На главную страницу Лоис М.Буджолд

Колечко для Любимой Супруги

Алексей Дмитриев, Астрахань

[Рец. на кн.: Буджолд Л.М. Кольца духов]
F-хобби (Бобров Воронеж. обл.). — 2001. — № 6. — С. 108-109. — (Мнение)

Любя и чтя честь семьи Форкосиганов... Помня нелюбовь моей любимейшей жены к фэнтези... (Скажет: "Или я, или век с драконом! То есть ка-акой вообще дракон?! Этих тварей в дом даже... Одного тебя мне мало!!") ...Не решался подойти к этой книжке, тем более, что и стояла она на посторонней полке и не у меня. Но вот под впечатлением чьего-то рассказа "Жены нет дома" иду утром к знакомой девушке и беру Буджолд Л.М. Кольца духов: Роман / Пер. с англ. И.Г. Гуровой. - М.: ООО "Издательство АСТ", 1997. - 480 с. - (Век дракона). Обещаю чью-то тройку на своей кафедре и куда-то сую зачетку (а! вот она за подкладкой плаща, - хорошо, сейчас вспомнил). Сам истекаю слюньками. Прихожу и готовлю поздний ужин, т. к. жены нет дома. И сажусь, наконец, с кастрюлей и...

Вот это уже наш жанр! Время - самое наше средневековье, очень позднее; маг Бенефорте, который крестится..? - или Возрождение? Очень раннее. Реалии времени соблюдены с некоторой пунктуальностью: горячие камни в постель, Франциско Сфорца - в Милан, ... что-то еще. Все хорошее, что любопытно, - теплое, - полное торжество стихии огня в смысле этого - письмо, память о матери, кольцо с львиной головой. Тепло и ведет Тейра к Фьяметте. Они еще не знают о своем будущем теплом и уютном семейном счастье, которым обязаны пожару родного дома девушки. Который, конечно, - от злоупотребления колдовством.

Хороша претензия Фьяметты к отцу, магу: "Всех мужчин получше разберут, а вы меня будете держать при себе, пока я не стану толстой старухой, просто чтобы я была под рукой для вашего чародейства. "Немножечко твоей крови в эту новую чашу из сырой древесины, доченька, одну капельку", - пока я с ног не свалюсь. Кровь девственницы. Волосы девственницы. Слюни девственницы. Урина девственницы. В иные дни я чувствую себя магической коровой".

Постановка на точку зрения девственницы, м.б., и породила для Буджолд идею "Кольца духов".

Впрочем, жаль, что после Буджолд меня ждет кое-что для нашего университетского издательства, которое с нетерпением теребит своего постоянного автора на предмет чего-нибудь новенького по теме для меня магистральной. Сажусь, помыв посуду, за письменный стол, надеваю очки, привожу в порядок рукопись ("Наблюдения и раздумья..." - дальше еще не придумал) новой книги о новых жанрах, освоенных нашим неповторяемым гением. "Пушкин - гений, и как истинный гений, создает новые формы, демонстрирует новые приемы", - читаю я последнее. И немедленно, нетерпеливо вывожу новое: "Одна из тайн пушкинского дара заключена в его универсальности".

...Очнулся на последней фразе. Оглядел ее. "Нам не нужна другая культура, освоить бы полно эту высочайшую, пушкинскую". То, что надо. Уфф, завтра буду держать корректуру. А сейчас... 3 часа ночи. Время есть. Есть Буджолд.

Щенков мастифа знали в нашем раннем Ренессансе ("дружелюбный - точно большой избалованный щенок мастифа")? Интересно.

Оригинальны колдовские "уши" (в виде таких там-тамчиков) Мага Волей Господней Морелло - понятно, что Леди шла на поводу современных bugs, но все же в фэнтези столь вещественно конкретного выражения влечения к подслушиванию мною еще не наблюдалось. В принципе же магия+церковь - неоригинально, хотя, безусловно, закономерно и логично. Настоящее, впрочем, изобретение Буджолд в жанре, пожалуй, - одноименный с книгой артефакт:

Дух умершего заключается в кольцо и наделяет оное жуткой магической потенцией; сложность в том, что тело отдавшего душу должно находиться невдалеке при колдовских операциях с получившимся из кольца артефактом. Особенно неплохо, если смерть насильственна для отдавшего, лучше - для младенца, лучше - девочки, лучше - таскать его за собой в походном рундучке, как это делает главный злодей. Дух кольца между тем безвозвратно становится демоном для успешного действия во благо хозяина.

Овеществление магического у Буджолд вообще доходит до того, что заклинания не действуют без пределов обряда или, что почти всегда, без носителя его (заклинания) - предмета типа "ушей" или бронзовой статуи. В то же время как для других писателей (берем Толкина) вербальной формы для магического орудия достаточно. Кажется не совсем ушла от правды мысль, приходящая часто и сообщающая, что женщины относятся к возникающим в речи синтагмам и прочим единицам как к достаточно достоверно существующему, а мужчинам чаще присуща лексико-фразеологички-синтаксическая эквилибристика.

Способность Тейра находить то, что требуется в данный момент, призрак будущего тестя на его посылках - сильно упрощают дело автору, какие сомнения. "Кольцо духов" вообще интересна примерно как средняя книга сериала о Форкосиганах (эх, супруга, где ты?): особо не захватывает, неспешна, не шибко кровава, почти рядовая фэнтези; помимо такого "не" - большее вникание в несущественные для прочих авторов удаления, в том числе в психологизм, - дальше, чем это пропрет для популярного романа.

Нам с диваном понравилась идея змеи, которую превратил в изящный кушачок отец Фьяметты, дабы защитить ее, дочери, честь. Укусив насильника, змейка подсказала мне дивную идею пояса верности для любимой жены... Дочитаю все это - сяду плести соответствующее заклинание. А, да, сначала пойду изловлю какую-нибудь сговорчивую змейку.

А в это же время все так же на месте буджолдовские претензии на реализм - женский пот и средневековое нестеснение филиологических потребностей. Опять всех тошнит - вспмн. "Осколки чести" и вообще Корделию - от испуга и другого серьезного дискомфорта.

(А-ах, как спать охота... 4.55! Но надо дочитать за сегодня.)

"Послесловие" есть потому, что Буджолд не может не рассказывать о генезисе своего текста, тем более столь вроде бы нетипичного. Вот говорит, что "Кольцо духов" отлито из "бродячего сюжета" и нескольких книг, в т.ч. о Челлини...

Отходя ко сну, подумалось о заманчивости по слухам уже вышедшего "Проклятия Калиона". Значит, за последние 8 лет писательница начиталась до еще одной книги фэнтези, и мы, опасаясь подумал я, ждем "Проклятия" с нетерпением уверенных в том, что писательница повторится, т. е. выдаст вариант форкосиганского романа о женщине, управляющейся почти в одного (одну) с Проклятием. Натурализм средневековья-возрождения, ненавязчивый феминизм, нефэнтезийные элементы... или Буджолд нас удивит?..

Проснулся я от супругиного присутствия возле ложа.

- Люсенька?

- Сам ты Люсенька. А это что? - читает: - "Пушкин и сейчас выполняет громадную просветительскую функцию: созидает в человеке человека, лепит характер, определяет строй мыслей и чувств". Опять свою чушь катаешь из угла в угол. Уж лучше бы о Тютчеве написал. Или о Майкове. Айхенвальде... А что ЭТО?!!

...

Супруга все-таки взяла это в руки. Полагалось ей или выкинуть меня с книгой с порога или уж полюбить на всю оставшуюся жизнь. Не меня - "Кольца духов". Прочитала:

- Ничего особенного, почти про Корделию или Катриону, и опять всех тошнит. Да, кстати, Ирине этой твоей сама отнесу.