Лоис Макмастер БУДЖОЛД

Игра форов

(Lois McMaster Bujold, “The Vor Game”, 1990)

Перевод © Илья Богданов (ibo@mail.ru), ред. от 20.06.2003


Глава 11

Быстрое постукивание ботинок дальше по коридору привлекло взгляд Майлза, и у него перехватило дыхание. Он выдохнул и поднялся. Елена!

На ней была повседневная форма офицера наемного флота: серая с белым куртка с карманами, брюки, сверкающие высокие ботинки на длинных, длинных ногах. По-прежнему высокая, по-прежнему стройная, все та же бледная без изъянов кожа, карие с искорками глаза, изогнутый аристократический нос и длинный изящный подбородок. “Она остригла волосы”, – подумал Майлз, стоя как истукан. Исчез сверкающий каскад черных волос, падающий до самой талии. Сейчас волосы были острижены над ушами, лишь черные точечки изящно подчеркивали высокие скулы и лоб, и точно такой же узор на затылке: строго, практично, продуманно. По-военному.

Она быстро подошла, окидывая взглядом Майлза, Грегора, четырех оссеровцев.

– Хорошая работа, Чодак, – она опустилась на колено рядом с ближайшим телом и проверила пульс на шее. – Они мертвы?

– Нет, просто парализованы, – объяснил Майлз.

Она с некоторым сожалением посмотрела на открытую внутреннюю дверь шлюза:

– Полагаю, мы не можем выкинуть их за борт.

– Они собирались сделать это с нами, но все же нет. Однако следует, вероятно, убрать их с глаз долой, пока мы не скроемся, – ответил Майлз.

– Верно, – она поднялась и кивнула Чодаку, который принялся помогать Грегору затаскивать парализованные тела в шлюз. Она нахмурилась, глядя на светловолосого лейтенанта, которого проносили мимо ногами вперед. – Хотя отдельным личностям и не повредило бы оказаться за бортом.

– Ты можешь обеспечить нас убежищем?

– За этим мы и пришли, – она обернулась к трем солдатам, которые появились вслед за ней, двигаясь с большой осмотрительностью. Четвертый стоял на страже у ближайшего поперечного коридора. – Похоже, нам повезло, – сказала она им. – Выдвигайтесь вперед и расчистите нам отходной путь. Незаметно. Затем исчезайте. Вас здесь не было, и вы этого не видели.

Они кивнули и отступили. Майлз услышал удаляющийся шепот: “Это он самый?” – “Ага…”

Майлз, Грегор и Елена, вместе с телами, удобно уместились в шлюзе и временно закрыли внутреннюю дверь. Чодак остался за дверью на страже. Елена помогла Грегору стянуть ботинки с близкого ему по росту оссеровца, в то время как Майлз вылез из своего голубого арестантского наряда и остался в помятой одежде Виктора Роты, сильно сдавшей за четыре дня, пока он не снимая носил ее, спал в ней и к тому же здорово потел. Майлз хотел заменить ненадежные сандалии на ботинки, но ни одна пара даже близко не подходила ему по размеру.

Грегор, быстро натягивая серую с белым форму и ботинки, обменялся с Еленой настороженно изумленным взглядом.

– Это и правда ты, – Елена в смятении покачала головой. – Что ты здесь делаешь?

– Я здесь по ошибке, – ответил Грегор.

– Да ну. Чьей?

– Боюсь, моей, – сказал Майлз. И к некоторому его неудовольствию, Грегор не стал опровергать это заявление.

Особая улыбка, впервые с момента их встречи, коснулась губ Елены. Майлз решил не уточнять, что эта улыбка означала. Этот поспешный деловой разговор не был похож ни на один из десятка вариантов, которые он мысленно репетировал, готовясь к этой первой, мучительной встрече с ней.

– Нас начнут искать через несколько минут, когда эти парни не явятся доложить о выполнении приказа, – напряженно заметил Майлз. Он подобрал два парализатора, силовую сеть и вибронож и сунул их за пояс. Немного подумав, он быстро избавил четырех оссеровцев от кредитных карт, пропусков, удостоверений и некоторого количества наличности, набив ими карманы свои и Грегора, а также позаботился о том, чтобы Грегор выбросил свое отслеживаемое арестантское удостоверение. К своему тайному удовольствию, он также обнаружил наполовину съеденную плитку пищевого рациона и принялся время от времени вгрызаться в нее. Он все еще жевал, когда Елена первой вышла из шлюза обратно в коридор. Майлз честно предложил кусочек Грегору, но тот покачал головой: вероятно, он пообедал в той столовой.

Чодак быстренько поправил форму на Грегоре, и они зашагали прочь. Майлза держали в центре: и чтобы скрыть, и чтобы защитить. Прежде чем им овладел приступ паранойи из-за своей уязвимости, они добрались до лифтовой шахты и выбрались из нее несколькими палубами ниже, где оказались в большом грузовом шлюзе, соединенном с катером. Солдат из посланного Еленой вперед отряда, будто бы бесцельно подпиравший стенку, кивнул им. Отдав полуформальный салют Елене, Чодак отделился, и они с солдатом поспешили прочь. Майлз и Грегор последовали за Еленой через герметично задраиваемый люк в пустой грузовой отсек одного из катеров “Триумфа”, резко сменив искусственную гравитацию корабля-носителя на головокружительную невесомость. Они проплыли вперед к кабине пилота. Елена задраила люк за ними и быстро указала Грегору на пустое кресло у пульта инженера-связиста.

Кресла пилота и второго пилота были заняты. Арди Мейхью приветственно осклабился поверх плеча в сторону Майлза и то ли махнул, то ли отдал честь. Майлз узнал гладко выбритую круглую голову второго человека еще прежде, чем тот обернулся.

– Здравствуй, сынок, – улыбка Ки Тана была скорее насмешлива, нежели приветлива. – Добро пожаловать назад. Ты не особо спешил.

Тан сидел скрестив руки и честь отдавать не стал.

– Здравствуй, Ки, – Майлз кивнул евразийцу. Тан, по крайней мере, не изменился. По-прежнему выглядел то ли на сорок, то ли на шестьдесят. По-прежнему сложением напоминал древний танк. По-прежнему казалось, что он видит больше, чем говорит, – довольно неудобно для тех, чья совесть не чиста.

Пилот Мейхью проговорил в свой комм:

– Диспетчер, я проследил, откуда красный сигнал у меня на панели. Неверные данные по давлению. Все исправлено. Готовы отчаливать.

– Давно пора, “С-2”, – ответил невидимый собеседник. – Можете лететь.

Быстрые руки пилота активировали герметизацию внешнего люка, нацелили позиционные двигатели. Немного шипения и лязга, и катер оторвался от корабля-носителя, выходя на полетную траекторию. Мейхью отключил комм и облегченно вздохнул:

– Свободны. Пока.

Елена закрепилась поперек прохода позади Майлза, зацепившись длинными ногами. Чтобы скомпенсировать легкие маневры Мейхью, Майлз обхватил рукой поручень.

– Надеюсь, ты прав, – заметил Майлз. – Хотя и не понятно, почему ты так думаешь.

– Он имеет в виду, что мы можем свободно говорить, – ответила Елена. – Речь не идет о свободе в каком-нибудь космическом смысле. Если не считать неучтенных пассажиров, это обычный, предусмотренный графиком полет. Мы знаем, что вас еще не хватились, иначе диспетчер бы нас не выпустил. Сперва Оссер прикажет обыскать “Триумф” и военную станцию. Может быть, нам даже удастся перекинуть вас обратно на борт “Триумфа”, когда поиск перейдет на более дальние территории.

– Это план “Б”, – пояснил Тан, крутнувшись в кресле, чтобы боком повернуться к Майлзу. – Или, может быть, план “В”. План “А”, основанный на предположении, что ваше спасение пройдет намного шумнее, состоял в том, чтобы сразу же бежать на “Ариэль”, который сейчас в дозоре, и объявлять революцию. Я благодарен судьбе, что у нас появился шанс проделать все несколько, э... менее спонтанно.

Майлз крякнул:

– Бог ты мой! Это было бы похуже, чем в первый раз, – катиться вперед через цепь взаимосвязанных, неподконтрольных ему событий, служить знаменосцем какого-то наемнического военного мятежа, быть выставленным во главу парада со свободой воли, сравнимой с той, что имеет голова, насаженная на пику… – Нет. Только не спонтанно. Однозначно нет.

– Что ж, – Тан сложил толстые пальцы домиком. – Так каков же твой план?

– Мой что?

– План, – Тан произнес это слово с ехидной тщательностью. – Другими словами, почему ты здесь?

– Оссер задал мне тот же вопрос, – вздохнул Майлз. – Ты можешь поверить, что я здесь случайно? Оссер не смог. Ты случайно не знаешь, почему он не смог, а?

Тан поджал губы.

– Случайно? Может быть… Твои “случайности”, как я однажды заметил, имеют обыкновение так осложнять жизнь твоим противникам, что зрелые и осмотрительные стратеги зеленеют от зависти. Так как эти “случайности” происходят слишком часто, я сделал вывод, что это, должно быть, неосознанная воля. Если бы только ты остался со мной, сынок, то мы бы вдвоем смогли… Или, может, ты великий авантюрист и просто используешь все доступные возможности. В таком случае я обращаю твое внимание на возможность взять Дендарийских наемников обратно.

– Ты не ответил на мой вопрос, – заметил Майлз.

– А ты на мой, – парировал Тан.

– Мне не нужны Дендарийские наемники.

– А мне нужны.

– А-а… – Майлз помолчал. – Почему бы тебе тогда не отделиться с теми, кто тебе предан, и не организовать свой собственный флот? Такое бывало.

– И вплавь бороздить космические просторы? – Тан изобразил пальцами движение рыбьих плавников и надул щеки. – Оссер контролирует всю технику. Включая мой корабль. “Триумф” – это все, что я накопил за тридцатилетнюю карьеру. И потерял из-за твоих махинаций. Кто-то должен мне дать другой. Если не Оссер, то… – Тан со значением вперил взгляд в Майлза.

– Я попытался дать тебе взамен целый флот, – защищаясь, ответил Майлз. – Как это ты – старый стратег – потерял над ним контроль?

Тан стукнул пальцем по левой половине груди, признавая туше.

– Сначала все было неплохо, год-полтора после того, как мы отбыли из Тау Верде. Получили подряд два славных маленьких контракта поближе к восточной сети – малые диверсионные операции, беспроигрышные варианты. Ну, не слишком беспроигрышные – пришлось попотеть, но мы их провели.

Майлз бросил взгляд на Елену:

– Да, я слышал об этом.

– На третьей операции начались проблемы. Баз Джезек все больше и больше уделял внимание технике и ее обслуживанию – он хороший инженер, должен признать, – я был тактическим командующим, а Оссер – я тогда считал, за неимением других кандидатур, а теперь думаю, по продуманному плану, – взял на себя административную нудятину. Каждый делал то, что у него получалось лучше всего, и могло бы неплохо получиться, если бы Оссер работал с нами, а не против нас. В аналогичной ситуации я бы подослал наемных убийц. Оссер нанял партизанствующих бухгалтеров. На третьем контракте нас слегка потрепали. Баз был по уши в инженерных и ремонтных делах, и к тому времени, как я выбрался из лазарета, Оссер подписал нас на одну из его любимых небоевых миссий – охрану П-В туннеля. Долгосрочный контракт. В то время это казалось хорошей идеей. Но он получил преимущество. Без реальных сражений я, – Тан кашлянул, – заскучал, перестал следить за делами. Оссер обошел меня с флангов еще прежде, чем я сообразил, что у нас с ним война. Он обрушил на нас свою финансовую реорганизацию…

– Я говорила тебе не доверять ему, еще за шесть месяцев до этого, – хмуро вставила Елена. – После того, как он попытался соблазнить меня.

Тан неловко пожал плечами:

– Это казалось вполне понятным искушением.

– Трахнуть жену своего командира? – глаза Елены вспыхнули. – Или чью бы то ни было жену? Я знала, что он не надежен. Если мои клятвы ничего не значили для него, то сколько стоили его собственные?

– Ты сказала, что он принял отказ, – начал оправдываться Тан. – Если бы он продолжал доставать тебя, я бы вмешался. Я считал, тебе следовало быть польщенной и просто проигнорировать его.

– За притязаниями подобного сорта лежат такие суждения о моей личности, которые мне совершенно не льстят, спасибо, – отрезала Елена.

Майлз скрытно и сильно прикусил костяшки пальцев, вспоминая свои собственные страстные желания.

– Это мог быть один из первых шагов в его борьбе за власть, – вставил он. – Попытка найти слабые места в обороне противника. И в этом случае, он их не нашел.

– Хм, – Елену, кажется, слегка успокоила такая точка зрения. – В общем, от Ки помощи не было, а я устала изображать Кассандру. Естественно, Базу я сказать не могла. Но двурушничество Оссера явилось полным сюрпризом не для всех из нас.

Тан недовольно нахмурился:

– С учетом ядра из его собственных сохранившихся кораблей, все, что ему было нужно, это привлечь голоса половины остальных капитанов-владельцев. Осон проголосовал в его пользу. Я чуть не задушил мерзавца.

– Ты сам потерял Осона своим нытьем насчет “Триумфа”, – вставила Елена, все еще пребывая в язвительном настроении. – Он думал, что ты угрожаешь его капитанству.

Тан пожал плечами:

– Пока я был начальником штаба и тактическим командующим, стоял во главе флота во время реальных сражений, я и не думал, что он мог действительно повредить мой корабль. Мне хватало и того, что “Триумф” участвует в деле, как если бы он был собственностью корпорации флота. Я мог и подождать… Пока ты не вернешься, – его черные глаза сверкнули в сторону Майлза, – и мы не узнаем, что на самом деле происходит. Но ты так и не вернулся.

– Король вернется и нас рассудит, да? – пробормотал Грегор, с восхищением слушавший весь разговор. Он поднял бровь, взглянув на Майлза.

– Пусть это будет для тебя уроком, – сквозь стиснутые зубы проворчал Майлз в ответ. Грегор, уже менее веселый, затих.

Майлз повернулся к Тану:

– Я уверен, Елена освободила вас от иллюзий, что мое немедленное возвращение вообще возможно.

– Я пыталась, – пробормотала Елена. – Хотя… Полагаю, я и сама не удержалась и чуть-чуть на это надеялась. Могло случиться, что ты… оставил бы свой другой проект, вернулся бы к нам.

“Если бы я вылетел из Академии, так?”

– Я не мог оставить тот проект. Разве что в случае собственной смерти.

– Сейчас я это понимаю.

– Через пять минут, максимум, – вставил Арди Мейхью, – мне нужно будет либо соединиться с диспетчерской перевалочной станции для стыковки, либо рвануть к “Ариэлю”. Что выбираем, народ?

– Я могу по одному слову привлечь на твою сторону больше сотни верных офицеров и сержантов, – сказал Тан Майлзу. – Четыре корабля.

– Почему не на твою сторону?

– Если бы я мог, я бы уже это сделал. Но я не стану разрывать флот на части, если я не уверен, что смогу собрать его снова. Весь целиком. Но с тобой в качестве лидера, с твоей репутацией, которая росла вместе с байками про твои дела…

– Лидера? Или символа? – образ головы на пике снова вспыхнул в воображении Майлза.

Тан неопределенно развел руками:

– Как пожелаешь. Основная масса офицерского состава присоединится к тому, кто будет побеждать. А значит, мы должны очень скоро выглядеть победителями, если мы вообще будем что-либо предпринимать. У Оссера тоже около сотни лично преданных ему человек, и нам придется их физически подавить, если он будет стоять на своем. Что приводит меня к мысли о том, что вовремя совершенное убийство может спасти множество жизней.

– Весело. Я думаю, ты слишком долго работал вместе с Оссером, Ки. Вы начинаете думать одинаково. Еще раз. Я пришел сюда не за тем, чтобы захватить командование наемным флотом. У меня другие приоритеты, – он сдержался, чтобы не посмотреть на Грегора.

– Какие другие?

– Как насчет предотвращения планетарной гражданской войны? Возможно, межзвездной?

– С профессиональной точки зрения я в этом не заинтересован, – это была лишь отчасти шутка. И правда, какое дело Тану до страданий Барраяра?

– Заинтересован, если ты на стороне, обреченной на поражение. Тебе платят только за победу, и ты сможешь потратить свои деньги, только если останешься жив, наемник.

Узкие глаза Тана еще более сузились:

– Что ты знаешь такое, чего не знаю я? Мы что, действительно обречены на поражение?

“Я уж точно, если не верну Грегора домой”.

– Извини, я не могу об этом говорить. Я должен добраться… – Пол для него закрыт, станция Консорциума недоступна, а Аслунд стал сейчас еще более опасен. – До Вервана. – Он взглянул на Елену. – Доставьте нас обоих на Верван.

– Ты работаешь на верванцев? – спросил Тан.

– Нет.

– На кого тогда? – руки Тана дернулись, его так распирало от любопытства, что казалось, он был готов выжать информацию силой.

Елена тоже заметила это неосознанное движение.

– Ки, осади, – резко сказала она. – Если Майлз хочет Верван, то он его получит.

Тан посмотрел на Елену, на Мейхью:

– Вы за него или за меня?

Елена задрала подбородок:

– Мы оба давали клятву верности Майлзу. Баз тоже.

– И ты еще спрашиваешь, зачем ты мне нужен! – гневно воскликнул Тан, указывая Майлзу на пару соратников. – Что это за большая игра, про которую вы все, кажется, всё знаете, а я совершенно не в курсе?

– Лично я ничего не знаю, – чирикнул Мейхью. – Я просто иду за Еленой.

– Это что, цепочка командования или цепочка доверчивости?

– А есть разница? – осклабился Майлз.

– Ты нас выдал, появившись здесь, – продолжал убеждать Тан. – Подумай! Мы тебе помогли, ты уйдешь, и мы окажемся один на один с яростью Оссера. Свидетелей уже слишком много. В победе еще может быть спасение, но никак не в полумерах.

Майлз с мукой во взоре посмотрел на Елену, представляя, и в свете недавних событий весьма живо, как тупые злобные громилы выкидывают ее за борт. Тан с удовлетворением отметил, что его воззвание подействовало на Майлза, и самодовольно откинулся в кресле. Елена гневно посмотрела на Тана. Грегор беспокойно завозился:

– Я думаю… Если вы станете изгнанниками из-за того, что действуете в Наших интересах, – Елена, как увидел Майлз, тоже услышала эту официальную заглавную “Н”, а Тан и Мейхью, естественно, нет. – Мы позаботимся, чтобы вы не пострадали. По крайней мере, в финансовом отношении.

Елена кивнула в знак понимания и согласия. Тан наклонился к ней, оттопырив большой палец в сторону Грегора:

– Так, ладно, кто этот парень?

Елена молча покачала головой. Тан издал легкое шипение:

– Я не вижу, чтобы у тебя были какие-то средства, сынок. Что если мы станем трупами из-за то, что действуем в ваших интересах?

– Мы шли на такой риск и за меньшее, – заметила Елена.

– За меньшее, чем что? – выпалил Тан.

Мейхью, со слегка отстраненным взглядом, коснулся наушника:

– Время принимать решение, народ.

– Этот корабль может перелететь через систему? – спросил Майлз.

– Нет. Для этого он недостаточно заправлен, – Мейхью пожал плечами, извиняясь.

– А также недостаточно быстр и вооружен, – добавил Тан.

– Вам придется нелегально провести нас на коммерческий транспорт, через аслундскую СБ, – с несчастным видом сделал вывод Майлз.

Тан осмотрел свой непокорный маленький комитет и вздохнул:

– Меры безопасности строже для тех, кто прибывает, чем для тех, кто отбывает. Думаю, это можно устроить. Стыкуй нас, Арди.

 

После того, как Мейхью пристыковал грузовой катер к назначенной погрузочной нише перевалочной станции аслундцев, Майлз, Грегор и Елена затаились в запертой кабине пилота. Тан и Мейхью отправились “посмотреть, что можно сделать”, как выразился (довольно легкомысленно, по мнению Майлза) Тан. Майлз сидел и нервно грыз костяшки пальцев, пытаясь не вскакивать от каждого лязгающего звука или шипения роботов-погрузчиков, размещающих грузы для наемников по другую сторону переборки. Майлз с завистью заметил, что спокойный профиль Елены не дергался от каждого легкого шума. “Когда-то я ее любил. Кто она сейчас?”

И можно ли не влюбиться снова в эту новую личность? У него появилась возможность выбрать. Она казалась сильнее, высказывалась увереннее – это было хорошо, и в то же время у ее мыслей появился горький привкус. Плохо. Эта горечь доставляла ему боль.

– У тебя все было нормально? – нерешительно спросил он ее. – Ну, если оставить в стороне эту неразбериху со структурой командования. Тан хорошо к тебе относится? Он должен был стать твоим наставником. Дать тебе в реальной работе то обучение, что я проходил в классных комнатах…

– О, он хороший наставник. Пичкает меня военной информацией, тактикой, историей… Я теперь могу провести любую фазу боевого десантирования: материально-техническое обеспечение, топографическую съемку, атаку, отход, даже срочный взлет и аварийное приземление катера, если ты не против легкой встряски. Я почти уже могу на самом деле выполнять обязанности, связанные с моим фиктивным званием, по крайней мере в том, что касается техники. Ему нравится учить.

– Мне показалось, что ты немного… напряженно с ним разговаривала.

Они кивнула:

– Сейчас все напряженно. Невозможно оставить в стороне эту неразбериху со структурой командования, спасибо. Хотя… Полагаю, я не вполне простила Тана за то, что он в этом деле оказался не безупречен. Я его таким считала, поначалу.

– Ну да, нынче вокруг много всякого небезупречного происходит, – заметил Майлз, чувствуя себя неуютно. – Э… Как Баз?

Он хотел спросить: “Твой муж хорошо к тебе относится?” – но не стал.

– Он в порядке, – ответила она, но выглядела не очень счастливо. – Однако удручен. Думаю, эта борьба за власть была для него чуждой, отталкивающей. В душе он технарь, он видит работу, которая должна быть сделана, и делает ее… Тан намекает, что если бы Баз не зарылся в технических делах, он мог бы предвидеть… предотвратить… сопротивляться перехвату командования, но я думаю, все было наоборот. Он не мог опуститься до того, чтобы бороться на уровне Оссера – вонзать кинжалы в спину, поэтому отступил туда, где можно было следовать своим стандартам честности… еще некоторое время. Этот заговор повлиял на боевой дух и командиров, и подчиненных.

– Я сожалею, – ответил Майлз.

– Надеюсь, что так, – ее голос сорвался, выровнялся, посуровел. – Баз чувствовал, что подвел тебя, но еще прежде ты подвел нас, когда не вернулся. Не ждал же ты, что мы вечно будем поддерживать эту иллюзию.

– Иллюзию? – переспросил Майлз. – Я знал… Знал, что это будет трудно, но я думал, вы… Сможете врасти в ваши роли. Сделаете этих наемников своими.

– Этого может быть достаточно для Тана. Я думала, может, этого будет достаточно и для меня, пока не дошло до смертей… Я ненавижу Барраяр, но лучше служить Барраяру, чем ничему, или своему собственному эго.

– Чему служит Оссер? – полюбопытствовал Грегор, поднятием бровей отреагировавший на это двусмысленное заявление об их родине.

– Оссер служит Оссеру. “Флоту”, как он говорит, но флот служит Оссеру, так что здесь короткое замыкание, – ответила Елена. – Флот не родина. Ни домов, ни детей… полная стерильность. Впрочем, я не против помогать аслундцам, они в этом нуждаются. Бедная планета. И напуганная.

– Ты и Баз, и Арди могли уйти, жить самостоятельно, – начал Майлз.

– Как? – прервала Елена. – Ты оставил дендарийцев под нашу ответственность! Баз уже однажды был дезертиром. Больше этого не повторится.

“Значит, я во всем виноват, – подумал Майлз. – Прекрасно”.

Елена повернулась к Грегору, чье лицо приобрело странное настороженное выражение, когда он слушал ее обвинения в том, что Майлз их бросил.

– Ты все еще не сказал, что ты вообще здесь делаешь, помимо того, что вляпываешься в истории. Предполагалось, что это будет какая-то тайная дипломатическая миссия?

– Сам объясняй, – сказал Майлз Грегору, стараясь не скрипеть зубами. “Расскажи-ка ей про балкон”.

Грегор пожал плечами, отводя глаза от ровного взгляда Елены:

– Как и Баз, я дезертировал. Как и Баз, я обнаружил, что, вопреки моим надеждам, от этого не стало лучше.

– Видишь, как важно вернуть Грегора домой как можно скорее, – вставил Майлз. – Они думают, что он пропал. Возможно, похищен.

Майлз выдал Елене короткую отредактированную версию их случайной с Грегором встречи в изоляторе Консорциума.

– Бог мой, – Елена поджала губы. – Я, по крайней мере, вижу, почему для тебя так важно поскорей сбыть его с рук. Если с ним что-то случится, пока ты рядом, пятнадцать политических группировок воскликнут: “Измена!”

– Да, такая мысль приходила мне в голову, – буркнул Майлз.

– Перво-наперво падет центристская коалиция твоего отца, – продолжала Елена. – Реакционные милитаристы сплотятся вокруг графа Форинниса, я полагаю, и встанут стеной против либеральных антицентралистов. Франкоговорящие захотят выдвинуть Форвилля, русские – Фортугалова, или он уже умер?

– Ненормальные ультра-правые изоляционисты, выступающие под лозунгом “Взорвать П-В туннель!”, выставят графа Фортрифрани на поле битвы против антифорской прогалактической группировки, мечтающей о конституции, – мрачно вставил Майлз. – И поле битвы будет не только в переносном смысле.

– Граф Фортрифрани меня пугает, – вздрогнула Елена. – Я слышала его речи.

– Это все из-за великосветской манеры, с какой он вытирает пену, выступающую у него на губах, – ответил Майлз. – Греческое меньшинство воспользуется моментом и попытается отделиться…

– Прекратите! – опустив лоб на руки, глухо попросил Грегор.

– Я думала, это как раз твоя работа, – едко заметила Елена. Грегор поднял голову и уныло взглянул на нее. Она смягчилась, уголки ее губ слегка приподнялись: – Жалко, что я не могу предложить тебе работу во флоте. У нас всегда найдется место для офицеров с базовым военным образованием. Хотя бы для того, чтобы учить остальных.

– Стать наемником? – отреагировал Грегор. – Интересная мысль…

– Вполне реально. Многие из наших людей – бывшие служащие регулярных армий. Некоторые даже законно уволившиеся.

Воображение зажгло глаза Грегора скудным весельем. Он посмотрел на рукава своей серой с белым куртки:

– Если бы ты здесь был главным, а, Майлз?

– Нет! – вскричал Майлз, перекрывая все прочие звуки.

Огонек в глазах Грегора погас:

– Это была шутка.

– Не смешно, – Майлз осторожно выдохнул, молясь, чтобы Грегору не пришло в голову превратить свою шутку в приказ. – Как бы там ни было, сейчас мы пытаемся добраться до барраярского консульства на Верванской станции. Надеюсь, оно все еще там. Я уже несколько дней не слышал никаких новостей: что там у верванцев?

– Насколько мне известно, все течет по-прежнему, за исключением обострившейся паранойи, – ответила Елена. – Верван вкладывает ресурсы в корабли, а не станции…

– Имеет смысл, если приходится охранять более одного П-В туннеля, – признал Майлз.

– Но это заставляет Аслунд считать Верван потенциальным агрессором. Есть даже одна аслундская политическая группировка, которая призывает нанести превентивный удар, прежде чем новый верванский флот сойдет со стапелей. К счастью, пока что верх одерживают сторонники защитной стратегии. Оссер назначил заградительно высокую цену за нашу атаку. Он не дурак. Он знает, что аслундцы не смогут предоставить нам поддержку. Верван тоже привлек к себе наемный флот в качестве временной меры. На самом деле, именно это подсказало аслундцам идею нанять нас. Тех ребят называют рейнджерами Рэндола, хотя, насколько я понимаю, Рэндола с ними уже нет.

– Нам не стоит с ними пересекаться, – горячо заявил Майлз.

– Я слышала, их новый заместитель командующего – барраярец. Может, вам удастся получить от них какую-нибудь помощь.

Грегор поднял брови, размышляя:

– Один из агентов Иллиана? Это похоже на него.

Не туда ли отправился Унгари?

– Ладно, но в любом случае с ними надо поосторожней, – согласился Майлз.

– Да уж пора бы, – тихо прокомментировал Грегор.

– Командующего рейнджерами зовут Кавилло…

– Как? – воскликнул Майлз.

Елена изогнула брови:

– Просто Кавилло. Никто, похоже, не знает, имя это или фамилия…

– Кавилло зовут того, кто пытался купить меня – или Виктора Роту – на станции Консорциума. За двадцать тысяч бетанских долларов.

Брови Елены остались изогнутыми:

– Зачем?

– Не знаю, зачем, – Майлз снова обдумал их маршрут. Пол, Консорциум, Аслунд… Нет, все равно Верван. – Но нам определенно следует избегать верванских наемников. Мы сойдем с корабля и отправимся прямиком к консулу, заляжем на дно и даже не пикнем, пока люди Иллиана не прибудут, чтобы забрать нас домой, обещаю, мамочка! Так и сделаем.

Грегор вздохнул:

– Так и сделаем.

Больше никаких игр в секретных агентов. Все напряжение его сил привело лишь к тому, что Грегора чуть не убили. Майлз решил, что пришло время поубавить усердие.

– Странно, – сказал Грегор, глядя на Елену. Новую Елену, догадался Майлз. – А ведь у тебя больше боевого опыта, чем у любого из нас.

– Чем у вас двоих вместе взятых, – сухо поправила Елена. – Да, что ж… реальное сражение… оно намного глупее, чем я себе представляла. Если две группы людей могут достичь столь невероятного уровня взаимодействия, чтобы встретиться в битве, почему бы не потратить десятую часть этих усилий на переговоры? Хотя это не относится к партизанским войнам, – продолжила она задумчиво. – Партизан – это враг, который не будет играть в игры. Это я еще могу понять. Если ты собираешься действовать безжалостно, то почему бы не совершенно безжалостно? Этот третий контракт… Если мне еще раз придется участвовать в партизанской войне, я бы хотела оказаться на стороне партизан.

– Между совершенно безжалостными противниками сложней добиться мира, – высказал мысль Майлз. – Война не заканчивается сама по себе, за исключением случаев какой-нибудь катастрофы со скатыванием в полный ад. В конце концов люди стремятся к миру. К более лучшему миру, чем тот, с какого войну начинали.

– Кто может быть более безжалостным более продолжительное время, тот и побеждает? – предложил Грегор.

– Мне кажется, это не так. С исторической точки зрения. Если то, что ты делаешь во время войны ведет тебя к такой деградации, что достигаемый тобой мир хуже… – голоса из грузового отсека заставили Майлза прервать предложение, но это оказались вернувшиеся Тан и Мейхью.

– Давайте, – поторопил их Тан. – Если Арди не будет укладываться в график, это привлечет внимание.

Они высыпали в грузовой отсек, где стоял Мейхью, держа в руках управляющий шнур от парящего поддона с двумя прикрепленными упаковочными пластиковыми коробками.

– Твой друг сойдет за солдата флота, – сказал Тан Майлзу. – А для тебя я нашел ящик. Более классическим вариантом было бы завернуть тебя в ковер, но так как капитан транспорта мужчина, боюсь, историческая параллель пропадет втуне.

Майлз с сомнением разглядывал ящик. Кажется, дырок для воздуха в нем не было.

– И куда вы меня повезете?

– У нас устроена постоянно-временная лазейка для скрытного перемещения разведчиков флота. Есть один капитан внутрисистемного грузовоза, независимый владелец, он верванец, но уже три раза выполнял наши поручения за мзду. Он перевезет вас через систему, проведет через верванскую таможню. После этого идите куда хотите.

– Насколько эта операция опасна для вас всех? – обеспокоился Майлз.

– Ничуть не опасна, – ответил Тан. – Все учтено. Он будет думать, что перевозит очередных агентов наемников. Он делает это за определенную плату и, естественно, будет держать рот на замке. Пройдет несколько дней, прежде чем он вернется и его можно будет допросить. Я все это организовал сам: Елена и Арди не появлялись, так что он не сможет их выдать.

– Спасибо, – тихо сказал Майлз.

Тан кивнул и вздохнул:

– Если бы ты только остался тогда с нами... Какого военного я мог бы сделать из тебя за эти три года.

– Если вас уволят из-за того, что вы нам помогали, – добавил Грегор, – Елена будет знать, как выйти на связь.

Тан скривился:

– На связь с чем, а?

– Лучше не знать, – сказала Елена, помогая Майлзу занять место в упаковочной коробке.

– Ладно, – проворчал Тан, – хотя… ладно.

Майлз оказался лицом к лицу с Еленой, прощаясь до тех пор, пока… что? Она обняла его, но затем точно так же, по-сестрински, обняла и Грегора.

– Передай привет свой матери, – сказала она Майлзу. – Я часто вспоминаю ее.

– Хорошо. Э… Мои лучшие пожелания Базу. Скажи ему, что все в порядке. Ваша личная безопасность прежде всего: твоя и его. Дендарийцы – это… это… – он не мог собраться с духом и сказать “не важно” или “наивная мечта”, или “иллюзия”, хотя последнее и было ближе всего, – это была хорошая попытка, – закончил он неуклюже.

Взгляд, которым она одарила его, был холодный, острый и непонятный… хотя нет, он опасался, что довольно понятный. “Идиот” или еще покрепче. Он сел, пригнул голову к коленям и позволил Мейхью укрепить крышку, чувствуя себя зоологическим экспонатом, который упаковывают, чтобы отправить в лабораторию.

 

Переезд прошел гладко. Майлз и Грегор оказались помещенными в маленькую, но добротную каюту, предназначенную для летавшего иногда на грузовозе суперкарго. Примерно через три часа после того, как они взошли на борт, корабль отстыковался: прочь от Аслундской станции и опасности раскрытия. Никаких оссеровских поисковых партий, никаких криков… Тан, вынужден был признать Майлз, все еще хорошо делал свое дело.

Майлз был весьма благодарен судьбе за возможность вымыться, почистить одежду, нормально пообедать и спокойно поспать. У маленькой команды корабля, похоже, была аллергия на их коридор, так что он и Грегор были полностью предоставлены самим себе. Три дня безопасности, пока он в очередной раз тащился через Ступицу Хегена, опять под другим обличьем. Следующая остановка – барраярское консульство на Верванской станции.

О Боже, а ведь ему придется написать отчет обо всем происшедшем, когда они туда доберутся. Откровенные признания в одобряемом Имперской СБ официозном стиле (сухом как пыль, насколько можно судить по тем образцам, что он читал). Вот Унгари, проехав тем же путем, произвел бы на свет колонки конкретных, объективных данных, полностью готовых для анализа с шести различных точек зрения. А что сосчитал Майлз? “Ничего, я был в ящике”. Он не мог предложить ничего, кроме внутреннего ощущения, основанного на том ограниченном обзоре, что ему удалось урвать, пока он улепетывал чуть ли не от всех громил-охранников в этой системе. Может, ему сфокусировать свой отчет на силах безопасности? Мнение одного мичмана. Руководство будет в восторге.

Итак, какое же у него сложилось мнение к настоящему моменту? Ну, непохоже, чтобы Пол был источником неприятностей в Ступице Хегена: они реагировали, а не активно действовали. Консорциум, кажется, в высшей степени равнодушен к идее военной кампании: единственный участник конфликта, достаточно слабый, чтобы эклектичные джексонианцы могли на него напасть и побить, был Аслунд. Но в захвате Аслунда было бы мало выгоды: это скудно терраформированный аграрный мир. Аслундом в достаточной степени овладела паранойя, чтобы он стал опасен, но он лишь наполовину подготовлен и защищен наемной силой, ждущей только нужной искры, чтобы самой распасться на воюющие части. Никакой реально подкрепленной угрозы с этой стороны. Активное начало, энергия этой дестабилизации, по методу исключения, должна исходить из Вервана или через Верван. Как бы это выяснить… нет. Он поклялся прекратить шпионскую деятельность. Верван – чья-то чужая проблема.

Майлз грустно размышлял о том, не удастся ли уговорить Грегора предоставить ему высочайшее императорское дозволение не писать отчет, и о том, примет ли такое оправдание Иллиан. Наверное, нет.

Грегор был очень тих. Майлз, растянувшись на своей койке и заложив руки за голову, улыбнулся, чтобы скрыть беспокойство, когда Грегор – с некоторым сожалением, как показалось Майлзу, – отложил украденную дендарийскую форму и надел гражданскую одежду, которой поделился Арди Мейхью. Поношенные брюки, рубашка и куртка были ему коротковаты и висели чересчур свободно на его худой фигуре. Одетый таким образом, он выглядел бродягой-неудачником с запавшими глазами. Майлз про себя решил держать его подальше от высоких мест.

Грегор в свою очередь посмотрел на Майлза:

– Знаешь, ты был довольно странный в роли адмирала Нейсмита. Почти как другой человек.

Майлз приподнялся на локте:

– Думаю, Нейсмит – это я без тормозов. Без ограничений. Ему не нужно быть хорошим маленьким фором и вообще каким бы то ни было фором. У него нет проблем с субординацией, он не подотчетен никому.

– Я заметил, – Грегор сложил дендарийскую форму по барраярскому военному уставу. – Ты жалеешь, что приходится бросать дендарийцев?

– Да… нет… не знаю, – “Глубоко жалею”. Цепочка командования, похоже, тянула среднее звено в обе стороны. Потяни сильнее и это звено дернется и оборвется… – Полагаю, ты-то не жалеешь, что покончил с контрактным рабством.

– Не жалею… Это было не то, что я представлял. Хотя та драка около шлюза была довольно необычной. Совершенно неизвестные люди хотели убить меня, даже не зная, кто я. Совершенно неизвестные люди, пытающиеся убить императора Барраяра, – это я еще могу понять. Но чтобы так… Надо будет еще об этом поразмыслить.

Майлз позволил себе короткую кривую усмешку:

– Это как если тебя любят такого, какой ты есть, только наоборот.

Грегор бросил на него проницательный взгляд.

– Елену было тоже странно увидеть снова. Почтительная дочь Ботари… Она изменилась.

– Я хотел, чтобы она изменилась, – признал Майлз.

– Кажется, она довольно привязана к своему мужу-дезертиру.

– Да, – кратко ответил Майлз.

– Этого ты тоже хотел?

– Выбирать не приходится. Это… логично следует из целостности ее натуры. Я мог бы это предвидеть. Так как ее убеждения относительно верности только что спасли наши жизни, я едва ли… едва ли могу сожалеть о них, так?

Грегор многозначительно поднял бровь. Майлз подавил раздражение.

– В любом случае, я надеюсь, что у нее все будет в порядке. Оссер доказал, что он опасен. Она и Баз, похоже, защищены только предположительно пошатнувшимся влиянием Тана.

– Я удивлен, что ты не принял предложение Тана, – Грегор усмехнулся также коротко, как и Майлз до того. – Сразу стать адмиралом. Пропустить все эти скучные барраярские промежуточные ступени.

– Предложение Тана? – Майлз фыркнул. – Разве ты его не слышал? Мне казалось, ты говорил, что папа заставлял тебя читать все эти договоры. Тан не предлагал командование, он предлагал драку с шансами один против пяти. Он искал союзника, солдата или пушечное мясо, но никак не начальника.

– Да. Хм, – Грегор откинулся на своей койке. – Пусть так. И все же мне интересно, не выбрал бы ты что-нибудь иное, чем это осторожное отступление, если бы меня не было рядом, – его веки прикрыли брошенный острый взгляд.

Майлза охватили видения. Достаточно вольная интерпретация пространного приказа Иллиана “используйте мичмана Форкосигана, чтобы устранить Дендарийских наемников из Ступицы” могла быть растянута настолько, чтобы включить в себя… нет.

– Нет. Если бы я не наткнулся на тебя, я бы сейчас был в пути на Эскобар с сержантом-нянькой Оверхолтом. А ты, я полагаю, все еще устанавливал бы светильники.

Это зависело, конечно, от того, что загадочный Кавилло – командующий Кавилло – планировал для Майлза после того, как добрался бы до него, сидящего в изоляторе Консорциума.

Где же был сейчас Оверхолт? Доложил ли он в штаб, попытался установить контакт с Унгари или его убрал Кавилло? Или он последовал за Майлзом? Жаль, что Майлз не мог последовать за Оверхолтом к Унгари… нет, тут замкнутый круг. Все это было запутано, и к тому же они из этого выбрались.

– Мы из этого выбрались, – высказал Майлз свое мнение Грегору.

Грегор потер бледный серый след на своем лице – исчезающую тень его встречи с шоковой дубинкой.

– Да, вероятно. Хотя у меня уже начало получаться со светильниками.

 

“Почти закончилось”, – подумал Майлз, когда он и Грегор последовали за капитаном грузового корабля через шлюзовой рукав в стыковочный отсек Верванской станции. Ну, может не совсем. Верванский капитан дергался, был чересчур услужлив и явно напряжен. И все же, если этот человек смог устроить транспортировку шпионов три раза, он уже должен понимать, что делает.

Стыковочный отсек с его резким освещением представлял собой обычную прохладную гулкую пещеру, приспособленную скорее к строгому прямолинейному вкусу роботов, нежели к гибкому вкусу людей. На самом деле, людей здесь и не было, а оборудование простаивало. Их путь заранее освободили, предположил Майлз, хотя если бы он сам все устраивал, он выбрал бы самый жаркий и хаотичный период погрузо-разгрузочных работ, чтобы незаметно что-нибудь провезти.

Глаза капитана бегали из угла в угол, и Майлз не мог удержаться, чтобы не следовать за его взглядом. Они прошли к пустой кабине управления.

– Подождем здесь, – сказал капитан. – Сейчас подойдут люди, которые проводят вас дальше.

Он оперся о стену кабины и несколько минут слегка постукивал по ней пяткой в неком бездумном навязчивом ритме. Затем он прекратил стучать и выпрямился, повернув голову.

Шаги. Полдюжины человек появились из ближайшего коридора. Майлз напрягся. Люди в форме, с офицером, судя по их позам, однако это не была одежда верванской службы безопасности: ни гражданской, ни военной. Незнакомые комбинезоны бурого цвета с короткими рукавами, черными петлицами и нашивками, невысокие черные ботинки. В руках у них были парализаторы. “Но если он выглядит, как конвой, и ходит, как конвой, и крякает, как конвой…”

– Майлз, – с сомнением пробормотал Грегор, обратив внимание на те же детали. – Это есть в сценарии?

Парализаторы были теперь направлены в их сторону.

– Ему это удалось три раза, – предположил Майлз с уверенностью, которой не чувствовал. – Почему не в четвертый?

Капитан грузовоза слабо улыбнулся и отступил от стены подальше от линии огня.

– Мне это удалось два раза, – сообщил он. – На третий раз меня поймали.

Руки Майлза дернулись. Он осторожно развел их в стороны, сдерживая ругательства. Грегор тоже поднял руки, медленно, его лицо было удивительно бесстрастным. Как всегда, один ноль в пользу самоконтроля Грегора – это одно из достоинств, которое привила ему его полная ограничений жизнь.

Все устраивал Тан. Самолично. Знал ли он? Чтобы Тан их продал? Нет!…

– Тан сказал, что ты надежен, – проскрежетал Майлз капитану.

– Что мне Тан? – проворчал тот в ответ. – У меня семья, мистер.

Парализаторы были нацелены на них и двое – Боже, опять громилы! – солдат вышли вперед, чтобы поставить Майлза и Грегора лицом к стене и обыскать, освободив их от всего с трудом завоеванного у оссеровцев оружия, удостоверений и прочего. Офицер просмотрел изъятое.

– Да, точно, люди Оссера. – Он проговорил в наручный комм: – Мы их взяли.

– Продолжайте, – ответил тонкий голос. – Мы сейчас будем. Кавилло, конец связи.

Очевидно, это и есть рейнджеры Рэндола, отсюда и неизвестная форма. Но почему нет ни одного верванца?

– Прошу прощения, – мягко сказал Майлз офицеру, – но не действуете ли вы, господа, исходя из неправильного представления, что мы агенты аслундцев?

Офицер посмотрел на него сверху вниз и фыркнул.

– Не настало ли время открыть наши настоящие имена, – пробормотал свое предложение Майлзу Грегор.

– Интересная дилемма, – ответил Майлз уголком рта. – Надо выяснить, не расстреливают ли они шпионов.

Отрывистый стук шагов возвестил о прибытии новых людей. Когда звук вывернул из коридора, весь отряд подобрался. С рефлекторной военной учтивостью выпрямился и Грегор: его выправка выглядела очень странно в сочетании с одеждой Арди Мейхью. Без сомнения, наименее по-военному выглядел Майлз, стоявший с отпавшей челюстью. Он захлопнул рот, пока в него что-нибудь не влетело.

Пять футов роста плюс небольшая добавка за счет черных ботинок с не по форме высоким каблуком. Стриженые светлые волосы как ореол одуванчика на изящной голове. Бурая с черным безупречная форма с позолоченными знаками отличия, превосходно подчеркивавшая линии ее тела. Ливия Ну!

Офицер отдал честь:

– Командующий Кавилло, мэм!

– Очень хорошо, лейтенант… – ее голубые глаза, заметив Майлза, расширились в неподдельном удивлении, быстро замаскированном. – О, Виктор, дорогой! – ее голос стал сладким от преувеличенной радости и восторга. – Какая фантастика встретить тебя здесь! Все еще продаешь чудесные костюмы глупым клиентам?

Майлз развел пустыми руками:

– Это весь мой багаж, мэм. Нужно было покупать, когда у вас была возможность.

– Надо же, – ее улыбка была натянутой и расчетливой. Майлза нервировал блеск ее глаз. Молчавший Грегор выглядел совершенно сбитым с толку.

“Так значит тебя зовут не Ливия Ну и ты не агент по снабжению”. Какого же дьявола командующий верванскими наемными силами встречается инкогнито на станции Пола с представителем одного из самых могущественных домов Джексонианского Консорциума? “Это была не просто торговля оружием, дорогая”.

Кавилло/Ливия Ну подняла свой наручный комм к губам:

– Лазарет, “Десница Курина”. Кавилло на связи. Я посылаю вам парочку заключенных для допроса. Возможно, я и сама поприсутствую, – она отключила связь.

Капитан грузовоза сделал шаг вперед, одновременно испуганный и дерзкий:

– Моя жена и сын. Докажите, что они в безопасности.

Она расчетливо оглядела его:

– Вы можете пригодиться для еще одной поездки. Ладно, – она махнула рукой солдату. – Отведите этого человека на гауптвахту “Курина”, и пусть он посмотрит на мониторы. Потом приведите его ко мне. Вы удачливый предатель, капитан. У меня для вас еще одно дело, которым вы сможете заработать их…

– Свободу? – требовательно спросил капитан.

Она слегка нахмурилась, недовольная, что ее прервали.

– Зачем я стану увеличивать вашу плату? Еще одну неделю жизни.

Он последовал за солдатом, сжав гневно руки, и, предусмотрительно, зубы.

“Что за черт?” – подумал Майлз. Он не много знал о Верване, но был вполне уверен, что даже их законы военного времени не позволяли держать невинных заложников, чтобы обеспечить хорошее поведение неосужденных предателей.

Когда капитан ушел, Кавилло снова включила связь:

– Служба безопасности “Десницы Курина”? А, хорошо. Я послала к вам моего ручного двойного агента. Прогоните для него запись, которую мы сделали неделю назад, чтобы его немного мотивировать, ладно? Позаботьтесь, чтобы он не догадался, что это не прямой эфир… верно. Кавилло, конец связи.

Так семья капитана свободна? Или уже мертва? Содержится где-то еще? Во что это они тут вляпались?

Новый стук ботинок обогнул угол: тяжелая военная поступь. Кавилло кисло улыбнулась, но, поворачиваясь к вновь прибывшему, смягчила выражение во что-то более приветливое:

– Станис, дорогой. Смотри, что за улов у нас на этот раз. Это тот маленький бетанский ренегат, который пытался торговать краденным оружием на Полианской станции. Похоже, он все-таки не такой уж независимый торговец.

Бурая с черным форма рейнджера прекрасно смотрелась на генерале Метцове, заметил Майлз, начиная сходить с ума. Сейчас был бы отличный момент закатить глаза и потерять сознание, если бы он только знал, как это делается.

Генерал Метцов стоял столь же пораженный, его металлические глаза внезапно засветились недобрым огнем:

– Он не бетанец, Кави.