На главную страницу Лоис М.Буджолд

Евгений Адеев, Екатерина Смолянина, Анна Ходош

ЛЕГЕНДА О ПРИНЦЕ

Рок-опера с прелюдией, интерлюдией и эпилогом.


Действующие лица:

В настоящем:
принц, сын Грегора,
капитан Иллиан

В прошлом:
принц Зерг
император Эзар
принцесса Карин
министр Гришнов
Эрик Фортала
Джес Форратьер
Аристид Форкаллоннер

Всегда:
Форы.
Народ.

Прелюдия

Увертюра. Тема Зерга, инструментал.

Императорский дворец. Поздний вечер. На галерее темно, принц один в окружении портретов былых правителей Барраяра.

Ночь воцарилась в дворцовых аллеях.
Принц в одиночестве на галерее.
На юношу грозно взирают портреты
Былых государей великой планеты;
Гордо и прямо смотрят в глаза
Дорка и Юрий, Зерг и Эзар.

Тема принца

Принц:

Я вас приветствую, творцы былых времен,
Столетний сонм безумцев и героев!
Здесь камни помнят тысячи имен,
И призраки скользят ночной порою.

Толпятся тени в сумраке гардин,
И по углам история пылится,
Так что ж, из вас ответит хоть один:
Чем суждено мне в жизни отличиться?

Кем стану я, когда придет мой час, -
Самим собой или одним из вас?

Обращается к портрету Юрия.

Привет тебе, безумный государь,
Растративший корону и пенаты
На игры плоти и хмельную хмарь
И опочивший на клинках расплаты.

Тебе не пели пышных похорон.
Твой бренный прах, потомкам в назиданье,
Не погребен, неубран, расточен,
А дух - не удостоен возжиганья.

О чем молчишь? Когда придет час мой,
Неужто стану я вторым тобой?

Портрет Юрия погружается в тень. Принц обращается к портрету Эзара.

Поклон тебе, свидетель трех эпох,
Чей трон вознесся выше небосвода!
Ты был велик, ты был почти как бог,
Любимый деспот нашего народа!

Но почему омрачено чело?
Какая дума гложет твое сердце?
Венец всевластья давит тяжело,
И некому принять его в наследство…

И ты молчишь и знаешь, почему,
Я не завидую уделу твоему…

Портрет Эзара погружается во мрак. Принц ищет взглядом следующий портрет...

А, вот и ты, нечаянный герой!
Прославленный в единственном сраженьи,
Увлекшийся опасною игрой,
Почивший в триумфальном униженьи.

Пламя свечей выхватывает из темноты портрет. Это Зерг в парадном мундире.

Что скажешь ты, о рыцарства оплот,
О дне того позорного удара,
Когда величие твое бетанский флот
Размазал по орбите Эскобара?

Что ж ты молчишь, хотел бы я узнать?
А, может, просто нечего сказать?

На галерее появляется Иллиан.

Иллиан:

Слова твои простительны юнцу,
Что корчит рожи зеркалу в гостиной.
Слова такие Зергу-храбрецу
От внука слышать было бы противно.

Тема принца заканчивается.

Принц:

Какого черта ночью в зале тронной,
Как будто дома, ходит посторонний
И царственных особ покой тревожит?
Уйди, старик!

Иллиан:

             Похоже, что теперь
Мальчишка, меня впятеро моложе,
Мне указать пытается на дверь?
Смешное положение, однако.
В былые годы каждая собака
И тень мою узнала б без труда,
И огрызнуться даже б не посмела...

Принц:

Ну ладно, сэр... Кто вы и что за дело
Вас нынче в полночь привело сюда?

Тема "Память".

Иллиан:

Историю прошедших трех эпох
Запечатлев в себе Глазами Гора,
Я больше не храню мельчайших крох
Деяний, происшествий, разговоров.
Полвека в пыльный улеглось архив...
Но те года могу забыть едва ли -
Так луч софита, сцену озарив,
Выхватывает яркие детали.

     Память - не чип, на части разобранный.
     Памяти нас суждено пережить,
     Только лишь память отсеять способна
     Мелочь от главного, правду от лжи.

Я старше нынче, чем тогда - Эзар,
Мне удалось шагнуть за эту веху.
Но лейтенанту грозный государь
Казался чем-то большим человека;
Я был в те годы слишком глуп и юн,
Чтобы понять, сколь исподволь и сложно
Себя он в память вкладывал мою,
Как до поры клинок ложится в ножны.

     Служба - к ней мы пожизненно призваны,
     "К бою!" команду горны трубят...
     Тот, кто чужими жертвовал жизнями,
     Не пощадил самого же себя.

Он сил своих оценивал предел,
Со смертью свыкся, как с родней докучной,
И, зная цену будущих потерь,
Не мог, не смел рассчитывать на случай.
Зато судить с уверенностью смог,
Когда последний час бесстрастно пробил,
Что даже я - в грядущее шажок,
Его возможность править из-за гроба.

     Смерть заявляется гостьей незваною,
     Ясность прозренья даря нам взамен:
     Воля - как факел, вспыхнувший заново
     В миг, когда жизнь обращается в тлен.

Здесь тишина запуталась в тенях...
Эзар глядит с парадного портрета:
Мой государь не узнает меня -
От старости, увы, лекарства нету.
Как он желал, я прожил жизнь свою,
Я верным был Империи солдатом -
А нынче его правнук столь же юн
И романтичен, как и я когда-то…

     Жизнь продолжается в тех, кто наследует
     Нашим идеям и нашим мечтам;
     Память - мое возжиганье последнее,
     И в галерее царит темнота...

Конец темы. Инфернальная музыка “Ветер времен”…

Иллиан:

Что видишь ты?

Принц:

             Лишь тени… Это сон?

Иллиан:

Нет… это память… это след времен…
Смотри… кого ты видишь?

Принц:

             Я…

Иллиан:

                          Смотри!
У нас еще есть время до зари.
Смотри!

Принц:

             О боже, что за наважденье…
В пустынных залах оживают тени
На галереях, мимо часовых
Они скользят… никто не видит их!

Иллиан:

Смотри, смотри! Ты сам желал ответа!
У нас еще есть время до рассвета.

Принц:

О господи…Я вижу! Узнаю…

Иллиан:

Мой принц. Ты видишь молодость мою.
Пусть призраки сойдут с портретных рам
Иди же к ним - и все узнаешь сам…

Принц уходит в тень и сливается с портретом Зерга… Становится видно, что это не портрет, а зеркало…

Принц, не спеши. Мы пойдем за тобою.
Время захлестывает петлею
Только что было, и вот его нет,
Вспять обернулось течение лет.
Призраки в танце скользят все быстрее,
Плачут, смеются, и на галерее
Отсвет лампады внезапно померк
Кто ты теперь? Неужели ты... Зерг?

Акт первый.

Полвека назад.
Прием в резиденции премьер-министра Форталы. Певица поет под звуки вальса. Танцуют пары. Меж гостей Гришнов, а также Аристид и Форратьер.

Тема вальса.

Певица:

Аристократы Форбарр-Султаны
Мирною жизнью хмелеют,
И поколенье не знавших войны
Кровь проливает в аллеях.
Жизни столичной кипящий котел
Ведьминским варевом полон,
А над клинком, что горяч и остер,
Трезвый рассудок не волен.

     Полный бокал
     В пене, как в облаке кружев...
     Страсти накал
     Буйные головы кружит.

Фор:

Ах, господа, какой чудесный вечер!
И общество под стать!

Аристид:

             Сей дом конечно,
Собрал не только родовую знать…

Леди:

Здесь, говорят, и тот смешной чудак
Из министерства политвоспитанья?

Аристид:

Да вон же он, надутый, как гусак;
На редкость неприятное созданье.
Миледи, вам он кажется смешным,
Но, я, признаться, воздухом одним
Дышать с ним долго вряд ли бы решился.

Леди:

И почему?

Аристид:

             Простите, госпожа,
Всего лишь из боязни отравиться.

(Смеются)

Певица:

Злость и обида в блистающий сплав
Спаяны с дерзким задором...
Молодость часто к противнику зла
И на решения скора.
В ножнах не хочет дремать острие,
Гордость командует: "Драться!"...
Молодость верит в бессмертье свое
И не приемлет нотаций.

     В юности цель
     Видится бескомпромиссней;
     Слово "дуэль"
     Сухо и резко, как выстрел.

Леди:

Ах, Форратьер, как вы несносны, право!
Я вам не верю, знайте, ни на грош,
Для вас любовь – минутная забава.

Форратьер:

Ну вот, опять я чем-то нехорош…
И впору мне пойти да утопиться…

Леди:

Я, так и быть, прощу вам вашу ложь,
Если меня представите кронпринцу.

Форратьер:

Он будет скоро… Право, милый друг
На вашем месте я б не обольщался:
Наш Зерг – отец и любящий супруг.

Леди:

Ах так? А мне один знакомый клялся
Что нет у них согласия в семействе.
Принцесса нынче с мужем холодна,
Да и Его Величество… Не смейтесь!

Форратьер:

С чего бы не смеяться, коль смешна
Мне болтовня досужих интриганов?

Леди:

А вы… А вы… Вы просто лицемер!
Прощайте же!

Форратьер (пожимая плечами):

             Ну вот, конец роману…
Как говорил мой дед, Кровавый Пьер:
"А впрочем, все равно не мой размер…"

Певица:

Смерть обыграет их в нечет и чет,
И проигравшему - проще:
Вот под топор победитель идет
Через притихшую площадь...
Ты победил или ты побежден -
Смерть твоей станет наградой:
За поединок карает закон,
Нет для обоих пощады.

     Вместо венка
     Камень оплел в изголовье
     Стебель вьюнка
     Струйкой запекшейся крови...

Тема вальса постепенно затихает:

Мажордом:

Его высочество Зерг Форбарра!
Ее высочество Карин Форбарра!

Лорды и леди:

Принц!
Это принц!
Господа! Прибыли их высочества!

Появляются Зерг и Карин.

Фортала (с легкой официальной холодцой):

От имени отца приветствовать я рад
Высокую чету в фамильном доме!
Для всех для нас превыше всех наград
Ваше присутствие на скромном сем приеме!

Карин:

Ах, милый Эрик! Юности моей
Надежный друг! Под сенью этих сводов
Я провела одни из лучших дней
Наивной младости простой и беззаботной.
Я снова здесь, и светлая печаль
Как лист увядший, падает на душу,
Туманная, неведомая даль
Меня манит, веля смотреть и слушать…

Фортала:

Мой добрый друг, тебя увидеть вновь -
Нежданное, невиданное счастье
Что для тебя мне сделать? Я готов…

Зерг:

Да, здесь мы появляемся нечасто…
Хоть славный дом Форталы при дворе
Уж много лет радушием известен.
Ну что ж, да будет бал! Танцуют все!

Фортала:

Мой принц, вы правы. Музыку, маэстро!

Вальс. Гости понемногу разбредаются по залу. Фортала отходит, но не далеко.

Карин - Зергу:

Мой принц, прошу простить мне первый танец…
Мне что-то душно, право…

Зерг:

             Ты бледна…
Быть может, мы вернемся?

Карин:

             Да!
Ах, нет, не стоит… Извини, любимый…
Достань мне где-нибудь бокал вина…

Зерг уходит.

Карин:

О Боже, наконец-то я одна.

Подходит Фортала.

Фортала:

Карин… ты так грустна… В чем дело?

Карин:

Зерг настоял, я ехать не хотела…
И этот дом, и этот сад и ты -
Все это призраки несбывшейся мечты…

Тема Карин.

Карин:

Как это горько -
Понять, насколько
Мечты нелепы,
А пламя страсти
Давно погасло,
Оставив пепел...
     При встречах с мужем
     Скрываю ужас
     Я за улыбкой.
     За грез наивность
     Я расплатилась:
     Брак мой - моя ошибка...

Зерг - вожделений
Безвольный пленник,
Лишь ими движим.
Пред нами пропасть;
Мой слабый ропот
Ему не слышен.
     Забав жестоких
     Страшны уроки,
     И больно знать мне,
     Как над грядущим
     Сгустились тучи...
     Брак мой - мое проклятье.

Принцессы титул
Не даст защиты -
Я ясно вижу:
В гражданской смуте
У нас не будет
Ни шанса выжить.
     Надежды ложны,
     Мой сын - заложник
     Проклятой власти.
     Нас Зерг погубит.
     Что с нами будет?
     Брак мой - мое несчастье...

Фортала:

Судьбы насмешка -
Такая спешка
В нелепом браке,
И наша юность
Навек замкнулась
В кромешном мраке.
     Любовь погибла,
     Стрела настигла,
     И жизнь разбита…
     Да будь он проклят!...
     Мой ангел кроткий,
     Меч мой – твоя защита.

Карин:

Забудь былое,
Господь с тобою,
Будет лишь хуже!
Соперник бывший
Любви остывшей
Стал моим мужем.

Фортала:

     Вас вместе вижу
     И ненавижу
     Все эти годы.
     Судьбы постылой
     Бежать ты в силах:
     Меч мой – твоя свобода!

Карин:

Мой друг несчастный,
Слова напрасны,
Оставь надежду.

Фортала:

Пусть кровь прольется,
И все вернется,
Как было прежде!

Карин:

     Пусть время кружит –
     Верна я мужу,
     Кем бы он ни был.
     Ты смерть разбудишь,
     Но не рассудишь.
     Меч твой – моя погибель!

Конец темы

Фортала и Карин уходят. Издалека за ними наблюдает Зерг. К нему подходит Гришнов.

Гришнов:

Светлейший принц, я очень рад вас видеть!
Вы вовремя сейчас - как никогда...
Хочу я вас на пять минут похитить,
Предупредить, чтоб не стряслась беда.

Вы знаете, что я - ваш верный пес,
И это честь - быть вашим добрым другом.
Мне тяжело, но я задам вопрос -
Насколько вы уверены в супруге?

Принцесса Карин - истинная леди,
Но сплетни не ползут - они летят...
Фортала-младший ею просто бредит,
Он от нее не отрывает взгляд!

Нет, упрекнуть принцессу я не смею -
Для этого нет повода, почти...
И искренне, мой принц, я сожалею,
Что вынужден вам это сообщить...

Я вас прошу, не надо резких жестов.
Уверен я, что слухи - ерунда:
Супруга не посмеет вас бесчестить...
Я вам сочувствую, мой принц, о да!

Зерг:

Вот, значит, как... Щенок, какую мину
Он нынче корчил, глядя на меня!...
Подлец... И ты посмел ударить в спину,
Своих амбиций даже не тая!
Твоих расшаркиваний с милою супругой,
Ты думал, я не вижу и сочту
Их болтовнею с давнею подругой?
Ну, что ж, поговорим начистоту!

Зерг в ярости уходит. Гришнов один.

Гришнов:

Сделано дело - принц на мушке!
Не ускользнуть из моей ловушки!
Пуля к стрелку рикошетом вернется!
Сделай шаг - и кольцо замкнется!

Тема "Власть"

Гришнов:

Эзар умрет - кричит и шепчет молва,
Он не бессмертен, протянет месяца два.
Править из гроба даже ему не суметь:
Он слишком стар, его ждет только смерть.
Зерг - не Эзар, он даже внешне другой,
Видно, наказан мой император судьбой...
Принцу не дам я новым правителем стать.
Власть - это яд, это проклятье и страсть!

Гордость и ревность Зерга загонят в капкан,
Принц легковерен, не распознает обман.
Если Фортала будет удачлив, как черт,
Трон мне подарит ударом меча юный лорд.
Зерг-победитель станет себе палачом -
Юрий Безумный в нем как живой воплощен.
Графы убийце не будут на трон присягать!
Власть - это яд, это проклятье и страсть!

Красавцу Зергу уж уготован эшафот,
Он мне преграда, и он бесславно умрет.
Я воспитаю его сынка себе под стать.
Власть - это яд, это проклятье и страсть!

И безграничной будет моя власть!!!

"Тяжелая" тема, инструментал.

Уходит. С разных сторон на сцену одновременно выбегают Зерг и Фортала.

"Тема “Дуэль”

Зерг:

А! Вот и ты!

Фортала:

             Какая встреча!

Зерг:

Спасибо за прекрасный вечер!

Фортала:

Не стоит, право!

Зерг:

             Вот наглец!

Фортала:

Так объяснимся, наконец?

Зерг:

Ага! Всегда к твоим услугам!
Скажи-ка, Эрик, ты всегда
Такой внимательный к подругам?

Фортала:

О, это право, ерунда!
И не ко всем, поверь!

Зерг:

             О, да!
Смотри, не лопни от натуги!

Фортала:

А ты, позволь узнать, куда?

Зерг:

А что тебе, дружок, за дело?

Фортала:

Да любопытство одолело!

Зерг:

Что ж, любопытство не порок!
Изволишь выслушать урок?

Фортала:

Ах, милый принц, горю желаньем!

Зерг:

Твои желанья – чистый бред
И чреваты наказаньем!

Фортала:

Один ответ за восемь бед!
Давно я жаждал этой встречи.
Так ты мужчина, или как?

Зерг:

Мерзавец, за такие речи…

Фортала:

А почему дрожит рука?

Зерг:

Мальчишка!

Фортала:

             Вот и голос тоже…

Зерг:

Щенок!

Фортала:

             Теперь он побледнел…

Зерг:

Наглец! Тебя я уничтожу!

Фортала:

Да ладно, брось! Для этих дел
Ты чрезмерно осторожен.

Зерг:

Ну все, терпению предел!

Фортала (вопросительно):

Закончен треп? Клинки из ножен?

Зерг (выхватывая шпагу):

Клянусь, ты сам того хотел!

Бьются. Фортала ловок, но у Зерга больше опыта, он один за другим наносит Эрику два смертельных удара. Фортала падает к его ногам…

Фортала (прерывающимся голосом):

Ну что ж… Я сделал все, что мог…
Но час твой тоже не далек…
И с гордостью исполненного долга…
Я умираю… Ведь меня
Переживешь ты не надолго…

Умирает. В зале появляются форы и леди, дружный вопль ужаса. Зерг замер над телом Форталы с окровавленным клинком в руке.

Тема “Что ты наделал?”

Леди:

Господи, что это? Господи, что это?

Зерг:

Все что угодно, но только не сон...

Леди:

Господи, что это? Господи, что это?

Зерг:

Юный глупец моей шпагой пронзен...

Леди:

Господи, что это? Господи, что это?

Зерг:

Будут свидетелем мне небеса!

Леди:

Господи, что это? Господи, что это?

Зерг:

Смертную долю выбрал он сам!
Черт! Проклятый щенок!
Ты сам напросился ко мне на клинок!

Форы:

Что ты наделал, принц? Что ты наделал, принц?

Зерг:

То лишь, что сделал бы каждый из вас!

Форы:

Что ты наделал, принц? Что ты наделал, принц?

Зерг:

Прикончил мерзавца, вот и весь сказ!

Форы:

Что ты наделал, принц? Что ты наделал, принц?

Зерг:

Кто вы такие, чтобы вам отвечать?

Форы:

Что ты наделал, принц? Что ты наделал, принц?

Зерг:

Больше не слова! Я буду молчать!
Прочь! Руки долой!
Я виноват пред самим лишь собой!

Форратьер и Аристид:

Что ты наделал, друг? Что ты наделал, друг?

Зерг:

Или не верят мне даже друзья?

Форратьер и Аристид:

Что ты наделал, друг? Что ты наделал, друг?

Зерг:

Но по-другому было нельзя!!!

Форратьер и Аристид:

Что ты наделал, друг? Что ты наделал, друг?

Зерг:

Боже! Оставьте меня, наконец!

Форратьер и Аристид:

Что ты наделал, друг? Что ты наделал, друг?

Зерг:

Сам напросился несчастный юнец!
Нет! Я лгу сам себе!
Ревнивый дурак! Будь покорен судьбе!

Падает на колени.

Лорды и леди:

Это бесчестие! Это бесчестие!
Кровью умыт императорский трон!
Это бесчестие! Это бесчестие!
Подлый убийца, ты будешь казнен!
Это бесчестие! Это бесчестие!
Пусть император тебя защитит,
Кровь твоей жертвы взывает о мести!
Пусть ты и принц, но ты будешь убит.

Кружат вокруг Зерга, уходят со сцены. Зерг замер на коленях, позади него безмолвными тенями застыли Аристид и Форратьер.

Конец темы

Зерг:

Карин... ужели? Что за наважденье?
Рука моя в крови, а сердце в пустоте...
Глупец! Теперь не избежать паденья,
Толпа не устоит пред искушеньем
Распять нас вместе на одном кресте...
Нет, господа! Шалишь, еще не вечер
Я вам ее, увольте, не отдам!
И на любой удар отвечу встречным!
Принцессы честь должна быть безупречна
А со своей я разберусь и сам...

Конец первого акта.

Интерлюдия.

Императорский дворец. В приемной императора толпятся возбужденные графы, среди них Гришнов.

Графы:

Что делать, господа?
Безумие творится.
Пред нами без стыда
Бахвалится убийца.
Кровь Юрия видна
В эзаровом сыночке,
Он перерезать нас
Готов поодиночке.

     Все заверенья принцевы не стоят ни гроша,
     От Юрия Безумного до Зерга только шаг!

Что делать, господа,
Ужель терпеть безгласно?
Бессмысленно гадать
О том, что слишком ясно.
Ведь если принц сейчас
Империю получит,
То каждому из нас
Грозит такая участь.

     Когда мы соберемся для присяги во дворце,
     Боюсь, сумеет мало кто остаться жив и цел.

Гришнов:

Терпенье, господа,
Для гнева нет причины -
Возможно, сей скандал
По сути - поединок.

Графы:

Дуэль не первый год
Запрещена законом,
Но нету у него
Ни шанса быть казненным.

     Закон Его Высочеству, конечно, не указ.
     Каким он станет в будущем, когда таков сейчас?

Ну что же, господа:
Принц перешел границы,
Он сам нам повод дал
К закону обратиться.
Высокое родство -
Вот щит его, и только.
Мы выходки его
Терпели слишком долго!

     На должном основании мы требуем суда.
     Для Зерга трон Империи потерян навсегда!

Все уходят.

Акт второй.

Покои императора. Полумрак. Эзар один на сцене в кресле.

Тема “Память”. Речитатив.

Эзар:

Прискорбно знать, что три десятка лет
Стабильности и жесткого правленья
Не будут впредь гарантией побед
И власти абсолютной продолженья.

Незыблемость закона для страны
Является основой, силой трона.
Но живы те, кто помнит вкус войны
И кровь священной некогда персоны.

Все кончено… и горько сознавать:
Я вряд ли протяну еще полгода,
И мне придется сыну передать
Не трон - а месть толпы и гнев народа…

Свет выхватывает из полумрака позади императора фигуру Гришнова, замершего по стойке "смирно".

Гришнов:

Мой император! Ныне, это ясно,
Империя беременна войной:
Оружие взведенное опасно,
Когда не видит цель перед собой.
Военщина побед фанфары слышит,
Ее никак не удержать в узде.
Генштаб и флот наращивают мышцы,
Им нужен враг - иначе быть беде.

Эзар:

Да, армия - привычна к мятежам,
В традиции у нас перевороты.
И на штыках пришел я к власти сам,
Мне не впервые грязная работа...

Гришнов:

Необратимы станут измененья,
Остался шаг, и он ведет за грань -
Готов вскипеть единым возмущеньем
И высший свет, и караван-сарай.
Как паровой котел, чреватый взрывом,
Как палец напряженный на курке,
Как снежный ком, летящий вниз с обрыва,
Империя вот-вот войдет в пике.

Эзар:

Правитель должен быть любим толпой,
Иначе только кровью и террором
Он бунту не позволит стать войной,
Которой так желают наши форы...
Губительна гражданская война.
Империя потерпит пораженье,
Расколется на части, и тогда
Кошмаром станет, сын, твое правленье...

Гришнов:

Но есть простейший выход из ловушки,
Лишь шаг - и никакой угрозы нет:
Оборотить заряженные пушки
Не внутрь государства, а вовне.
Ну так швырните кость цепным собакам,
Им укажите путь на Эскобар!...
Кровопусканье будет лишь во благо,
Чтоб не хватил Империю удар.

Эзар:

Внутри страны угроза велика,
Враги не только внешние опасны...
На Эскобар отправятся войска,
Но кое-кто и здесь лишится власти.

Гришнов исчезает. Свет выхватывает из темноты позади императора фигуру Зерга.

Тема Эзара.

Эзар:

Искусство удержать себя в узде -
Сдержать порывы, отмести соблазны
И волей подчинять умы людей,
Для них являясь воплощеньем власти.
Мой сын - ты продолжение меня,
Наследовать ты должен был уменье
Владеть собой, себе не изменять,
Стремиться к цели - как стрела к мишени...

     Ты родился чудом почти,
     Ты - благая добрая весть.
     Должен ты меня превзойти:
     Это не обязанность - честь.

Я думал, что крепка твоя броня,
Я был тебе всегда судьей суровым -
Как Дорка Справедливый для меня
Был образцом, примером и героем.
Я видел твои детские мечты
И страхи, что живут в тебе доныне,
И с болью те же узнавал черты,
Что Дорка так боялся видеть в сыне...

     Нет прямого дальше пути,
     И не утешает итог...
     Как на смерть тебя отпустить?
     Сын мой, человек - я, не бог!

Что сделал ты? Тебя я не пойму!
С таким цинизмом, грубо и бездумно
За грань закона ты перешагнул
С нелепой целью - поиграть с фортуной!
И кутежи, и драки, и разврат,
И неспособность принимать решенья…
Твоих грехов известен длинный ряд.
Ты не обрел любви и уваженья.

     Ты не сможешь власть удержать
     И отсрочить страшную смерть,
     Обернешь ты прошлое вспять,
     Ты собой не в силах владеть.

Не поведешь ты армию на бой:
Мятеж поднимут доблестные форы...
Соблазном станет многим титул твой
И жизнь, и смерть твою покрыть позором.
Страну мою утопишь ты в крови,
Плоды погубишь стольких лет правленья -
Как Юрий, ты не сносишь головы,
Бесславно повторив его паденье.

     Ты обязан выбрать, мой сын.
     Загляни же в душу свою -
     Что тебя оставит живым?
     Что победа в этом бою?

Конец темы.

Императорское кресло погружается в темноту, на сцене остается один Зерг. Фигура Гришнова угадывается в темноте.

Тема Зерга.

Зерг:

Я помню, как блеснула сталь клинка,
Как у меня он умер на руках.
Проклятия последнего слова
Сбылись, произнесенные едва.
Империя покинула меня,
Отец помочь не в силах, а друзья
Вдруг превратились в призрачные тени;
Жена и графы требуют отмщенья...

     Уже вокруг судачат, не таясь,
     Мои грехи смакуя с каждой фразой,
     Молва не знает жалости, и грязь
     Досужих слухов липнет как проказа.

Убийцы смех я слышу за спиной,
Ночная тьма пугает пустотой,
Удара жду я нынче отовсюду,
И каждый может стать моим Иудой.
Шаги в покоях повергают в дрожь,
Я жаждал правды, а кругом лишь ложь,
И все вокруг моей желают крови,
И смерть уже стоит у изголовья.

     Когда ж она шагнет из темноты
     И погрозит истлевшими костями,
     Я точно знаю, это будешь ты,
     Чей дух ко мне является ночами.

Я сделал то, что сделал, и теперь
В ловушку загнан, словно дикий зверь,
И обречен на вечное изгнанье,
Но не скажу ни слова в оправданье.
Но жизнь - игра жестокая, и здесь
Моей последней ставкой будет честь.
Ведь я еще способен выбирать,
Где легче и честнее умирать

     Ну что ж, я не ищу простых решений;
     Вы лучшего желать и не могли бы:
     Моих солдат я поведу в сраженье.
     Да будет так. Аминь. Я сделал выбор.

Зерг уходит.

В конце его тема перебивается темой Гришнова.

Гришнов:

Утро - всего лишь предвестник ночи.
Ночью все кошки, как правило, серы,
Так им привычней.

Власть среди прочих страстей порочных
Встречает жадной улыбкой химеры
Тех, кому выпало стать добычей

Безмолвный хищник на мягких лапах
За кровью свежей тропою тайной
Выходит ночью.

Я слышу ветер. я чую запах,
И власть укажет того, кто главный -
Я с потрохами ею проглочен.

Наточен коготь, трепещет жало,
Холодный разум во мраке рыщет,
Напоен ядом…

Власти всегда бесконечно мало,
Но верю: награда меня отыщет.
Я слышу поступь, она уж рядом...

Сцена погружается во тьму…
Выходит Зерг, за ним Аристид и Форратьер.

Аристид:

Что теперь делать? Что теперь будет?
Зерг, ну ответь! Почему ты молчишь?
Время пройдет, император забудет...

Форратьер:

Сам-то подумай, что говоришь?
Память Эзара крепче гранита,
Воля его тяжелей чугуна,
Никто не забыт и ничто не забыто,
И нам отдуваться придется сполна.
Разве что...

Аристид:

             Полно! Подумайте сами!
Грозен Эзар, но он все же отец!

Форратьер:

Славный папаша своими руками
Сыну готовит терновый венец!

Аристид:

Что это значит?

Форратьер:

             Во внешней разведке
Есть у меня закадычный дружок.
Свежие силы Колония Бета
На Эскобар привела под шумок.
Этот поход обречен изначально,
И знает об этом проклятый старик.
Наследника он отдает на закланье
Не за серебряник - за золотник.
Что ему сын, если дело всей жизни
Нынче на слабую карту легло?
Он лучше по Зергу отпразднует тризну,
Лишь бы его государство жило.
Только по мне - так катись она к черту,
Страна, что своих предает сыновей!

Аристид:

Джес!

Форратьер:

             Только дай мне добраться до флота!
Я фор! И в беде не бросаю друзей!
Я перекрою туннель на Комарру -
Эзар подкрепленье не сможет призвать!
Орудия я разверну к Барраяру!
Тогда и посмотрим, чья нынче масть!
Тогда и увидим, кто станет изгоем,
Когда офицеры узнают, что тот,
Кому присягали жизнью и кровью,
Шлет свою армию на эшафот!

Аристид:

Что ты! Опомнись! Ведь это измена!

Форратьер:

Измена вершится не здесь и не мной!
Ныне Империю ждут перемены!
Именем Зерга, с кем ты?

Аристид:

             Постой!
Пред государем паду на колени!
Время пройдет, император простит!
Гнев его просто рассудка затмение!
Он не посмеет...

Форратьер:

             Ну что ж, Аристид!
Ползай пред ним, умоляй о пощаде,
Хвастай соплями, хоть в зад лобызай!
Только припомни принцева дядю!
Что же ты замер? Ну же, давай!

Зерг:

Все замолчите! Сказано слово!
Не государем, не графами - мной.
Чести тропа тесна и сурова,
И я никого не зову за собой.

Доблестно пасть жертвою подлости
Лучше, чем стать самому подлецом.
Власть никому не прощает оплошности,
Честь же всегда узнается в лицо

Смерть не прощает, она очищает,
Тысячам душ не вернуться домой;
Каждый из них должен знать - и узнает:
Я никого не зову за собой...

Форратьер:

Чести тропа тесна и сурова,
Но место найдется на ней для двоих

Аристид:

Верных друзей всегда было трое,
И даже смерть не разлучит их.

Выходит Карин. Форратьер и Аристид отступают назад.

Тема “Прощание с Карин”

Зерг:

Я знаю, ты меня не предавала...
Лишь я один виновен пред тобой.
Моей любви тебе досталось слишком мало,
И не искала ты любви чужой.
Ты помнишь, как давали мы обеты
Отдать друг другу душу и любовь.
А я поверил сплетням и наветам
И пролил кровь, и пролил кровь....

Карин:

Мой принц, ты заслужил свою награду,
Словам твоим цена - твоя судьба,
Ты выдавал желание за правду,
Любил меня всем сердцем – не любя...
Любви былой не воскресить словами,
И мертвецам не возродиться вновь,
И пятна с совести, измаранной грехами,
Смывает кровь. Одна лишь кровь!

Зерг:

Я не виню тебя, я сам виновен!
Твоя любовь - как искра хрусталя,
И я разбил ее, измазав кровью
Того, кто был тебе родней, чем я...
Лишь об одном прошу тебя – о сыне.
Он не наследует моих грехов
Лишь ты осталась у него отныне -
Родная кровь... Родная кровь...

Карин:

Твой сын отныне не твоя забота,
Ты для него лишь пустота забвенья...
Ты выбрал сам дорогу к эшафоту,
Оставив нас на милость провиденья...
Прощай, ты изменить судьбы не в силе,
Останься лишь кошмаром моих снов,
И пусть напишут на твоей могиле:
Он пролил кровь! Он пролил кровь!

Уходят. Голос из-за сцены равнодушно сообщает об отлете Зерга на Эскобар… Выходит Эзар.

Тема Эзара

Эзар:

Это будет сыну последний дар,
Или мой наследник не стоит флота?
Содрогнется в пламени Эскобар;
Алтарем предстанет, не эшафотом.

Не хотел я сыну такой судьбы!
И не верил в силу чужих проклятий:
Юрий напророчил, что станешь ты
Тяжким наказаньем уже с зачатья...

Ты с улыбкой как-то спросил меня, -
Отчего так страстно я рвался к трону?
Для чего нужна мне была резня,
Почему без крови не взял корону?

Что тебе ответить, мой милый сын?
Можно было ждать и смотреть бесстрастно,
Видеть над столицей пожарищ дым,
Беспорядки в армии, бунты в графствах.

Петер был от горя упрям, как бес,
Ксав твердил: "Преступник сидит на троне".
Вместе мы писали мой манифест,
И клялись, что Юрия похороним.

Листья клена в инея серебре
Падали мне в руки, когда столица
Без боев взята была в октябре,
И жена к июлю ждала кронпринца...

Позже называли "моей войной"
Казни непокорных, расстрел провинций -
Крови пролил больше я, чем другой:
Тот, чей взгляд блестит сквозь твои ресницы.

Это были трудные тридцать лет;
Я растил империю, а не сына.
Результат бесспорный моих побед -
Сильный Барраяр и свободный ныне.

Из руин я поднял свою страну,
Сквозь Комарру в мир прорубил я двери...
Только вот одну проиграл войну,
Но и ты не смог победить, поверь мне.

Выходит Гришнов.

Гришнов:

Мой император! Вы меня звали...?
Буду я рядом с Вами в печали.
Я - Ваш слуга и опора для трона,
Я - весь к услугам Вашей персоны..

Руки мои - чисты и надежны,
Я был всегда и везде осторожен,
Я вижу ясно, действую смело -
Сделаю то, что Зерг не сумел бы!

     Нельзя вопрос оставить без решенья:
     Кто станет регентом и примет власть?
     Мой государь, не может быть сомнений,
     Лишь я не дам Империи пропасть...

Кризис правленья - это опасно,
Грегор - младенец, Вы же стары.
Зерг не вернется, это ужасно...
Смута безвластия - крах для страны!

Будет Ваш внук мне - владыкой и сыном,
Буду его охранять, как святыню!
Новый порядок - на благо державы.
Сила и воля - Империи слава!

Эзар:

Мой сын погибнет в битве как герой.
А ты... Я знаю, что я сделаю с тобой!

Тема Гришнова. Занавес. Выстрел.

Конец второго акта.

Эпилог.

Орбита Эскобара. Зерг один на мостике – вахтенные в тени, видны лишь силуэты и медленно поворачивающийся диск планеты в иллюминаторе ходовой рубки.

Зерг:

Романтика былых времен
Огнем кипит в сердцах мальчишек,
Пленяют шорохом знамен
И звоном шпаг страницы книжек.
Лихая гордость юных лет
Мечтает жить, любить, бороться
И ждет невиданных побед,
Когда взойдет чужое солнце…

Безумцы юные всегда
Прямым путем стремятся к цели;
Им кружит головы война,
Балы, турниры и дуэли.
И снова кто-то молодой
В безумной скачке вдруг сорвется
И станет новою звездой,
Когда взойдет чужое солнце…

А старость корчится, таясь,
И не поделится признаньем,
Как роком обернулась власть,
А мудрость – разочарованьем.
Уж так сложилось навсегда,
И кто заметит, как в оконце
Померкнет слабая звезда
Когда взойдет чужое солнце…

Последние слова тонут в нарастающем шуме двигателей – флот разворачивается для атаки. Слова команды, звуки аларма, вычленяются голоса Форратьера и Аристида, все тонет в грохоте битвы…Зерг разворачивается, и уходит в тень, туда, где в иллюминаторе ходовой рубки над Эскобаром восходит солнце. Становится видно, что это не иллюминатор, а зеркало, и на фоне его четко вырисовывается двойной силуэт принца – тот, что в зеркале ярко освещен, тогда как другой являет собой черную тень.

Принц / Зерг:

Рассвет, все кончено…

Сцена погружается в темноту. Занавес.

Конец.

Апрель 2003