвырнул на борт еще один меч. С усмешкой, сверкнувшей как всполох, он продемонстрировал им поднятые вилы и снова унесся вперед.

С козел раздался крик Горама. Арис метнулся вперед. Только его ноги были видны Исте, пока он сосредоточенно расправлялся с невидимым противником, что скакал параллельно с ними. Движения Ариса наполняла мощь, быстрота и абсолютная уверенность. Но белая нить души-пламени, изливающаяся в него из Каттилары, казалось, вдвойне убыстрила свой бег и налилась. “Слишком быстро”, подумала Иста в отчаянии. “Она не сможет долго удерживать такой темп. Это ее обессилит...”

Фургон накренился в крутом повороте. Обдирая руки и колени и собирая занозы ладонями, Иста заскользила вдоль грубых бортов и обрушилась на убогое ложе Каттилары. Мокрое от слез лицо девушки-служанки пошло красными и белыми пятнами от жары и страха. Позади Лисс один из солдат Ордена Дочери сполз с седла, заливаясь кровью, и упал на обочину, а его лошадь, захромав, остановилась. Иста обернулась и постаралась проследить за его судьбой, но рывок на очередной колдобине отбросил ее, а когда она восстановила равновесие, он уже пропал из виду. Некий джоконец довольно неуклюже тыкал своим клинком между бортом фургона и наполовину завёрнутой кверху холстиной, а ему так же неуклюже противостоял паж Ариса, стоя на коленях и обороняясь захваченным Илвином мечом.

Взрыв криков и проклятий на двух языках раздался впереди. Красно-фиолетовая вспышка демонического света обожгла внутренний взор Исты, и она согнулась, уставившись в землю. Металл под полом фургона завизжал в агонии. Фургон пошатнулся и вдруг осел на заднее левое колесо. Все три женщины соскользнули в кучу в углу – даже Иста вскрикнула. Она услышала, как затрещала задняя ось, и вот вся задняя часть осела и заскрежетала по земле. С воплем вылетел наружу слуга. Арис слетел с козел и соскользнул к ним, едва не наколов плачущую служанку на острие своего меча.

Арис бешено озирался.

- Лисс! - выкрикнул он.

- Я тут!

Пегий по-прежнему скакал у правого борта и теперь затормозил вместе с ними.

Новые крики впереди смешались с грохотом крушения и диким ржанием лошади. Раскачивающийся фургон соскользнул с дороги и замер, покосившись на бок. Арис уронил меч и, схватив бесчувственное тело жены, перекинул его на руки удивленной Лисс.

- Бери, бери ее! Скачи, если сможешь. Прямо в Порифорс.

- Да, да! - поддержала Иста.

Фойкс внезапно появился в поле зрения Исты и осадил лошадь. Она показала вниз.

- Фойкс, это работа твоего демона?

- Нет, королева! - Он наклонился в седле, уставившись на нее широко открытыми глазами. Тень медведя в нем уже не сжималась в клубок, но стояла на призрачных лапах, яростно мотая головой.

- Королева? - Осипший голос Лисс звучал неуверенно, она пыталась получше пристроить свою безвольную ношу.

- Да, забирай Каттилару и скачи, или мы все пропали! Фойкс, езжай с ней, помоги им прорваться!

- Королева, я не могу...

- Быстро! - Вопль Исты едва не разорвал ей легкие. Обе лошади развернулись прочь. Темные влажные капли оросили ее, сорвавшись с меча Фойкса. Крики, скрежет металла, щелчок арбалета, чавкающий звук тяжелого клинка, разрубающего плоть – чью? – эхом отдавались у Исты в ушах. Но двойное эхо их лошадей удалялось прочь, не замедляясь и не отклоняясь.

Иста вскарабкалась повыше, и, ухватившись за сиденье кучера, выглянула наружу. Прямо перед ними, брошенный поперек дороги, стоял большой паланкин с зелеными драпировками и золотой отделкой. Одна из передних лошадей их фургона рвалась и брыкалась, пытаясь высвободить ноги из задней стенки паланкина, чьи раздробленные края распарывали ей кожу. Другая лежала в своей упряжи, истекая кровью и издавая ужасные звуки. Вокруг валялись и вопили на все лады порядка дюжины носильщиков в шикарно расшитых зеленых камзолах, а те из них, кто еще мог ходить, старались помочь своим покалеченным товарищам. Три человека пытались успокоить взбесившуюся лошадь и достать четвертого, который стонал под обломками крушения.

Они преодолели наверно уже половину спуска к реке, у которой дорога поворачивала последний раз - к Порифорсу. Если бы не это ужасное заграждение, подумалось Исте, они вполне могли бы прорваться сквозь авангард колонны, хотя под большим вопросом оставалось то, смогли бы они оторваться от преследователей или нет.

Горам сидел неподвижно, подняв руки над головой: проследив за его испуганным взглядом, Иста обнаружила джоконского солдата с арбалетом, нацеленным прямо на конюха. Подбегали все новые и новые солдаты, пока фургон не оказался окружен дюжиной возбужденных мужчин, с напряженными, почти дрожащими пальцами на спусковых крючках.

Один из джоконских солдат осторожно приблизился и стянул Горама с козел. Горам, запинаясь, выбрался на дорогу и стал там, крепко обхватив себя руками и безудержно всхлипывая. Солдат повернулся к Исте, схватил и стащил и ее тоже. Она не сопротивлялась – сейчас лучше оставаться на ногах. Арис появился на козлах и застыл на мгновение, выставив перед собой меч. Его челюсти сжались, когда он заметил лучников. Краем рта он усмехнулся, явно вспомнив о том, как мало вреда принесут ему эти блестящие стрелы, пожелай он сейчас наброситься на врагов, чье изумление будет весьма недолгим. Но усмешка завяла, и зубы сжались, по мере того как он продумывал эту идею до логического конца. Очень медленно он опустил меч.

Арбалетчик знаками показал Арису отбросить оружие. Хладнокровно оценив направленную в Исту стрелу, тот подчинился. Клинок забренчал по гравию. Джоконец схватил его, а Арис не спеша соскочил на землю. Еще какое-то время джоконские солдаты не торопились – или боялась – схватить его.

Два носильщика в зеленой форме помогли невысокой, потрясенной женщине в зеленых шелках выбраться из-под скривившегося под ужасным углом навеса паланкина. У Исты перехватило дыхание.

Внутреннее зрение открыло ей душу, подобной которой Иста еще никогда не встречала. Она вздымалась и кипела яркими красками по всему телу женщины, а в центре сгущалась до такой черноты, что Исте казалось, будто она глухой ночью смотрит в глубокий мрачный колодец. Мрачный, но не пустой. Из этой бездонной ямы во всех направлениях протянулись бледные нити, образуя спутанную, переплетенную и пульсирующую сеть. Исте пришлось с усилием сморгнуть прочь внутреннее видение, чтобы иметь возможность рассмотреть наружность женщины.

На поверхности женщина являла странную смесь изысканных украшений и неряшливой изношенности. Она была лишь немного повыше самой Исты. Тусклые каштановые с проседью волосы заплетены в косы в рокнарском придворном стиле и увиты бусами из драгоценных камней в форме мелких цветов. Землистого цвета морщинистое лицо без краски и пудры. Сложное платье с изображением переплетенных птиц, вышитых золотом и блестящим шелком. Тело под платьем худое, с дряблыми грудями и обвисшим животом. Сжатый, рассерженный рот. Блеклые глаза, которые она наконец обратила на Исту, горели. Обжигали.

Молодой офицер на горячей гарцующей лошади подъехал к ним. Он осадил коня и соскочил на землю рядом с женщиной, бросив поводья, которые были тут же подобраны солдатом, поспешившим к нему на помощь. Офицер уставился на Исту, как остолбенелый. Его высокий ранг прочитывался скорее по драгоценным украшениям конской сбруи, чем по его собственной одежде, но грудь его перехватывала зеленая с золотом орденская лента с изображением летящих белых пеликанов. Приятное и выразительное скуластое лицо, туго заплетенные волосы, отсвечивающие золотыми переливами в этот слепящий полдень. Его душа... терялась в ярком лиловом тумане, заполнявшем до краев его тело.

“Итак, с ними колдун”. Происхождение вспышки энергии, которая разломала ось и задние колеса фургона, уже не казалось тайной для Истиного внутреннего видения, потому что его внутренний свет все еще пульсировал и дрожал, как бы отблеском или эхом проделанного. И все же, как только она обратила на него взгляд, демонический свет, казалось, потускнел и отступил вглубь, сжимаясь.

Джоконцы с мечами наголо вытолкали из фургона пажа и служанку, цеплявшихся друг за друга, и препроводили туда же, где стоял Арис. Марк послал им ободряющий взгляд и вновь обернулся к пожилой женщине и офицеру. Илвина и гвардейцев Дочери не было видно. Разбиты? Захвачены в плен? Уничтожены?

Иста сообразила, что ее дорожный костюм лишен каких-либо украшений или примет ее высокого положения, а лицо покрыто потом и грязью. Чересчур знакомые рассуждения. Сойдет ли она за служанку или горничную? Поможет ли ей сбежать сокрытие от захватчиков истинной цены добычи? Или ее просто швырнут на забаву солдатам, чтобы замучить и выбросить прочь, как несчастную горничную той богатой женщины из Раумы?

Когда маг-офицер посмотрел на Горама, его глаза быстро расширились, и тут же сузились в задумчивости. Или даже... в узнавании? Он задумался, а не пришел в замешательство. “Он видит опустошенную душу Горама. И это его не удивляет”. Затем его взгляд переместился на Ариса, и рот приоткрылся от истинного изумления.

- Мать, она сияет ужасным светом, а ее охранник – мертвец! - сказал он женщине на рокнари. Взгляд, которым он пронзал Исту, стал более пристальным, затем испуганным, как будто он пытался понять, не она ли поддерживает столь устрашающее воскрешение Ариса. Похоже, он опасался, что у Исты припасено целое войско телохранителей-трупов, готовых восстать из дорожной грязи под их ногами.

“Это должно быть сама Вдовствующая Принцесса Джоэн”, с ужасом осознала Иста. “И принц Сорцо”. Бодрый, подтянутый молодой человек в данный момент менее всего походил на пьяницу. Да и был ли здесь Сорцо – в этом подвижном теле? Сияние демона казалось целиком преобладающим. Он сделал шаг назад; женщина схватила его за руку, ее пальцы яростно сжались.

- В ней бог, мы пропали! - прокричал он, впадая в панику.

- Ничего в ней нет, - прошипела женщина ему в ухо. - Это только следы. Ее способностей едва хватает, чтобы владеть слабым видением. Ее душа покрыта шрамами и разрушена. Она тебя боится.

Это было абсолютно верно. У Исты пересохло во рту, в висках стучало, волны паники омывали ее.

Женщина прищурила голубые глаза, в них блеснул триумф.

- Сорцо, посмотри на нее! Это же сама Иста, точно как ее описывали! Половина приза, за которым мы прибыли, сама пришла к нам у руки! Это дар самих Богов!

- На нее больно смотреть!

- Не важно, она ничто. Ты сможешь с ней справиться. Я покажу тебе. Возьми ее! - Ее когтистая клешня трясла руку молодого человека. - Уничтожь!

Одна из клубка разноцветных струн, змеящихся из ее темного нутра, казалось, посветлела, засверкала. Другой конец, заметила Иста, заканчивался в теле Сорцо, как отвратительная пуповина.

Молодой человек облизал губы, лиловое сияние вновь до краев заполнило его тело и усилилось. Он поднял руку, подчиняясь материальной привычке так направлять силу - даже ту, которая не имела к материи ни малейшего отношения. Пурпурный огонь вскипел на его ладони и обвился вокруг Исты, как змея.

Сперва у нее подкосились колени, сгибая ее в дорожную пыль. Треснули и открылись шрамы, она почувствовала, как заструилась кровь, впитываясь и проникая между сбившимися повязками. Позвоночник, казалось, разнялся по косточкам, и она бессильно склонилась вперед. Отвратительные узлы пульсирующей боли возникли под каждой лопаткой. Едва не опорожнился кишечник, хотя, конечно, причиной этого мог быть ее страх. Мельком она увидела, как дрогнули под усами губы Ариса, а его глаза потемнели от беспокойства, когда она осела перед всеми безо всякой причины, видимой глазами плоти. Она вытянула руки для опоры, но и они обвисли. Голова стала еще тяжелей, и она едва успела повернуть ее так, чтобы врезаться в землю, усыпанную острым гравием, мягкой щекой, а не слабеющим ртом.

- Ты видишь? Так же склонится перед нами и весь Чалион, и Ибра - голос Джоэн источал удовлетворение. Исте были видны ее шелковые зеленые туфли, выглядывающие из-под юбок, и блестящие сапоги Сорцо. Сапоги беспокойно переминались. Как бы издалека Иста слышала тихий, потрясенный, непрестанный плач Горама. К ее облегчению, прекратились крики раненной лошади; наверное, кто-то из милосердия перерезал ей горло. “Наверно, кто-то из милосердия перережет мое...”

- Признаюсь, - послышался голос Джоэн. - Я не понимаю мертвеца...

Шаги туфель по гравию переместились в сторону Ариса. Иста обнаружила, что не может даже застонать. Она едва могла моргать; слеза скатилась с ресниц и капнула в пыль у нее перед носом.

Внезапно с верхней части склона послышались крики. Голова у Исты была повернута в другую сторону, и ей была видна лишь нижняя половина склона за кромкой дороги. Позади нее и вокруг вдруг зашаркало множество ног. Она услышала щелчок арбалета и затаила дыхание в страхе за Ариса. Стук копыт. Дробь множества подков, что, смешавшись, скатываются с гребня наверху. Раздался неожиданно родной, знакомый голос.

Сорцо задохнулся. Его сапоги прохрустели по гравию; с ворчанием он забрал зеленые туфли прочь. Шатаясь, прошел мимо; рядом проскрипели копыта. Исте удалось слегка повернуть голову. Удаляясь бегом, один из носильщиков тащил на буксире лошадь принца с Джоэн, неуклюже цепляющейся за седло в своем роскошном наряде. Носильщик бросил испуганный взгляд через плечо на гребень холма и заставил лошадь перейти на рысь.

Послышался тяжелый удар. Невидимый груз, пригибавший Исту к земле, как огромная рука, ослабел. Скрежет меча, доставаемого Сорцо из ножен, резанул по ушам, она передернулась и наконец-то сумела повернуть голову. Один из арбалетчиков имел неосторожность на мгновение отвести глаза от Ариса, и марк схватился с ним. Несколько лучников уже выпустили стрелы вверх по склону и лихорадочно перезаряжали. Арис выхватил кинжал из ножен у человека, с которым боролся, и отшвырнул того в сторону как раз вовремя, чтобы успеть парировать удар Сорцо. Удар стали, во всяком случае. Лиловый огонь собрался у Сорцо на ладони. И он бросил его вперед.

Обжигающая лиловая стрела прошла сквозь тело Ариса без малейшего эффекта и ушла в землю позади. Сорцо вскрикнул от удивления и отступил под ответным выпадом кинжала, который едва не выбил у него меч. Схватка превратилась в бегство.

Лавина из лошадей захлестнула их. Джоконские лучники были отброшены и сшиблены с ног. Мечи звенели, а пики кололи без передышки в руках пронзительно кричащих мужчин в серых с золотом камзолах. Перед лицом Исты заплясали стройные конские ноги с копытами величиной с обеденные тарелки. Три из них сияли белизной, четвертая алела от крови.

- Достал тебе коня, как ты просил, - голос Илвина звучал бы небрежно, если бы он не задыхался. Позади “обеденных тарелок” переступали по гравию еще четыре копыта. Затем резко: - Пятеро богов! Она ранена?

- Думаю, это колдовство, - выдохнул в ответ Арис. Опустившись на колени возле Исты, он приподнял ее на прохладных, неживых, но столь приятных руках. Поднявшись на ноги, он передал ее в руки брата. Со слабым стоном она приземлилась животом поперек его колен.

Илвин выругался и схватил ее за бедро сквозь юбку, чтобы удержать. Прорычал кому-то - не Арису - через плечо:

- Забери Горама!

- Они перестраиваются! - прокричал Арис. - Двигай!

Громкий хлопок по крупу белой лошади был едва ли необходим – зверюга и так уже выкидывала коленца. Они рванулись вниз по склону, прочь от дороги.

Происхождение крови стало ясно для Исты, когда перед ее раскачивающимся носом оказалась обильно кровоточащая рана на правом плече Ветреного. Мимо стремительно проносилась земля. Конь затормозил, напрягшись, Илвин отклонился назад в седле, сжав ее ногу как тисками. Внезапно они заскользили по отвесному склону, среди камней и грязи; передние ноги лошади напряжены, задние почти подогнуты. Илвин издал еще один вопль. Кусты царапали и хлестали Исту по лицу. Малейшая потеря равновесия, и все трое полетели бы вверх тормашками, разбивая кости вдребезги и давя внутренности.

Бесконечное скольжение закончилось не катастрофой, но резким нырянием в речушку Порифорса. Теперь вокруг них скакали остальные лошади. Илвин разжал мертвую хватку у нее на бедре и рассеянно, успокаивающе похлопал ее по ягодицам.

Ощущение собственного тела стало возвращаться к Исте, и она выплюнула смесь речной воды с кровью и грязью. Что стало с принцем-колдуном? Очевидно, его внимание отвлекли от нее. “На время”. К несчастью, с ощущениями вернулась чувствительность.

- Кажется, меня сейчас вырвет, - пробормотала она в покрытое кровавой пеной лошадиное плечо.

Наконец наступила блаженная передышка. Илвин наклонился и, обхватив ее своими длинными руками, поднял, перевернул и посадил прямо перед собой. Она слабо обвила руками его тощее, скользкое от пота тело и почувствовала, что он тоже пытается отдышаться. Постельную рубаху он потерял где-то по пути там же, где и вилы. Его рот кровоточил. Слипшиеся темные волосы спутались и падали на лицо. Ожившее тело разгорелось от напряжения. Но никаких серьезных ран, как убедились ее проведшие исследование руки.

Его дрожащая рука поднялась к ее лицу, мягко вытирая всю безбожную смесь конской крови, пота и грязи на нем.

- Иста, дор.. Королева, вы ранены?

- Нет, это все ваша несчастная лошадь, - заверила она, угадав, что он имел в виду кровь. - Я слегка разбита.

- Слегка. Понятно, – его брови изогнулись, а губы расслабились, снова улыбаясь.

- Думаю, что у меня будут синяки по всем животу от такой езды.

- О, - ладонь, лежавшая у нее на талии, осторожно погладила ее. – Мне право очень жаль.

- Не извиняйтесь. Что случилось с вашим ртом? – она осторожно потрогала пальцем разорванный край.

- Черенок копья.

- Ох.

- Лучше, чем острие, поверьте.

Они снова тронулись. Илвин оглянулся через плечо. Они были на окольной дороге, почти что тропе, пролегавшей по другому берегу реки, чем основной путь. Остальные солдаты в серых камзолах теперь окружали их со всех сторон.

- Сейчас не время прохлаждаться снаружи. Джоконская колонна, на которую мы напоролись – одна из трех, приближающихся сейчас к замку, как доносят разведчики. Правда, у них пока не замечено никаких осадных машин. Удержитесь за меня, если мы поскачем галопом?

- Несомненно. – Иста села прямее и убрала изо рта непонятно чьи волосы. Ощутила, как напряглись под ней его ноги, и белый конь плавно перешел на свой протяжный, укачивающий аллюр.

- Где вы отыскали войско? – выдохнула она, крепче цепляясь за его скользкие бока, чтобы удержаться.

- Вы сами послали их мне, премного благодарен. Вы к тому же и ясновидящая? Я встретил их на дороге – как раз когда помчался в Порифорс, чтобы поднять тревогу.

Ага, значит, ди Кабон выполнил приказы. Немного рановато, но Иста не собиралась бранить его за это.

- Всего лишь оправдавшаяся предосторожность. Для разнообразия. Вы видели Лисс с Каттиларой и Фойкса? Мы пытались отослать их.

- Да, они проехали мимо, когда мы взбирались на гребень, чтобы ударить по джоконцам с фланга. Сейчас они должны быть уже в безопасности за стенами. – Он оглянулся через плечо, но не послал коня быстрее, из чего Иста заключила, что они, по крайней мере на данный момент, оторвались от преследователей. Поступь великолепного скакуна замедлилась, дыхание стало более напряженным; Илвин расслабился в седле и позволил ему перейти на медленный бег.

- Что произошло там, на дороге? – спросил Илвин. – Что свалило вас с ног? Правда, колдовство?

- Правда. Сорцо-Пьянчуга похоже стал Сорцо-Колдуном. Я не знаю, откуда он взял своего демона. Но я согласна с вами, что бывший демон его убитой сестры должен это знать. Если нам придется сражаться с Сорцо,.. вы не знаете, у демонов есть иерархия? Не важно, я спрошу ди Кабона. Интересно, знает ли Фойкс по опыту? Я бы не удивилась.

- Там по крайней мере три колдуна, как доложил Фойкс, - сказал Илвин, - или по крайней мере, ему показалось, что он почувствовал их среди джоконских офицеров.

- Что? – глаза Исты распахнулись шире. Она вспомнила странный клубок силовых линий, расползавшихся из живота вдовствующей принцессы Джоэн подобно змеям. Вне всякого сомнения, одна из них впивалась в Сорцо. – Значит, их может быть и больше. - Дюжина? Двадцать?

- Вы видели еще колдунов?

- Я видела что-то. Что-то очень необычное.

Он снова оглянулся через плечо.

- Что вы видите? – спросила Иста.

- Пока не Ариса. Чтоб его! Всегда ему надо быть последним выжи… последним вырвавшимся из боя. Я говорил ему, что разумному командиру не пристала такая бравада. Но на ребят она действует, это правда, я согласен. Ад Бастарда, она действует даже на меня, а уж я умею быть осторожным… А!.. - он опять обернулся, и мрачная улыбка временного облегчения тронула уголок его кровоточащего рта. Он позволил лошади перейти на шаг и нахмурился – теперь животное уже очевидно хромало. Но и замок Порифорс возвышался практически над головой. Последние солдаты вливались в городские ворота с равнины вокруг. Крики беженцев звучали напряженно, но без паники.

Арис подскакал к ним на джоконской лошади, вероятно приобретенной Илвином в той же универсальной лавке, что и его коллекция мечей. Бледный паж сидел у него за спиной, храбро сдерживая плач. Внутренним взором Иста проверила шнур бледного души-пламени, вливающегося в сердце марка, - очевидно, Катти пока жила, где бы она ни находилась. Поток уменьшился по сравнению с предыдущим пугающим напором, но все равно оставался сильным.

Иста была счастлива увидеть Горама, прильнувшего к спине другого солдата, и обезумевшую служанку Каттилары – позади третьего. Но никаких следов босоногого слуги. Арис приветствовал брата небрежным взмахом руки и получил в ответ такой же; его взгляд, обращенный на Исту, был серьезным и обеспокоенным.

- Пора домой, - сказал Илвин с намеком.

- Я не стану возражать, - ответил Арис.

- Прекрасно.

Усталые лошади вскарабкались по головокружительной дороге к воротам замка и в передний двор.

Лисс подскочила, чтобы принять Исту из рук Илвина, как только тот опустил ее на землю. Фойкс подошел, чтобы предложить ей помощь. Иста благодарно облокотилась на предложенную руку, потому что иначе она бы просто упала, как тюк.

- Королева, позвольте проводить вас в ваши покои… - начал он.

- Куда вы отвезли леди Каттилару?

- Уложил в ее спальне, где о ней заботятся ее дамы.

- Хорошо. Фойкс, найдите ди Кабона и немедленно приходите с ним туда.

- Я должен проверить нашу оборону, - сказал Арис. – я присоединюсь к вам, как только смогу. Если смогу. Илвин?..

Илвин прервал свой инструктаж для конюха по поводу пострадавшей лошади.

Арис на секунду обратил свой взгляд в сторону внутреннего двора, где находились покои его и его жены.

- Делай, что должен.

- Да, хорошо. – Илвин скривился и повернулся вслед за Истой. Дикое возбуждение, которое поддерживало его на протяжении схватки на дороге, постепенно спадало. Он спотыкался, совсем как его конь, устало и неуклюже, когда, миновав арку, они прошли в дворик с фонтаном.