Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите Вход или Регистрация
YaBB - Yet another Bulletin Board
  Перевод продолжается! Нэнси Коллинз "Самое черное сердце" (5 книга о Соне Блу). Читайте, ура!
  ГлавнаяСправкаПоискВходРегистрация  
 
Страниц: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 26
W, NC-17, Белый волк (Прочитано 105761 раз)
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
W, NC-17, Белый волк
Апрель 27, 2007 :: 10:26pm
 
- Белый Волк.
- NC-17
- Первый роман из цикла «Алый Феникс – Белый Волк»
- Приключения, фэнтези
- Редактор – Marti, JC (композиция, структура)
Бета-ридеры –      Pti (композиция, акцентуация)
Контактный e-mail: amberitblaze@list.ru
- Предупреждение: жестокость, употребление  алкогольных напитков.
- Немного истории. Мир полностью принадлежит авторам. Сначала этот роман существовал в виде игры на двоих, затем мы с Мартином решили сделать игровой форум, затем возникла идея создания романа и форумная игра была свернута и остановлена. Было принято совместное решение переделать заимствованных персонажей и немного изменить сюжет, чтобы не плагиатить. Оставлено только то, что принадлежит фантазии авторов романа, как создателей этого мира. Мир получился мрачным и достаточно жестоким. Вампиров в этом мире нет. Влияние поделено между двумя богинями: светлой – Артемис и темной – Тиаматис. Люди, эльфы, сирены и другие живые и магические существа – пешки в их игре. Но… но история будет не о том…
Странный темный эльф с привычками и манерами Высокого Лорда, со славой черного дельца и работорговца, наводящий ужас на жителей окрестных земель, и  упрямый юнец со стертыми воспоминаниями, которому едва исполнилось семнадцать, живущий при захудалой гостинице, прислуживая посетителям -  почему судьба вдруг свела этих двоих? Их встреча - верхушка айсберга, за которой находятся интриги, честь и слава, власть и страсть - противостояние богинь.
-Произведение не окончено, «Белый волк» – первый роман из дилогии (или же трилогии).
- Запрос на критику: надо
- Публикация без разрешения автора запрещена

Дополнительно:
Список выставленных рассказов к роману Белый волк:
Моя память
Fetee Jahre (Кровь ночи)
Грозовые тучи
Deste unmar Kelebe
Право сильного
Наверх
« Последняя редакция: Август 4, 2014 :: 12:07am от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #1 - Апрель 27, 2007 :: 10:27pm
 
Глава 1
Любую историю стоит поведать с самого начала, но эту придется начать с середины.
Дождь лил стеной, так что отряд, двигавшийся в потоках воды в полном молчании, казался частью окружающего пейзажа. Скрытые в черных плащах фигуры нельзя было принять за торговый караван или отряд наемников. Слишком ровными рядами двигались путники. Слишком прямо держались в седлах.
Наконец, отряд достиг городских стен. Ворота уже были заперты, потому что солнце давным-давно село за горизонт, и всем, кто не успел зайти в них, пришлось бы ждать рассвета. Но всадник, что ехал впереди, ждать не собирался.
Копыта его коня зацокали по мосту и где-то в паре метров от ворот затихли. От следующей за предводителем пары воинов отделился тот, что был справа. Приблизившись, он спешился, всей своей позой выражая полное внимание.
- Передай, - предводитель отряда отстегнул от пояса кошель. Принимающий взял его и, слегка поклонившись, направился к закрытым воротам.
Решительный стук заставил дежуривших стражников открыть смотровое окно.
- Что надо? – недружелюбно поинтересовался человек.
Путник молча показал туго набитый кошель. Не меньше пятидесяти монет.
- Утром пройдете, - интонация стражника выдала внутреннее колебание.
- Мне нужен твой командир. Позови, - голос путника звучал чисто, но также холодно, как извлекаемый из ножен меч. В подкрепление к своим словам он извлек из кошеля золотую монету и просунул ее в зарешеченное окошко.
Медлить стражник не стал, живо принял подношение и пробурчал:
- Жди, - с лязгом захлопнул ставню.
Путник обернулся, как будто ища одобрения у предводителя отряда. Тот едва заметно кивнул в ответ.
Им пришлось подождать несколько минут, прежде чем оконце в воротах вновь отворилось, и на них уставилась усатая и явно нетрезвая физиономия начальника караула.
- Ну? Кто-о там мня беспокоил? – развязно поинтересовался человек.
Незнакомец молча продемонстрировал кучу золотых, заполнивших толстый кошель до отказа, а потом развязал его, показывая золотые монеты внутри.
- Хм, - сразу протрезвел начальник караула. – А ну сымай капюшон, дай на физиономию твою поглядеть.
На долю мгновения воздух вокруг закутанной в плащ фигуры будто бы сгустился от холодного гнева, но затем путник медленно поднял руку и спустил капюшон. Ткань соскользнула на плечи, открывая лицо с вытянутыми плавными чертами. На человека посмотрели крупные миндалевидные глаза с темно-серой радужкой. Длинные черные волосы были забраны в косицу сложного плетения и убраны под капюшон, так что становились видны заостренные кончики ушей.
- А, это вы. Что надо? – не слишком дружелюбно проговорил человек
- Нам нужно попасть в город на эту ночь, - коротко отозвался пришелец.
- Сейчас пятьюдесятью золотыми не обойдешься. Къяре всерьез взялся за дело, - ухмыльнулся человек.
- Мы добавим еще десять сверху, либо проедем Эркард мимо, - невозмутимо ответил эльф.
- Деньги вперед, - упускать возможность нажиться начальник гарнизона не собирался. Конечно, значительную сумму придется отстегнуть градоправителю и стражникам в карауле, но все же пара десятков золотом перепадет и в его карман. А это уже целое состояние.
Эльф молча передал кошель. Окошко захлопнулось на несколько минут, пока начальник стражи пересчитывал деньги и отдавал приказы.
Переговорщик вернулся к отряду и вскочил в седло своего скакуна.
- Cherde! (1) – скомандовал предводитель.
Эльфы достали притороченные к седлам небольшие круглые щиты и подняли их наизготовку. Естественно, доверять людям никто не собирался. Мало ли, засаду устроят.
Наконец, заскрипели ворота, открываясь. Предводитель тронул бока своего вороного, пуская его вперед. Отряд двинулся следом, точно повиновался неслышной команде. Эльфы ехали ровным строем, растянувшись в колонну по двое, в полном молчании под мерный стук копыт. Они миновали широкий въезд в город, но не стали углубляться дальше, направившись к первому же постоялому двору.
Впереди вышагивал вороной предводителя. Эльф ослабил поводья, и казалось, конь сам выбирал дорогу, в то время как хозяин поглядывал по сторонам.
В темно-фиолетовых глазах, как в цветном стекле, отражались ютившиеся друг к другу домишки и проходившие мимо люди. Он чуть морщился — городские запахи постоялых дворов, сточных канав, дубилен и кузниц перебивали тонкий аромат прохладного ночного воздуха. Тонкая полоса губ временами изгибалась то ли от брезгливости, то ли просто оттого, что эльф был не в духе. Он помнил Эркард ещё деревней и не раз приводил сюда отряд. С разными целями.
На вид постоялый двор был вполне приличным, его хозяин явно не бедствовал. Новая крыша из красной черепицы, широкий двор и вполне вместительная конюшня. В таком месте без стеснения мог расположиться весь отряд.
«У богини за пазухой» - гласила вывеска на здании. Туда-то и повернул своего скакуна предводитель отряда. Остальные последовали за ним. Редкие прохожие оборачивались, глядя на слаженные движения и строгих всадников. Обычные наемники, которые изредка появлялись в городе, вели себя шумно: гоготали, обменивались сальными шуточками и пытались заговорить с проходящими мимо девицами. Но, как прохожие ни старались, разглядеть лица проезжавших воинов не получалось, слишком низко были опущены капюшоны плащей.
Подъехав к конюшням, эльфы спешились. Предводитель отдал поводья своего коня лейтенанту, который спешно подошел к нему.
- Метос уже ждет нас здесь? – голос прозвучал уже не так холодно, как в разговоре со стажей у ворот, скорее мягко, даже немного робко.
- Да, - коротко ответил предводитель.
- Прости, kneases, - низко склонился воин.
- Забудь, Эстель, - глава отряда направился ко входу в постоялый двор.
Стоило отворить дверь, и наружу хлынул шум и гам. В едальне уже было полно людей. Шумная компания гоняла прислугу, требуя мяса, пива, каши, рагу и прочего съестного. Расторопные служаночки не поспевали исполнять заказы гостей, а им вслед сыпались грубоватые шуточки и шлепки пониже спины. Запахи табачного дыма и пота смешались с ароматами снеди: жареного мяса и эля. Капитан людей Метос со своими помощниками занял самый удобный стол в зале, дававший прекрасный обзор. Они прислонили мечи к краю стола, а кинжалы демонстративно положили рядом с тарелками. Местные быстро поняли, кто тут хозяин положения, и недовольно, но предусмотрительно, негромко ругая власти на разные лады, отправились по домам.
Закутанный в плащ эльф перешагнул порог и направился прямиком к капитану наемников.
- Все комнаты сняты? – игнорируя все приветствия, навис над человеком худощавой мрачной тенью.
- Здорова, Нарис. Все, как мы договаривались, - пожал плечами капитан людей. – А вот вы что-то задержались.
Эльф молча кивнул.
- Позаботься о том, чтобы тут не осталось никого, кроме хозяина и его челяди. Выставите дозорных. Нам всем понадобится ночь отдыха. На рассвете покинем город, - ровно проговорил он.
- Дай мне четверть часа, - Метос поднялся во весь свой немалый рост, но даже так он оказался на полголовы ниже эльфа.
Прибывший кивнул и направился в сторону хозяина постоялого двора, оставляя все заботы человеку.
Плотный и громогласный трактирщик Мервик радостно потирал руки. Его постоялый двор уже год как занимал выгодное местечко у ворот, и растущие доходы давно оправдали ту взятку, которую он всучил в свое время градоправителю. Вот и сегодняшние постояльцы явно не собирались жалеть денег.
- Покажи мне и прибывшим со мной свободные комнаты, - эльф не торопился показывать свое лицо. Сегодня еще будет для этого время.
- Да-да, не извольте беспокоиться, все комнаты уже готовы, - услужливо ответил хозяин.
Помещение быстро заполнялось прибывшими. Эльфы заходили в трактир, разбавляя толпу разношерстных наемников своими мрачными чернеющими фигурами.
Но постепенно все свежеприбывшие разошлись по комнатам. Напряжение в зале поулеглось, так что свободные от обязанности нести караул наемники продолжили попойки.
Метос занял свое место.
— Еще эля мне и моим парням! — громко потребовал он, хватив кулаком о столешницу.
Под ударом стол сотрясся, а дымящееся рагу едва не опрокинулось.
Наемники поддержали его одобрительным гулом.

***

Когда время перевалило далеко за полночь, дверь в таверну открылась, с размаха хлобыстнув о стену. Порог один за другим переступала городская стража. Метос даже не удивился, его об этом предупредили заранее. Но проявлять агрессию или начинать потасовку он не торопился. Сегодня им действительно надо было заночевать. Они уже две недели только и делали, что водили погоню из стороны в сторону, чтобы основной караван мог спокойно двигаться к цели – в порт Эраста, где уже ожидали покупатель и корабль.
Хозяин таверны тут же вернулся за стойку, подальше от беды. До этой ночи городские стражники нечасто заглядывали в его заведение.
— Эй, хозяин! Эля! — капитан охраны подошел к стойке.
Мервик угодливо закивал и суетливо принялся разливать напиток по большим глиняным кружкам.
— Вот, пожалуйста, господа стражники, — кружка, доверху наполненная пенным темным элем, скользнула по стойке, чтобы завершить свой путь в широкой и загрубевшей ладони капитана.
Метос напрягся. Неспроста сюда зашли эти стражники. Щедрое пожертвование в казну и несколько взяток шишкам из городских войск должно было уладить большую часть неприятностей и сгладить углы.
— Эй! — его размышления прервал капитан стражи. — Ребята, а ну-ка, вышвырните этот сброд, который мешает защитникам города и верным служакам лорда Бельверка промочить горло! — он усмехнулся и кивнул на ближайший к стойке стол, за которым устроилась четверка наемников.
— Да одного нам мало будет! — в тон капитану отозвался рыжий лейтенант.
— Ничего, потеснятся, — махнул рукой стражник.
Вместо того, чтобы освободить стол, подвыпившие наемники схватились за оружие и, опрокидывая лавки, повскакивали с мест. Все разговоры сразу оборвались, на миг таверна наполнилась оглушительной тишиной.
— Эй-эй! Господа стражники! — Метос нехотя поднялся на ноги. Он-то понимал, что, если о потасовке узнает глава каравана, достанется всем. — Позвольте, я угощу вас выпивкой... Не надо задирать моих людей: они устали после долгого похода.
— Вот еще! Позволю я всяким нечистым на руку прийдам сидеть, где вздумается, и мешать отдыхать честным стражникам, — усмехнулся капитан.
Метос сжимал кулаки, сдерживая негодование. Градоправитель в лице капитана охраны нарочно провоцировал эту драку. Неужто денег мало? Захотели еще награду за их головы?
— Эта шавка лаять пытается! — нетрезвые наемники, за которыми наблюдалось явное преимущество в числе, окружили стражников. Бесполезные в тесном и людном помещении мечи и топоры наемники оставили у столов, но и ножи в умелых руках были опасным оружием.
Напуганные служанки столпились, переговариваясь, возле кухонной двери. Никто не решался войти в зал. Наконец, осерчавшая кухарка — плотная и дородная жена трактирщика — всучила поднос худому мальчишке-рабу, которого держали на побегушках при постоялом дворе.
— На-ка, отнеси господам приезжим, — она дала рабу оплеуху для ускорения, и мальчишка нехотя поплелся в зал.
Завидев такое скопище вооруженного народа, он в нерешительности замер, но потом снова двинулся вперед, подбодренный полученным от Мервика подзатыльником. Осторожно лавируя и стараясь не делать резких движений, направился к ближайшему столу, возле которого с кинжалами наготове стояли наемники.
— Э… ваша еда, — тихо пробормотал мальчишка себе под нос, но его слова прозвучали как раскат грома. Наступившая тишина была тяжелой, словно гора.
Мальчишка сглотнул и съежился.
Шаги на лестнице раздавались в такт ударам сердца. Беловолосый эльф спускался вниз. Хищный, поджарый, высокий, он мог бы быть красив, как все эльфы, если бы не давящая, недобрая атмосфера и липкий страх, тянувшиеся за ним, как полы плаща. На два шага позади маячил давешний красавчик, который договаривался с караулом у ворот, а за ним еще два эльфа. Высокие, черноволосые и сероглазые, как статуи рук одного мастера.
Беловолосый неторопливо осмотрел всю собравшуюся братию. Его лицо не отразило ничего: ни удивления, ни раздражения. Эльф встретился глазами с каждым из зачинщиков конфликта. Метос потупился под пристальным прямым взглядом темно-фиолетовых глаз, а капитан стражи с трудом подавил желание поежиться и отступить. Под этим взглядом тело будто теряло всю волю и способность двигаться, а сознание увязало в паучьих сетях, расставленных в глубинах фиалковой бездны. Трактирщик уткнул глаза в бокал, который старательно протирал с того момента, как наемники схватились за оружие. Теперь появление этих нежданных гостей уже не так радовал его. Последним взгляд беловолосого ощупал мальчишку-раба. В глубине глаз вспыхнул алчный огонек. Эльф повернулся к красавчику-лейтенанту, молча кивнул в сторону капитана стражи, мол, реши проблему, а сам преспокойно спустился с лестницы и, вытурив трех наемников из-за стола возле окна, расположился с максимальным комфортом.
Таверна вновь ожила. Ар’Эстель, тот самый лейтенант беловолосого, со сдержанной вежливостью пригласил капитана охранников присесть за стол возле стойки, который любезно и беспрекословно уступили наемники. Метос вернулся на свое место, а его люди, ворча, но не пытаясь продолжить ссору, разошлись по местам.
Беловолосый глянул в окно, убедился, что никого лишнего не наблюдается, подозвал хозяина и потребовал вина.
Остальные эльфы сидели тихо, не шумя и не суетясь. Но угодить им было сложно. И трактирщик, уставший уже бояться, издерганный и нервный, не чаял дождаться, когда гости, наконец, уберутся в свои комнаты. Особенно этот беловолосый, что занял место за столом возле окна.
Ар’Эстель наконец спровадил стражу, заплатив за их выпивку и вложив в широкую ладонь капитана стражи горсть серебряных монет. Не дело ссориться с городскими властями, особенно если они нарочно ищут повод, чтобы выставить отряд из города.

***

Нарис уже довольно нетрезво покачивался, рискуя завалиться вместе со стулом назад, однако чудом умудрялся балансировать. Инистый шелк слишком коротко обрезанных для эльфа волос немного растрепался, одна из прядей упала на лоб. Фиолетовые глаза туманно поблескивали в полутьме, баюкая безумие. Он сидел, чуть запрокинув голову. Так бывает расслаблен сытый, уверенный в своем превосходстве хищник. Когда разум туманило вино, он почти забывал о Тиаматис, и она уже не так давила своей силой. Когда-то его считали благословленным богиней, но все оказалось иначе...
Ни эльфы, ни люди не делали попыток заговорить с хозяином каравана. Только Ар’Эстель осмелился подойти. Он положил ладонь на спинку стула, что стоял напротив, не решаясь присесть без разрешения.
Нарис поднял на него помутневшие фиолетовые огни глаз.
— Что? — не дожидаясь, пока эльф начнет извиняться, проговорил он.
— Ар… — лейтенант осекся, ощутив, как изменился взгляд собеседника. — Нарис, — выдавил он с трудом, как будто, произнося его прямое имя, святотатствовал. — Я хотел спросить, как нам следует поступить дальше. Власти не желают терпеть нас. Похоже, нас хотят выставить из города, пользуясь любым, самым незначительным поводом.
Беловолосый кивнул и допил остатки вина из кружки.
— Никуда не денутся. Потерпят до рассвета. А сегодня надо побыть тут, нужно увести погоню в сторону, — он ухмыльнулся, так и не предложив Ар’Эстелю сесть. – Возможно, придется дать им бой, если сумеем выехать раньше, чем нас настигнут.
— Будут ли еще приказания? — чуть поклонившись, спросил лейтенант.
Нарис поглядел мимо него на мальчишку, который прятался в закутке под лестницей и жевал украденную краюху только что испеченного каравая. Хочешь – не хочешь, а долго подавлять богиню вином не получится. Тиаматис нужна жертва.
— Нет, иди, — он махнул рукой, а потом мельком посмотрел в окно.
Ночь стала бархатной, иссиня-черной, если бы наемники не создавали столько шума, эльф с удовольствием послушал бы пение сверчка или разговоры местной прислуги и прохожих.
Преследователи были близко, очень близко. Нарис чувствовал это. Но, если вовремя сняться с постоя, они успеют не только уйти от погони, хорошо запутав противников, но и выиграть несколько часов, потрепав погоню.
Надолго приложившись к кружке, эльф поднял взгляд и скользнул глазами по присутствующим в зале.
Казалось, про него все забыли: наемники шумно веселились и гоняли прислугу, эльфы уже насытились и расходились по своим комнатам.
— Нет! Нет! Не надо… господин… пожалуйста… — Нарис повернул голову на прорезавший гул таверны девичий голосок.
Похоже, что один из его наемников облюбовал дочку трактирщика и пытался утащить девицу к себе наверх. Да, она действительно была красавицей. Такие особо ценились в гаремах — рыжеволосая, но без единой веснушки, стройная, хоть и немного грубоватая. Нарис пожалел о том, что пообещал начальнику стражи вести себя мирно, но договор есть договор.
Бедный трактирщик, покрывшись холодным потом, семенил за здоровенным детиной, причитая:
— Господин... прошу вас... не надо... она еще девушка, — увещевал он постояльца.
Тот одной рукой придержал пытавшуюся вырваться девушку, а второй отстегнул кошель и кинул его трактирщику.
— Этого тебе хватит ей на приданое, — хмыкнул наемник, приобнимая свою жертву.
Девушка пыталась отодвинуться и убрать руку, обвившую ее талию, но тщетно. Как будто этот человек был сделан из стали.
— Отпустите... господин, пожалуйста... — она расплакалась.
Нарис блаженно прикрыл глаза. Да... горе, отчаяние, беспомощность. Он впитывал это. Богиня поглощала чужие страдания, даруя взамен силу и неуязвимость тому, кто стал ее проводником в этот мир. Но договор... Не стоит трогать свободных жителей в Эркарде. Нарис дал слово, поручившись за каждого, кто вошел с ним в город.
— Акмед, — негромко проговорил он, глядя прямо на обнимавшего девушку наемника.
Тот повернулся, ощутив порыв силы.
— Возьми кого-нибудь другого, — проговорил Нарис спокойно и, не дожидаясь ответа, отвернулся к окну.
Караван давно не заходил в города. В последнее время их постоянно преследовали. Нарис даже стал подумывать о том, не завершить ли сезон охоты на рабов на пару месяцев раньше.
И, хотя грубо сделанные лавки и столы вокруг были совсем не той обстановкой, которая нравилась Нарису, все же это было лучше, чем пыль и грязь дорог. Он вновь задумался.
В тумане пьянящего дыма и люди, и эльфы казались лишь призрачными фигурами: тихо беседовавший с младшими лейтенантами Ар’Эстель, трактирщик, тщательно протиравший кубок уже несвежей тряпкой, чтобы подать его кому-то из «остроухих» и уже порядком нетрезвый Метос, споривший со своим заместителем Керзом — заводилой и любителем легкой наживы. В последнее время капитан наемников часто препирался с этим выскочкой, так ловко набившимся ему в помощники. Взгляд Нариса снова вернулся к лестнице, где раб торопливо доедал свой скудный ужин. Этот подойдет, его жертвы хватит, чтобы на время утолить голод богини и обезопасить тех, кто входит в ближайшее окружение беловолосого. Все равно раба никто особо жалеть не станет. Эльф продолжал рассматривать мальчишку. Худой, в мешковатых обносках, с синяками под глазами. Все это портило естественную привлекательность. Черты лица были правильными, но заостренными из-за того, что этот ребенок не получал достаточно пищи. Волосы грязно-коричневые, но это вряд ли их естественный цвет. Скорее всего, раб не трудился мыться. Мальчишка вскинул на него глаза, но лишь на миг. Эльфы вызывали в нем любопытство, но не беловолосый. Его цепкий, колючий взгляд пронизывал парнишку до самых кишок.
Нарис потянулся за кувшином, но тот выскользнул из пальцев и рухнул вниз к ногам, разлетевшись на кучу черепков. Красное вино расплескалось по полу, и тонкие струйки поползли к сапогам. Беловолосый эльф встал, нетвердой походкой подошел к трактирной стойке и стукнул обтянутым кожаной перчаткой кулаком по шероховатой поверхности.
— Самого лучшего вина, хозяин! И поскорее! — отвернувшись, Нарис отправился на свое место, мимолетным взглядом еще раз оценив сидевшего в тени лестницы раба.
Решив, что жертву надо приносить на трезвую голову, он поднялся и вышел освежиться во двор.

***

Снаружи было спокойно, и голоса, доносившиеся из таверны, казались далеким равномерным шумом. Бархатное темное небо, такое же высокое, как в его родных местах, смотрело на Нариса чужими глазами-звездами. Он постоял, прислушиваясь к окружающему миру. Эльфы как никто другой умели наслаждаться совершенством природы, как никто видели и ценили его.
Нарис постоял, впитывая в себя окружавшее его спокойствие, и только потом вернулся в таверну. За сегодняшнюю ночь можно было не волноваться. Погоня близко, и горе тому, кто поднимется позже беловолосого утром.
Нарис все еще нетвердо держался на ногах, но хмель улетучился, возвращая разуму остроту и ясность закаленной стали. Бросив прощальный взгляд на звезды, он шагнул в освещенный проем, окунаясь в дымную, шумную, суетливую атмосферу таверны.
Возле стола Нариса копошился раб, собирая с пола черепки разбитого эльфом кувшина. Некоторое время хозяин каравана наблюдал за ним, отметив, что сквозь прорехи в одежде выглядывают голые плечи и спина, покрытая уже подживающими рубцами и синяками. Глаза Нариса наполнялись фиолетовым пламенем, по мере того, как он разглядывал мальчишку. Он не мог сказать, что заставляет его смотреть на этого раба: любопытство ли, жажда крови ли, или что-то другое. Но Нарис с удивлением отметил, что может чувствовать, как мальчишка перемещается по залу, его усталость, не до конца утоленный голод…
Юноша уже успел убрать черепки с пола и замывал липкое пятно от вина, старательно не замечая вернувшегося эльфа, а про себя прося Артемис, к которой частенько обращал молитвы, чтобы та уберегла его от внимания этого беловолосого.
Нарис сел на место, еще раз глянул на раба и подозвал хозяина, приподняв два пальца. Тот отвлекся от полировки деревянной, грубо вытесанной стойки и поспешил к гостю, неся поднос с заказом. Мервик лично протер стол и подал вино богатому гостю. Поставив перед ним новый кувшин и заменив кружку, а так же выставив на стол тарелки с пряным копченым мясом и сыром, он собрал пустую посуду.
— Что господину угодно? — трактирщик поклонился. Отчего-то ему хотелось кланяться этому беловолосому с его прямой осанкой, надменным и безразличным взглядом, словно перед каким-нибудь маркизом или графом. В титулах трактирщик разбирался плохо, но зато хорошо разбирался в людях. Ну, или эльфах и прочей нечисти, которая частенько в последний год захаживала в его заведение.
— Вина. И вот этого раба мне в комнату, — деловито приказал Нарис.
Эльф потянулся, а потом, неожиданно наклонившись, схватил за волосы ковырявшегося у него под ногами мальчишку, заставив его поднять голову. Осмотрев испуганное и жмурящееся от боли лицо: прямой, четко обрисованный нос, высокие скулы, лоб с подживающей царапиной — следом хозяйской «науки» за разбитую миску, Нарис разжал пальцы и заключил:
— Да, этот подойдет.
Заказ беловолосого вогнал трактирщика в ступор. Мервик даже опустил услужливо перекинутое через руку полотенце. Хорошо хоть еду с подноса уже успел выставить на стол. Ну где это видано, чтобы в приличном трактире просили мальчиков на ночь?! Нет, странные, очень странные посетители нынче у них остановились.
Получив некоторую свободу, мальчишка принялся тереть макушку, еще больше ероша грязные непослушные волосы и думая, куда бы поскорее скрыться, пока его и в самом деле не заставили прислуживать беловолосому.
— Ру… Румил?.. Мой господин, но этот раб строптивый!.. — хозяин в отчаянье всплеснул руками и сделал скорбное лицо.
Юноша отполз из-под ног, подхватил тряпку и поспешно удрал на кухню, растолкав толпившихся у стойки наемников.
Нарис просто смотрел на Мервика, давая понять, что такие тонкости, как желание или нежелание раба его не интересуют.
— Господин! — в голос хозяина закралась дрожь. — Это непослушный раб. Он не понравится господину.
— Вино и щенка в мой номер, — эльф поднялся, мельком глянув на трактирщика, и направился к лестнице. По ступенькам застучали его четкие неторопливые шаги.
Остановившись на верху лестницы, Нарис подозвал Ар’Эстеля.
— Сбор назначить до рассвета, — коротко уточнил он.
Нарис занимал самый лучший номер в гостинице. Двуспальная кровать с резной спинкой, стол, который служанки заботливо застелили льняной скатертью, пара стульев, несколько потрепанных волчьих шкур под ногами и пестрый тканый ковер на стене — вот и все богатство придорожного постоялого двора. И, в отличие от многих других комнат, от стены до стены тут можно было сделать целых семь шагов.
Хозяйка уже застелила гостю свежее белье. Окна были распахнуты, по комнате гулял приятный ветерок.
Оглядев номер, эльф скривился. Удобства вроде уборной и ванны отсутствовали, судя по всему, гостям предлагалось пользоваться общей купальней внизу. Врожденная чистоплотность пересилила недовольство, и Нарис, подхватив сумку со сменной одеждой, отправился туда.
Наверх
« Последняя редакция: Август 4, 2014 :: 12:11am от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #2 - Апрель 27, 2007 :: 10:28pm
 

Через некоторое время Румил, вымытый и одетый в рубаху и штаны из хозяйских запасов, подошел к двери в комнату беловолосого. На подносе, который вручил ему хозяин, стоял кувшин с вином и медный кубок, самый лучший, что нашелся на кухне. Перед дверью раб остановился и с тоской оглянулся назад, в конец коридора, где стоял мрачный трактирщик. Вздохнув, постучался.
Ответа не последовало. Эльфа в номере не было. Румил облегченно выдохнул и, повозившись с ключом, который дал ему хозяин гостиницы, осторожно толкнул дверь и вошел. Поставив кувшин на стол, он сел поблизости и замер, вслушиваясь, ожидая шаги, но различил только приглушенный, совсем далекий шум зала, где все еще гуляли наемники.
Беловолосый все не шел, и напряжение Румила постепенно улеглось. Оглядел комнату, а потом снова уперся взглядом в кувшин. Запах был таким приятным... Рассудив, что он заслужил небольшое вознаграждение, и, убедившись, что в коридоре по-прежнему не слышно ничьих шагов, Румил наклонил кувшин и отпил несколько глотков, пытаясь распробовать незнакомый напиток. Не все же шиковать этому эльфу! Жить в таком номере! Спать в мягкой постели со свежим накрахмаленным бельем! Почему некоторым все, а другим ничего?.. Даже приобретенная за время житья при трактире осторожность не остановила его. Поддавшись порыву, мальчишка отпил еще пару глотков; почувствовав, как пряное, чуть сладковатое вино растекается по языку и приятно обжигает горло, он прикрыл глаза, наслаждаясь.
Дверь открылась беззвучно. По губам возникшего в дверном проеме эльфа расползалась недобрая улыбка. Охота началась. Нарис шагнул в комнату и остановился, разглядывая отмытого мальчишку. Да, он не ошибся. Этот раб даст столько эманаций боли, что богиня заснет как минимум на месяц, и прекратятся сны, попытки подавить его, Нариса, волю. Эльф не торопился. Позволил себе рассмотреть жертву. Сколько уже их таких было? Аберовен, людей... всяких. Но в этом ощущалось что-то эдакое, пока еще неясное. И внешность... Было в его внешности нечто сродни красоте эльфов. Такое нечасто встречается среди людей. Слишком правильные, слегка вытянутые черты, глаза чистого голубого цвета, но вот рост, пропорции фигуры и светло-русый цвет волос говорили о явном преобладании человеческой крови.
Тьма внутри эльфа всколыхнулась, потянулась, налилась желанием исковеркать, изломать такое юное и нежное тело. Нарис сдвинул брови, усилием воли заставляя богиню замолчать. Вино притупляло ее влияние, давая Нарису возможность ощутить некое подобие свободы, но не до конца. Время жертвы было близко. Время платить по счетам.
Румил открыл глаза и, увидев перед собой эльфа, чуть не выронил кувшин.
— Твое вино, господин… — голос невольно дрогнул, как хвост виноватого щенка.
Нарис ухмыльнулся. Сквозь распахнутую рубаху из тончайшей шерсти проглядывала бледная кожа. Такой кожи не могло быть у эльфов Южного материка. Впрочем, Румил ничего такого не знал. Он во все глаза уставился на беловолосого, со страхом гадая, что же эльф сейчас с ним сотворит. Тот неторопливо надвигался прямо на мальчишку и, казалось, будто живая тьма клубится за спиной Нариса.
— Пьешь вино, которое предназначалось мне... Каков наглец, — эльф медленно приближался к жертве, губы кривились в ухмылке, дополнявшей и без того зловещее впечатление. Румилу показалось, что в комнате потемнело.
Раб сполз со стула, в испуге пятясь к окну. Он отступал от беловолосого, не смея оглянуться.
— Я... хотел попробовать... вдруг кислое, — сбивчиво объяснил мальчишка, глядя на Нариса расширившимися глазами цвета неба в ясную погоду.
— Понравилось вино? — участливо осведомился Нарис, тесня его к углу комнаты.
— Да. Хорошее вино, господин. Попробуйте сами, — быстрый взгляд через плечо — он почти загнан в угол. — Я пойду, не смею мешать...
Румил резво шмыгнул прочь, юркнув вбок, мимо эльфа.
Нарис молниеносно перехватил его за волосы и резко дернул на себя, опрокидывая на пол.
Румил охнул и, беспомощно взмахнув руками, рухнул назад. Удар вышиб из груди весь воздух, он не успел сгруппироваться и грянулся о пол всей спиной.
— Куда собрался? Тебя сюда не для того прислали, — эльф возвышался над ним, разглядывая своими темно-фиолетовыми миндалевидными глазами.
— Ах... с-с-с... — Румил зажмурился, лицо скривилось. — Бо-ольно!
Эльф молча разглядывал раба, не давая тьме внутри решить за себя. Тиаматис хотела крови. Хотела ощутить, как будет лопаться кожа и хрустеть ребра. А Нарис хотел игры, прелюдии перед кровавой оргией, в которую превращалось любое жертвоприношение. Нет, из этого раба он прежде высвободит все эманации, и лишь потом подарит его жизнь богине.
— Поднимайся, пока я не разозлился, — спокойно и твердо приказал эльф, но это спокойствие хлестнуло ударом бича по обнаженной спине.
Выполнить требование беловолосого оказалось нелегко. Отбитая спина занемела. Румил со стоном сел и упрямо закусил губу, чтобы не заскулить. Потом все же поднялся, постаравшись оказаться хотя бы в паре шагов от эльфа. Он лихорадочно соображал, как бы убраться отсюда поскорее. В дверь или через окно — неважно. И будь, что будет потом. Но сейчас прочь отсюда.
— Подойди ко мне, — ровно приказал эльф. Таким спокойным кажется омут перед тем, как принять свою жертву в прохладные объятия.
Он прекрасно понимал, что испытывает мальчишка. Строптивый. Сопротивление придавало жертвоприношению приятный привкус. Наверно, мальчишка недавно стал рабом — как правило, ему подобные забиты настолько, что, даже протестуя, лишь скулят и делают то, что им приказывают.
Румил смерил эльфа взглядом. Напряжение и страх висели между ними, как полупрозрачный занавес.
— Да, господин, — раб постарался придать голосу больше покорности, а потом дернулся прочь, к ближайшему выходу отсюда — окну. Сердце грохотало в груди, он понимал, что это последний шанс, и вложил в рывок всю стремительность. Окно казалось таким близким... Вот сейчас... сейчас... Но неожиданно мальчишку припечатало к подоконнику. Эльф ждал этого броска и, заранее предчувствуя увлекательную охоту, дал жертве возможность совершить отчаянный рывок. Румил не мог вздохнуть и ничего не видел, вдавленный в подоконник сильным телом эльфа. Нарис нащупал руку мальчишки и заломил ее, приподнявшись. В этой хватке Румилу оставалось только трепыхаться пойманной птицей. Все его чувства, весь его небольшой опыт говорили, что эльф смертельно опасен, и дело было даже не в прихотях беловолосого, а скорее в темном облаке силы, что его окружало.
— Не надо. Пусти меня, я не хочу. Пусти, пожалуйста! — заныл мальчишка, но эльф не слушал его и не посчитал нужным ответить. Придерживая за руку и забрав в кулак горсть волос, Нарис почти волоком протащил его по полу и швырнул на непокрытые доски. Неожиданно Румил почувствовал дурноту и обмяк, перестав сопротивляться. Видение или воспоминание о чем-то похожем — гадком и отвратительном — внезапно всплыло в памяти. Эта перемена не ускользнула от внимания Нариса. Он воспользовался паузой, применив собственный пояс, чтобы стянуть его руки.
Побледневшее почти до синевы лицо и зеркальный блеск глаз показывали, что раб вполне мог в любой момент лишиться чувств. В таком состоянии с ним вряд ли можно было по-настоящему повеселиться. Нет уж, в его планы входило продержать в состоянии как можно дольше.
Румил сглотнул подступившую желчь.
— Ненавижу эльфов. Меня от них тошнит, — и он чуть сжался и замер, ожидая удара.
— Сегодня ты откроешь новые грани ненависти, — ухмыльнулся беловолосый, с радостью понимая, что его добыча еще может побарахтаться. Нарис добрался до ножа, который пришлось снять с пояса. Вытащил лезвие из ножен, полюбовался бликами света на лезвии.
— Не смей, — буркнул Румил, пытаясь тянуть время. Он отчаянно храбрился, но при мысли о том, что с ним сделают, его бросало в холод.
Нарис ударил, будто отмахнулся от насекомого. Щека тут же расцвела алым. Голова мотнулась от удара, Румил прижал ладонь к ушибу и зло посмотрел на эльфа.
Нарис ухмыльнулся еще шире. Он любил укрощать упрямых зверенышей. Из таких норовистых со временем получался отличный товар. Ломать он умел, как никто другой. Но резать этого человека на полу будет неудобно. И надо было позаботиться о веревках, но он не успел. А жаль.
Завидев нож, парень отчаянно забарахтался, забился, пытаясь побольнее стукнуть своего обидчика, и даже преуспел. Удар пришелся на твердый пресс. Беловолосый лишь слегка покачнулся. Но потом поднялся на ноги и, вздернув его за волосы, потащил к столу. Одним махом скинув и поднос, и кувшин, и скатерть со столешницы Нарис бросил мальчишку туда, где только что стояло вино. Пленник охнул от боли. Вяло затрепыхался.
— Отстань от меня! — Румил изо всех сил дернулся в сторону, пытаясь скатиться со стола, но Нарис не допустил этого. Дернул на себя, а затем отвесил звучную пощечину. Только что парень готов был упасть в обморок, но злость привела его в себя. Надо было что-то делать, а то этот живчик ни за что не будет покорно терпеть. Решив взять паузу, эльф резким ударом в висок вырубил его. Проверив, не умер ли раб, и, убедившись, что мальчишка все еще дышит, эльф деловито принялся связывать его, пустив в ход и пояс, и кнут. Надежно примотав конечности раба к ножкам стола, он отошел, любуясь распластанным на древесном алтаре теле. Вот так. Теперь пора привести его в себя. В ход пошли остатки вина, которые не успели вылиться из кувшина. Румил застонал.
С чего бы начать? Эльф задумался. Богиня потянулась навстречу желанной жертве через своего беловолосого носителя. Дрожь удовольствия прошла по телу Нариса – была ли она чужой или его собственной, пожалуй, эльф не мог бы различить. Слишком много лет прошло. Иногда ему начинало казаться, что теперь они с Тиаматис стали едиными, как к тому и располагала судьба. И Нарис разозлился. Снова взял наизготовку нож и принялся за работу. Осторожно срезал с пленника рубаху, наблюдая, как тот слабо и бессильно дергается, когда холодное лезвие ножа касается кожи. Затем эльф сделал первые надрезы, и, когда показалась кровь, раб лишь кровь, раб лишь глухо застонал. Беловолосый выводил клинком тонко, фигурно. Струйки крови побежали по груди вниз, забираясь под спину, пачкая столешницу. В воздухе запахло теплым металлом. Нарис втянул этот запах всеми легкими. Только потом поддел клинком надрезанную кожу, ловко потянул, снимая верхний слой. Вот тут парень не выдержал и заорал отчаянно и во все горло. Эманация чужой боли хлынула, отдаваясь в каждой клетке темным ни с чем несравнимым удовольствием. И эльф резал. На груди, на бедре, на остром плече, впитывая каждой клеткой вопли и страдания пленника. Кровь уже хлюпала под спиной парня, капала редкими каплями на пол.
Эльф знал многое. В том числе и то, как можно продлить агонию живого существа до самого апогея, когда вся жизнь жертвы через сердце перейдет к Тиаматис.
Что произошло потом, Румил почти не помнил. Его разум помутился от боли и отвращения. Просьбы о снисхождении застревали в горле, мешая дышать. Голова внезапно стала очень легкой, и сознание покинуло его, оставив на расправу беловолосому лишь тело.
Неожиданные вспышки непрошеных воспоминаний проникли в его спасительное забвение, подменяя ту боль и ужас, которые испытывало его тело в тот миг...
«...Румил погрузился в яркий день, где не было места страху. Серебро ленивой речки приятно холодило кожу, а белый песок отмели обещал не менее приятную негу. Воздух здесь был гораздо прохладнее, чем в каменных пыльных комнатах дворца, откуда он удрал час назад.
Выбравшись на берег, он повалился на песок и замер, ощущая сонливость. Однако отдохнуть не удалось. Конь, щипавший неподалеку траву, поднял голову и, повернувшись к роще, заржал. Ему ответил еще один. Вскоре показался и сам всадник. Губы шевелятся, он говорил что-то... Слов не было.
Румил так и не понял, когда и почему успел оказаться снова в воде. Приезжий был зол и крайне жесток. Вода бурлила вокруг, руки бессильно искали опоры. Наставник удерживал его в воде, железные пальцы вцепились в волосы. Крики о помощи бесполезно расходовали воздух, которого становилось все меньше и меньше. Прохлада не радовала, а река теперь убивала...»
Румил не понимал, от чего он задыхается и кричит — от той ли боли, которую причинял ему беловолосый эльф, или же от того, во что превратилось его блаженное воспоминание... Но перед внутренним взором все еще стояло лицо взбешенного наставника...
«Рука противника разжалась, его, словно снулую рыбу, поволокли на берег и бросили на мелководье...»
Когда нож беловолосого воткнулся в фалангу мизинца, прямо в сочленение сустава, перед глазами Румила вдруг вспыхнули белые пятна. Парень заорал: от боли, отчаяния, беспомощности. Откуда-то из глубины, из самого центра его существа вдруг хлынула сила. Она выплеснулась наружу, заструилась через поры каждой клетки его тела. Голубые глаза распахнулись, спина Румила выгнулась дугой.
И Нарис вскрикнул. Этот вскрик сам вырвался из горла – непрошенный, непредсказуемый. А потом эльф неверяще вздохнул. Еще раз, глубже. Как будто оковы, доселе сжимавшие его грудь, вдруг лопнули. Богиня отступила. Оставила его. И это был такой звенящий покой. Такая неожиданная легкость. Такая полузабытая свобода. Эльф перевел взгляд на распростертое на столе тело.
Румил не шевелился. Боль физическая не могла пересилить боль душевную, удушающим туманом сковавшую грудь. Воспоминание о пережитых пытках жгло раскаленной кочергой, вызывая молчаливые слезы бессилия. Он привык к побоям и знал, что является для своих хозяев лишь разумной скотиной. Но никто до сего дня не унижал Румила настолько сильно и настолько ощутимо. Никакие побои не могли заставить Румила признать себя рабом. А теперь... Как будто кто-то вытер грязные ноги о его душу. Отвращение и жалость к себе разрывали Румила на части. Невозможность защититься, неотвратимость. И это ужасающее выражение наслаждения на лице эльфа.
- Кто ты такой? – голос Нариса, лишенный силы богини, был слишком ровным и каким-то мертвым.
- Отстань, - сквозь зубы проговорил раб.
- Говори, если хочешь жить, - проговорил эльф.
- А если нет, то что? – с вызовом откликнулся Румил.
- То твоя смерть будет медленной и такой мучительной, что предыдущие пытки покажутся детской забавой, - сообщил ему Нарис.
И мальчишка поверил. Он увидел в этом эльфе то, что делало беловолосого по-настоящему страшным. Нарис всегда держал свое слово. Вне зависимости от цены.
- Я... я не знаю. Не помню! Ничего не знаю... – внезапно зло всхлипнул Румил. Слезы сами потекли из уголков глаз вниз, по вискам, намочив волосы.
Эльф помедлил пару мгновений. Как интересно. Этот парнишка владеет странными способностями. В мгновение ока у него получилось утихомирить Тиаматис. Как? И кто он вообще такой? Что он делает в рабах у здешнего тавернщика? Приняв решение, эльф распутал ремень на запястьях и связывавший ноги кнут на ногах парнишки.
Мальчишка свернулся калачиком, показав эльфу спину, покрытую множеством подживающих рубцов от последней порки, под лопаткой виднелся страшный наливающийся синяк от сегодняшнего падения. Нарис нахмурился. Ну да ничего. Этот раб пока нужен был ему целым. Стоит позаботиться о его ранах. Нарис провел вокруг синяка кончиками пальцев... Заживет. Парень вздрогнул и сжался в комок сильнее.
Эльф не стал препятствовать. Отошел, чтобы достать из своей седельной сумки мазь и перевязку, краем глаза контролируя, чтобы раб не совершал лишних движений. Но тот затих. Может, опять лишился чувств. Но это даже хорошо. Легче будет врачевать.
Нарис снова вернулся к своей недавней жертве и принялся обрабатывать раны мальчишки. Тот морщился, шипел, дергался, но терпел, пока эльф бинтовал участки снятой кожи и поврежденный палец. Остальные, более старые раны Нарис лишь обработал целебной мазью.
«Боль скоро утихнет, а эта седая мразь отстанет от меня, — уговаривал себя раб. — Сейчас я встану и уйду вниз. Там на сеновале пережду ночь. А утром удеру. Как-нибудь... как угодно... Не хочу, чтобы такое повторялось. Уведу лошадь и уеду, куда глаза глядят...»
- Ты останешься ночевать здесь. А завтра отправишься со мной, - спокойно сообщил ему беловолосый.
— Лучше убей, — раб смотрел упрямо. — Я буду мешать тебе спать!
Нарис пожал плечами.
— Тогда я тебя изобью, возможно, даже что-то сломаю. Устраивает? — эльф скинул расшнурованную рубаху с плеч.
— Ненавижу тебя! — губы кривились, он отвернулся, потревожив больную спину и зашипев от боли. — Ненавижу...
Но остаться калекой Румил не желал, а потому затих. Нарис подумал, что парню нельзя давать возможности ускользнуть. Возможно, сила, которая заключена в этом человеческом теле – его шанс на свободу. Если он мальчишку свяжет, то к утру у раба отнимутся руки. А он нужен целым. По крайней мере, пока. Отдых Нарису тоже нужен. Хотя бы те самые оставшиеся четыре часа. Ведь богиня ушла, так что выносливость заимствовать неоткуда.
- Полезай в кровать, - беловолосый указал в нужную сторону.
- Оставь меня в покое! Мало тебе издевательств! – парень подскочил как ужаленный.
- Мало. Ведь именно за этим тебя сюда прислали, - ухмыльнулся эльф.
- Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! – прошипел строптивый щенок.
- Мне сломать тебе конечности и уложить? – ухмыльнулся темный.
Парень, ругаясь сквозь зубы, все же послушно поплелся к очередному месту наказания. Забрался под одеяло и вжался в стену.
Нарис лег рядом, обнял, прикасаясь прохладной кожей к разгоряченной спине юноши. Раб вздрогнул и попытался отодвинуться.
— Не трогай меня... — в голосе юноши было тихое отчаяние. Румил напряженно застыл, ожидая взрыва.
Но ему не ответили. Почти сразу обнимавшая его рука слегка расслабилась. Эльф любил комфорт, и иметь подле себя такое уютное и теплое, пусть и напряженное тело было приятно. Усталость взяла свое. Нарис зевнул. Через пару минут он провалился в черноту сна.
Попытка выползти из объятий не увенчалась успехом. Едва раб двинулся, как расслабленные мышцы лежавшей сверху руки снова обрели твердость, прижимая к кровати. Пришлось замереть. Решив попробовать чуть позже, Румил полежал еще немного и не заметил, как его сморил сон.
Наверх
« Последняя редакция: Август 4, 2014 :: 12:12am от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
Лили
Аниматор
***
Вне Форума


Я люблю этот Форум!

Сообщений: 427
Пол: female
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #3 - Апрель 27, 2007 :: 11:12pm
 
Мдя, очень жесткий старт Ужас
значит новое произведение, Мастер?
Спасибо Улыбка
Наверх
 
 
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #4 - Апрель 28, 2007 :: 9:16am
 
Да, этот роман - мое первое более-менее серьезное произведение. Улыбка Но остальное то, что я делал, не отменяется. Возможно, скоро будет выставляться еще один очень интересный проект (правда не в этом разделе). Подмигивание
Мне нравится, что из этого выходит, а еще вяло (но все же) идет перевод Нарцисса и написание продолжения в Путь огня. Улыбка Работа кипит и пенится. Улыбка
Наверх
« Последняя редакция: Август 4, 2014 :: 12:17am от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
Ilse
Обращенный
**
Вне Форума


The game begins. A pawn
is moved.

Сообщений: 141
Байконур
Пол: female
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #5 - Апрель 28, 2007 :: 12:09pm
 
Ужасно, просто ужасно. Это ведь только первая глава, то есть еще ... много часов придется провести кусая ногти по локоть, в ожидании продолжения. Мастер опять написал хорошее, но не оконченное, а всем остальным мучаться. А ведь будем. Я буду 100%.  УлыбкаС ежедневной проверкой форума и днева. Данная глава давно распечатана и лежит на столике возле кровати, для хороших и красочных сновидений. ВСЕ.  Подмигивание
Наверх
 

they say the vengeance has bitter-sweet taste, but I find it on my liking
465865555  
IP записан
 
Jess
Мегамодератор
*****
Вне Форума


Не слушай слова, слушай
безмолвие

Сообщений: 1134
Подмосковье
Пол: female
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #6 - Апрель 28, 2007 :: 2:23pm
 
Хорошо Улыбка Намного улучшилось по сравнению с первым вариантом.
Спасибо! Улыбка
Наверх
 

Если вы обнаружили, что не так умны сегодня, как вам казалось вчера, значит, сегодня вы стали мудрее
293520794  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #7 - Апрель 28, 2007 :: 2:27pm
 
Глава 2.

Луч солнца проник сквозь прореху в белых льняных занавесках. Мальчишка зажмурился, протер глаза и вдруг резко поднял голову от подушки. С пробуждением вернулись воспоминания, горечь нахлынула удушающей болезненной волной. Румил прикусил губу, мельком глянул на эльфа, сглотнул подступивший к горлу ком. Бежать... куда угодно отсюда... Ни тяжелая рука, придавливающая его к постели, ни боль во всем теле не могли остановить раба в тот момент. Но стоило ему дернуться прочь, как удавы-мышцы напряглись, прижимая его теснее. Нарис проснулся.
— Куда? — проворчал он.
— Отстань! — пронзительным шепотом сообщил Румил. — Я должен идти. Пусти меня! — он затрепыхался, как пойманная бабочка в сачке.
Вдруг снаружи послышался резкий скрип закрывающихся ворот. Заржали лошади, сквозь шум донеслись голоса, полные угрозы. Затем раздались слезливые причитания хозяина таверны. Спустя всего пару минут громкое цоканье копыт возвестило о приближении целого отряда, ворота сотрясли удары, слышались выкрики с требованиями открыть людям лорда Бельверка, градоправителя Эркарда. Дрожащий голос хозяина с заминкой ответил, что отопрет ворота не раньше, чем ему докажут, что стоящий перед воротами отряд — люди барона. Нарис поднялся с постели, подошел к окну и мельком глянул на улицу.
Топот на лестнице и деликатные, но уверенные удары в дверь заставили раба вздрогнуть.
Эльф моментально оказался рядом со своим оружием.
— Мой Лорд! Откройте!
— Иди. Открой, — велел он мальчишке, вынимая меч из ножен.
Румил охотно выполнил приказ, по пути подтягивая и поправляя свою одежу.
На пороге показался слегка запыхавшийся Морьо, один из младших лейтенантов в отряде. Он не стал проходить, только отыскал глазами Нариса.
— У нас гости! Что будем делать, мой Лорд? — проговорил он после короткой паузы. Не смея видеть наготу своего Князя, он уткнулся взглядом в пол.
— Кто и сколько? — беловолосый отставил меч и поспешно натянул рубаху. Медлить было нельзя. Почему никто не разбудил его?.. Мысленно он сделал себе заметку задать этот вопрос Ар’Эстелю.
Румил отошел вглубь комнаты. Он прислушивался к разговору, мысленно радуясь тому, что у эльфов скоро будут неприятности.
— Около тридцати стражников городского гарнизона. Ар’Эстель предположил, что нас пытаются задержать. Бельверк выслуживается перед Къяре, — остроухий мельком глянул на юношу и вернулся к своему командиру, уже не опуская глаз: Нарис успел одеться и застегивал куртку. — Уйти тихо не получится. Мы заметили их в начале улицы и успели запереть ворота.
Нарис кивнул. Тридцать человек охраны города никогда не отважились бы выступить против почти двух десятков темных эльфов, не считая прибывших с ними людей. Если только… в их задачу не входит задержать его отряд в городе.
Крупный землевладелец Къяре, сам себя назвавший Герцогом, собравший под свою руку всех вольных баронов близлежащих земель, уже который год старался поймать «Караван Плача». Пара сотен наемников, нанятых на деньги напуганных купцов, преследовала караван беловолосого эльфа по прозвищу Ангмортский волк, пытаясь прижать то тут, то там.
Не желая терпеть убытки, Нарис принял решение расстаться с караваном и на время отделиться от основного обоза. В планах эльфа было зайти с тыла увлекшимся погоней наемникам и нанести сокрушительный удар. Но все пошло наперекосяк. Къяре готов был платить лишь за головы эльфов и особенно Ангмортского волка. Так что брошенные Герцогом силы развернулись и бросились в погоню за эльфами-северянами, лишь полсотни всадников отправились встречать караван там, где старый тракт соединялся с новым, а остальные вознамерились отрезать Волку путь к возвращению. Получив весточку от охраны, оставшейся при обозе, Нарис срочно пересмотрел свои планы. Он отослал людей Метоса, чтобы те ударили с тыла по присланным Къяре головорезам. Ангмортцу удалось хорошенько потрепать наемников и рассеять погоню. Немного не додавили. Слишком большое преимущество в силе было у людей. Так что Нарис решил перегруппироваться и совершить еще один маневр. Но и тут их опередили.
— Это люди Къяре, — заключил беловолосый, рассеяно следуя взглядом за рабом. — Объяви сбор. Будем прорываться к воротам. Передай Фейле и его отряду, чтобы пробирались по крышам к подъемнику и сняли часовых. Выгоните во двор всю имеющуюся скотину и сменных лошадей.
— Да, Князь, — эльф коротко кивнул и, прикрыв дверь, исчез в коридоре.
Мальчишка хмурился. Синяки от охоты и вчерашних развлечений не сделали его послушнее. Встретившись взглядом с беловолосым, он закусил губу, «одаривая» взглядом, исполненным ненависти. Подхватив вещи, гордец попытался улизнуть.
— Выйдешь без моего разрешения — умрешь.
Застегнув дубленую куртку, укрепленную стальными бляхами, эльф пристегнул к поясу длинный, чуть изогнутый тонкий меч, который темные эльфы называли phaarmeer-um-reisen(1), а люди -  гросс-мессер,  и в пару к нему короткий клинок, носящий на Южном материке прозвище «кошкодер»(2).
— Почему? — Румил остановился, положив руку на дверную ручку, и зло оглянулся. — С чего это мне нужно твое разрешение?
— Назад, — Нарис многозначительно взвесил на ладони кинжал.
Румил не решился испытывать терпение эльфа, хотя из упрямства продолжал стоять неподалеку от выхода. Ругань за окном, выходившим во внутренний двор, уже прекратилась. Не дождавшись подчинения, городская стража ломала ворота. Слышалась брань людей, негромкие переговоры эльфов и рев встревоженного скота.
Нарис подошел к окну и глянул вниз. Услышав скрип отворяемой двери, обернулся.
— Подойди, раб, — приказал он.
— Зачем? — Румил уже потянул на себя дверь. — Что еще ты хочешь от меня? Я ухожу.
— Стоять! — эльф вдруг оказался рядом и сгреб юношу в охапку.
— Эй! — Румил опешил. — Зачем!? Я никуда не пойду с тобой!
Нарис, проигнорировав его, вскочил на подоконник и снова посмотрел вниз.
— Аргайл, лови мальчишку, — и швырнул раба вниз.
— А-а-а! — от страха у Румила перехватило дыхание, но чьи-то сильные руки ловко подхватили его.
Убедившись, что мальчишка приземлился, Нарис мягко спрыгнул следом.
Отряд поспешно седлал коней. Хозяин харчевни лежал лицом вниз в луже крови, и некому было помешать «гостям» увести всех лошадей и быков, которых перед воротами придерживали несколько эльфов.
Нарис вздернул свою добычу за шкирку, укладывая поперек седла. Крикнув: «По коням! Открывай!», - он выхватил меч и подал знак своим людям у ворот. Наемники налегли на засов, послышалась команда Ар’Эстеля: «Отпускай!», - и эльфы ударами мечей погнали скот в ворота на вооруженных людей, поджидавших отряд перед харчевней. Обезумевшая от страха и боли скотина бросилась вперед, поднимая пыль и сметая людей.
— Ай! — Румил едва не кувыркнулся вниз головой. — Посади меня нормально! Буду! Буду я держаться!
Нарис перехватил его за ворот, швырнул себе за спину, посылая коня в галоп. Отряд поскакал по пустым сонным улицам к темнеющим впереди башням Северных ворот. Редкие прохожие шарахались прочь, вжимаясь в стены. Вороной переднего всадника опрокинул оставшуюся на дороге тележку едва успевшего отскочить молочника. Тот с ужасом наблюдал, как разлетелись вдребезги глиняные кувшины, и по растекшейся молочной луже проскакали все остальные.
Румил цеплялся за беловолосого. Вертеть головой, когда под тобой ходуном ходит жесткий круп, было почти невозможно. Дома пролетали мимо, цокот копыт, многократно отражаясь от стен, бил по ушам. Румил подумал, что эльфов сейчас зажмут в клещи между запертым выходом из города и отрядом стражи. И все, конец всем. В том числе и мальчишке, который оказался тут далеко не по своей воле.
Однако выросшие впереди ворота были распахнуты, и подъемная решетка со скрежетом уходила вверх. Конники подлетели к выходу, из караулки навстречу им выбежали воины Фейле. Они стремительно повскакали в седла и влились в ряды эльфов. Замыкали бегство наемники.
Раб все оглядывался, хотя и не мог увидеть, что происходит на дороге. Беловолосый скакал первым, за ним, заняв всю дорогу, следовали воины. Кони шли мощным галопом, и не вызывало сомнения, что привычные к долгой скачке звери способны выдерживать такой темп гораздо дольше городских лошадок.
Всадники не сбавляли хода. Болтаясь позади Нариса, Румил пытался запоминать дорогу, но при таком галопе все, что он успевал увидеть, — несущиеся мимо бескрайние просторы лугов. От единственного знакомого места — харчевни, его увозили все дальше и дальше. Его прежний хозяин был мертв, а эльф, видимо, полагал, что может полноправно распоряжаться украденным рабом. Мальчишка совсем сник. Свобода, которую он жаждал получить, пришла с неожиданной стороны и совсем не так, как ему мечталось. Сбежать от безумного эльфа будет едва ли проще, но вне городских стен может представиться не одна возможность. Не будет же беловолосый связывать его каждую ночь? Прикинуться покорным, усыпить бдительность «хозяина» и удрать под покровом темноты.
Несмотря на предстоящие трудности, Румил мысленно возликовал. Он избавится от постылых хозяев и сможет жить так, как ему вздумается. Но сначала надо сбежать…
Взгляд оторвался от спины эльфа. Раскинувшиеся вокруг поля поражали своей ширью. Привыкнув к тесноте двора, Румил не мог сейчас сдержать изумленного восклицания, когда ему открылось, каким огромным может быть мир. Свежий воздух без примеси городской вони кружил голову. Мимо пролетали пригородные домики, разноцветные поля сменяли друг друга, мелькали луга с пасущимся скотом. Румил с неподдельным интересом наблюдал за менявшимся пейзажем, разнообразие впечатлений скрадывало холодок, который возникал у него при взгляде на фигуру «нового хозяина».

***

Лошадям позволили сбавить ход, когда стало ясно, что погоня безнадежно отстала. К тому времени отряд миновал не меньше двадцати пяти верст. Румил, утомленный скачкой, угрюмо цеплялся за эльфа, мечтая об остановке. Жесткий круп жеребца отбил всю охоту к продолжению путешествия, но его мнения никто не спрашивал.
К сумеркам отряд, наконец, подъехал к лесу. Здесь неподалеку начинался старый тракт, по которому следовал оставленный ими караван.
Лейтенанты съехались к Нарису, чтобы решить, продолжать ли путь. Капитана людей Метоса, собравшегося было присоединиться к эльфам, окликнул один из его подчиненных.
— У нас лошади устали. Того гляди загоним, — Керз кивнул в сторону эльфов. — Этим-то что. Они еще столько же проскачут. Надо бы сказать беловолосому.
Нарис сверился с картой, выслушал донесение следопытов. Караван проходил здесь два дня назад. Следов больших отрядов, следовавших за ним, воины не обнаружили. Герцог оставил на потом эту «мелочь», рассчитывая поймать отряд в одном из городов, куда, так или иначе, приедут вымотанные эльфы, и просчитался.
Нарис раздал указания, распределяя, кто будет дежурить в эту ночь, и отправил дозорных поискать место для ночлега и обследовать окрестности.
День постепенно гас, садящееся солнце с трудом находило путь к земле сквозь густую щетку леса. Воздух становился прохладнее, а на небе уже выглянуло второе око Судьи — волк-луна.
Воспользовавшись занятостью эльфа, Румил расцепил усталые руки и сполз с коня вниз. Ноги гудели, поясница, и все, что пониже спины, отзывалось болью на непривычный способ передвижения. Сойдя с дороги, Румил присел на старый пень с краю, отдыхая.
— Хм, собрался остаться здесь?.. — язвительно поинтересовался беловолосый.
— А что, можно? — буркнул под нос мальчишка. В лесу он не бывал.
Нарис прищурился, разглядывая мальчишку. Пусть этот мальчишка - раб, но он не сломлен, и явно не желает мириться с обстоятельствами. Даже сейчас во взгляде читалось бунтарство. Что же за сила таилась в этом худом и грязном теле? Волк все еще не мог понять, каким образом удалось этому человеку усмирить саму Тиаматис. Вчерашний неожиданный всплеск силы... и свобода, как будто гора, давившая на эльфа все это время, вдруг покинула многострадальные плечи. И до сих пор не вернулась.
— Эй, мальчишка, умереть захотел? — Ар’Эстель, гарцевавший на коне неподалеку от Нариса, подъехал к поднявшемуся на ноги, ворчащему себе под нос рабу, тесня ближе к Лорду. — Как ты смеешь дерзить?
— Как? Я разве что-то сказал? — Румил замолк. У эльфов, определенно, слишком острый слух. — Я так… просто.…Ну, я пошел?
На опушке возник темный силуэт одного из пятерки разведчиков Морьо. Остановившись перед своим Лордом, темноволосый эльф коротко поклонился и доложил:
— Ар’Нарис, неподалеку есть подходящая поляна. Место удобное и хорошо просматриваемое, — разведчик осекся, осознав, что оговорился, произнося имя лорда. Тот приказывал называть себя просто Нарис, не акцентируя внимание на происхождении. Готовясь к вспышке гнева, разведчик склонился ещё ниже.
Нарис ухмыльнулся и промолчал. Этот раб, конечно же, не всерьез полагал, что выживет один в лесу без еды, воды и хотя бы какого-то оружия. И эта ершистость внезапно позабавила его.
— Иди сюда, раб. Со мной поедешь. И отряхнись получше, — он кивком отослал своего адъютанта. — Морьо, покажи Ар`Эстелю место привала.
Согласно кивнув, лейтенант скомандовал сбор. Слаженный небольшой отряд эльфов беспрекословно подчинился, и со стороны казалось, что каждый из них понимает другого без слов. Наемникам же понадобилось время. Молодые воины, набранные недавно, еще не успели проникнуться железной дисциплиной, усматривая в скупых командах эльфов какие-то оскорбительные намеки.
— Румил. Меня зовут Румил, — раб оглядел себя и без нужды принялся отряхиваться, прикидывая расстояние между собой и деревьями.
— Не вздумай даже пробовать, — тихо предупредил Нарис. — Полезай в седло, — приказал он.
— Хм... — Румил задрал голову, — ты мне не хозяин.
— Ошибаешься. Теперь я твой хозяин, — он подъехал ближе и повернул коня боком. — Полезай, а то поедешь поперек седла.
— Нет, — Румил нырнул под брюхо вороного и рванулся в лес со всех ног, стараясь держаться так, чтобы плотно растущие деревья мешали погоне.
Несколько эльфов из отряда устремились было следом, но Нарис жестом остановил их. Он стремительно соскользнул с коня и бросился за убегающим рабом. Пожалуй, такая погоня его развлекала.
Кусты царапались и мешали мальчишке бежать. Затекшие конечности давали о себе знать, но раб вкладывал все свои силы, чтобы уйти от преследователя. Нарис быстро сокращал разрыв, привычно уворачиваясь от веток и ловко огибая камни и пни.
Румил несся вперед, не оглядываясь. Знания о том, что следует делать, всплывали откуда-то из глубины сознания. Не воспоминания даже, а память тела из его забытого прошлого направляла его. Главное — не останавливаться. Босые ноги стремительно несли его прочь по плотному ковру листьев и травы. Теперь он выбирал места почище.
Но эльф был быстрее и выносливее. Он несся, как будто на пути не было препятствий. Нарис видел цель и гнался за ней с целеустремленностью волка, загонявшего свою добычу.
Раб несся все быстрее, в ушах свистел ветер, а дыхание рвало легкие, однако он вряд ли мог долго выдержать тот темп, в котором пытался уйти от погони.
Заметив, как откуда-то из-под поваленного бревна выскочил заяц и устремился прочь, парень неожиданно свернул в сторону, стремясь к лежащему дереву, точнее, к норе под ним. Нарис скользнул ему наперерез. Румил опустился на четвереньки и юркнул в нору. Эльф кинулся следом, успел поймать мальчишку за ногу и дернул на себя. Румил цеплялся за землю и корни, пытаясь удержаться.
— Пус-ти меня, ты мне не хозя-ин! — зарычал он, извиваясь.
Эльф вытянул его наружу и, перехватив за запястья, вздернул верх.
— Отпусти! Немедленно! — Румил извивался, стараясь достать Нариса хотя бы ногой, понимая, что если и удастся пнуть его, то для эльфа этот удар будет не сильнее укуса комара.
«Убей его…» — это был не шепот, а мысль, почти материальная, заставившая тело Нариса заныть от желания пустить кровь, посмотреть, как лопается кожа жертвы, как полезут на свет внутренности. Хотелось рвать, терзать, колоть эту плоть. Хотелось крови и боли, почти нестерпимо. В груди разрасталось привычное чувство, на разум, который был не в силах сопротивляться, падала фиолетовая пелена ярости и жажды разрушения. Где же эта сила, что сумела сохранить жизнь этому рабу прошлой ночью?
Нарис выдохнул сквозь зубы. Нет. Мальчишка ценен. Теперь он принадлежит Ангмортскому волку и только ему, а не богине, что снова потекла по венам, стоило только опьянению погони ударить в голову. И, если он убьет его, то только ради своей прихоти, а вовсе не для Тиаматис. Эльф дернул его на себя, так что у мальчишки подкосились ноги и, завернув руку за спину, быстро нажал на сонную артерию, вырубая Румила. Когда тот обмяк, эльф выждал еще пару секунд и отпустил его. Сняв просторный черный плащ с плеч, завернул в него мальчишку, укутав с головы до ног. Так ему будет и тепло, и трепыхаться лишний раз не сможет. Нарис довольно хмыкнул и, закинув ношу на плечо, поспешил обратно к отряду, оставляя свою темную страсть, разбуженную погоней, неудовлетворенной.

***

Солнце едва позолотило горизонт, когда Ар`Эстель, согласно вчерашним распоряжениям, разбудил своего командира. Отряд должен был продолжить путь с рассветом, чтобы успеть нагнать ушедший вперед караван. Разбитая и заброшенная дорога, идущая от разрушенной цитадели аберовен(3), извивалась пьяной змеей, прекращая петлять лишь перед Паретом. В давние времена, когда эльфы двух материков вели кровавые войны, отстаивая правоту своих божеств, эту дорогу строили не ради торговли, а ради быстрого сообщения между замками. Нынче от тех крепостей мало что осталось, лишь остовы и поросшие плющом руины напоминали об эпохе Раздора. Парет, Каргорд, Мураст были одними из немногих уцелевших фортов, перекочевавших под власть людей. Пришедшие на смену эльфам человеческие властители переиначили карты земных владений, сменили названия и гербы и занялись более мирными делами. Разумеется, без войн не обходилось, но в большинстве своем, здесь не желали повторения войны Богинь. Нынешний Парет был пограничным городом между владениями герцога, вольными баронствами и землями горных кланов.
Нарис держался в стороне, наблюдая за процессом сбора и подгоняя лейтенантов язвительными замечаниями.
Возразить или огрызнуться никто не смел. Колкие насмешливые слова были гораздо безобиднее молчания беловолосого. Хорошее настроение не часто посещало их командира, а значит его «командные нежности» можно было потерпеть. Наемники помалкивали, хотя для новичков было в диковинку слушать вежливые гадости в свой адрес. Метос успел предупредить их, но слышать и видеть то, как твоих товарищей методично разбирают на несимпатичные «потроха», было непросто. 
Причина отличного расположения духа Нариса сидела позади эльфа. Хмурый мальчишка был не рад раннему подъему, отсутствию завтрака, хорошему настроению эльфа и всем неудобствам походной жизни в целом. 
- Не желает ли мой Лорд передать раба кому-то из наемников? – постоянно державшийся поблизости Ар`Эстель брезгливо осмотрел мальчишку. – Грязное животное может помешать в дороге.
Нарис перевел насмешливый взгляд на лейтенанта. 
- Нет. Но если ты настаиваешь, могу предложить тебе его вымыть. 
Тяжелый вздох и недовольная мина Ар`Эстеля в обычное время могли испортить беловолосому настроение, но сейчас только повеселили. Мальчишка сам был бы рад очутиться подальше от Нариса и, стараясь устроиться так, чтобы меньше соприкасаться со своим похитителем, ерзал на крупе лошади. 
Помятый, недовольный, растрепанный юноша был похож на выпавшего из гнезда птенца. Но при этом всеми силами пытался сохранить достоинство. Расчесавшись пятерней, раб заявил, что собирается умыться. Нарис сам отконвоировал чистюлю к роднику и смотрел, как тот, несмотря на холод, плещется в источнике. Наблюдая за ним, Нарис заново оценил свое приобретение. Здоровый, хотя и худой, раб-полукровка был не так прост. Красивая женщина могла привлечь внимание кого-то из аберовен, вряд ли кто-то из них польстился бы на рабыню. Ребенок, возможно,  стал нежеланным сюрпризом, и от мальчика избавились, сплавив его работорговцам. Однако в поведении полукровки было нечто, говорившее и о более интересном ходе событий.
Теперь же мальчишка сидел на коне прямо, как умелый наездник. Последствия ночи в трактире, вчерашняя скачка, попытка побега и ночевка на земле оставили свой след. Но раб не жаловался, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее и помалкивая. 
Нарис ухмыльнулся, вновь отметив сердитое выражение глаз мальчишки. 
- Неудобно? Может, сядешь передо мной? – его смеющийся взгляд, скользнув по лицу Румила, встретился с неодобрительным взглядом лейтенанта.
Эльф, спохватившись, почтительно поклонился Князю.
- Отряд готов к выезду. 
- Надо же... – Нарис обвел взглядом место стоянки, оценивая готовность. – Выдвигаемся. Фейле и его пятерка в авангарде, Метос с его отрядом в арьергарде...
- Да, мой Лорд, - Ар’Эстель поспешил донести его приказ до лейтенантов. 
Отряд бодрым аллюром преодолел светлый подлесок и вскоре выехал на тракт. Шестеро эльфов отделились от общей группы, привычно обгоняя основную массу и вырываясь вперед. Темные ветви расчерчивали небо на неравные цветные полосы, словно неведомый мастер, составляющий витраж из осколков стекла. То тут, то там алеющие облака составляли диковинные розетки. А блеклая, но не исчезнувшая луна призраком скользила следом, не желая прощаться с путниками. Несмотря на раннее утро на дороге виднелись свежие следы копыт. Всадник проскакал здесь больше двух часов назад в сторону побережья. Возможно, это курьер спешил довезти свое сообщение.
Нарис глянул через плечо на раба. Притихший мальчишка цеплялся за него, стараясь удержаться на лошади. Взгляд эльфа он проигнорировал. Закушенная губа и сосредоточенный вид плохо маскировали недовольство и испытываемый дискомфорт. Нарис хмыкнул и чуть сжал бока своего коня, Naahmor(4) перешел на рысь.
Герцог Къяре потратил немало золота, чтобы объединить под своей рукой здешних баронов. Междоусобная война  обходилась недешево, а полученной  добычей Къяре всегда щедро делился с союзниками. Исчерпав свои ресурсы, герцог приостановил движение на север и занялся укреплением своей власти в нынешних границах. Если караван не будет медлить, то через пять дней минует владения Къяре. А значит, окажется вне досягаемости герцога. Знакомые дельцы в Эрасте заберут товар и переправят рабов на Северный континент. Наемники получат свои деньги, а «Караван плача» просто исчезнет на несколько лет в неизвестном направлении.  К тому времени, когда Ангмортский Волк снова отправится за добычей, шумиха уляжется, а Къяре будет либо стар, либо мертв. Наследники, как обычно, раздробят земли или устроят войну за право обладать куском пожирнее, и все пойдет по старому.

Наверх
« Последняя редакция: Август 4, 2014 :: 12:19am от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
Anita
Мегамодератор
*****
Вне Форума


Мы солдаты, что стоят
насмерть.

Сообщений: 2213
Минск
Пол: female

Леди
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #8 - Май 2, 2007 :: 9:16pm
 
Так, сперва поцепляюсь к мелочам Улыбка К сожалению, высокий уровень текста этого требует - все должно соответствовать заявленному качеству Улыбка Поэтому лучше подправить мелочи сейчас  Подмигивание

Цитата:
Расторопные служаночки не поспевали бегать

служанки
я понимаю, что написано слово верно, но не в данном контексте - сейчас при прочтении очень режет глаз

Цитата:
тех, кто просил ее помощи, отторгли даже самых стойких

я бы советовала заменить слово "отторгли" на что-нибудь другое, более соответствующее (оно немного не вписывается). Например, оттолкнули.

Цитата:
остался погружен во власти злобной богини

либо  остался во власти злобной богини, либо  остался погружен во власть злобной богини (первый вариант наиболее верный, второй я бы не советовала выбирать)

Цитата:
мрачная известность темных эльфов говорила сама за себя

ничего не имею против, но как вариант слово "известность" можно заменить на "слава", что будет несколько более соответствовать контексту

Цитата:
Эти вели себя по-иному.

кто? замени "эти" на то, кого ты подразумеваешь - в следующем предложении снова идет местоимение вместо объяснения.

Цитата:
Похоже, юноша сомлел со страха и того гляди упадет в обморок.

Похоже замени на  Судя по всему или что-нибудь подобное - в предыдущем предложении уже было "похоже", повторение в глаза сильно бросается. И еще, не со страха, а от страха.

Теперь что касается самого текста и впечатлений от него Улыбка
Постоянно ловила себя на мысли, что писала бы практически так же  Класс Хороший текст, много речевых оборотов, как раз как мне нравится  Смех Начало интересное Улыбка Помню его совсем другим, еще в игровом варианте, совершенно неотшлифованным, а тут так отлично переделано Улыбка Так как я знаю сюжетную линию немного дальше, то мне трудновато оценивать оридж объективно. Но если в общих чертах, то мне очень нравится и я хочу продолжение  Язык

Наверх
 

Будь равнодушна к ядовитым стрелам,
Желанен гнева им, но страшен равнодушия оскал.
Спокойна будь, как море в штиль, покрой их снегом белым.
И ты увидишь, как опустят луки те, кто их послал. ©Raziel
WWW WWW Anita blake.anita 1182876308 329167763  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #9 - Май 2, 2007 :: 9:24pm
 
Ильзе, спасибо. Улыбка

Анита, спасибо за подмеченные ошибки. Улыбка Благо их уже гораздо меньше, чем могло бы быть. Улыбка Текст действительно стал намного лучше.
Наверх
 

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #10 - Май 3, 2007 :: 2:25pm
 
***

Через три часа отряд остановился, ожидая возвращения разведчиков. Просека впереди давала отличный обзор холмистой местности. Дальше дорога ползла вверх, взбиралась на холм и спускалась вниз к широкой реке. Лес загадочно и безмятежно шелестел листвой высоких крон, баюкая их в ладонях ветра. Нарис поднял голову, чуть щурясь от солнца. Фронт облачного воинства двигался за ними, пытаясь обогнать резвых всадников. Солнце то пропадало в сером брюхе наползавшего облака, то, пронзая сероватую поверхность яркими лучами, являлось вновь, торжествуя над мрачным противником. Нарис мысленно порадовался упорству светила. Тучи нескоро победят в этом споре, а если повезет, то начавшийся дождь застанет их уже на ночном привале. 
В прежние времена форта Карима не было на карте, а удобный брод через  мелкую в этом месте реку Кэсталь использовали лишь местные жители. Новая дорога превратила маленькую деревню Холмовье в форт, а через реку был налажен надежный мост, на котором могли свободно разъехаться две телеги. Форт обозначал конец владений герцога, а, значит, являлся последней преградой на пути отряда. 
Нарис разглядывал карту, мысленно прикидывая будущий маршрут. Следующий ход противника был совершенно очевиден. Переправа была самым удобным местом, где можно было прижать эльфов. Отряд наемников, подгоняющий сзади, хорошо вооруженная стража возле моста, и у Ангмортского Волка не останется ни единого шанса.
Разведчик принес неутешительные вести.
- В получасе пути отсюда укрепленный, почти достроенный форт и переправа. Вооруженной охраны - около двадцати человек, но, похоже, поблизости есть еще один отряд, – Фейле разглядывал землю под ногами, не поднимая глаз на Князя. Кроме разницы в происхождении и предписанного этикетом поведения, существовала еще одна причина, по которой большинство эльфов избегали смотреть в глаза отмеченного богиней. Сиреневая бездна словно высасывала силу и волю, проникая в мозг и расползаясь по телу, как отрава ядовитых пауков. – Едва ли мы сможем миновать их без боя.
Нарис хмуро кивнул, принимая доклад и отпуская подчиненного. Оставшись в одиночестве, он развернул коня, оценивая свой отряд. Один эльф стоил трех-четырех человек, а наемники могли принять на себя основной удар.
- Боя не будет, – Волк говорил тихо, но Ар`Эстель, находившийся рядом, ожидал его решения. – Съезжаем с дороги и двигаемся через холмы. Порядок прежний.
Шестерка авангарда первой свернула на просеку, а за ними последовали остальные. Мальчишка снова вцепился в Нариса, бурча что-то нелицеприятное в адрес неугомонных эльфов.
Просека вскоре окончилась. На вырубленном участке виднелась хижина лесорубов, которые поставляли бревна строящемуся форту. Отряд миновал ее и двинулся по лесу. Клодийские жеребцы - точеные, статные дети лугов, чувствовали себя неуютно среди деревьев. Передовые старательно выбирали путь, по которому сможет проехать всадник, ведь захромавшая лошадь могла замедлить отряд.
Через час всем пришлось спешиться, чтобы миновать широкий овраг, по дну которого струился один из многочисленных притоков Кэсталь. Начавшийся затем подъем еще больше сбавил скорость продвижения. Единственным, кто ехал верхом, был раб. Босой мальчишка не выдержал бы тот темп, в котором двигались остальные, и беловолосый оставил его в седле. Сам же Князь шел пешком наравне со всеми, ведя своего коня под уздцы.
Нарис снова сверился с картой, определяя местоположение отряда. Через пару верст река преградит им путь, но, если взять немного на северо-восток, можно переправиться вброд. Перевалив через холмы и миновав развалины Расура, они смогут проселочными дорогами снова выбраться на старый тракт.

***

Привал на отдых Нарис объявил после полудня, когда отряд миновал первую из обозначенных на карте деревень, выбрав продуваемое место на холме, откуда можно было видеть все окрестности. Несмотря на облачность, день был теплый, если не сказать, жаркий. Движение по пересеченной местности заставило вспотеть даже эльфов в их кожаных доспехах, а наемники практически выбились из сил.
Измученные несколькими неделями «игры в прятки» с охотниками за головами, люди повалились на землю, едва услышав распоряжение о привале.
- Метос, - имя капитана наемников в устах Ар`Эстеля прозвучало как-то по-особенному. Не дожидаясь, пока тот ответит, эльф направился в сторону, подальше от людей. Мужчина без возражений пошел следом. Его немногословие ценилось эльфами на вес золота, и было по душе хозяину каравана.
- Какие-то указания? – он окинул поляну взглядом, а потом посмотрел прямо на лейтенанта.
- Назначь дежурных. Отряди кого-нибудь за водой, - распорядился лейтенант. – Пусть твои люди слишком не расслабляются. Размести их ближе к переправе.
Метос кивнул. Приказы лейтенанта Ар’Эстеля, как и приказы Ангмортского Волка не подлежали обсуждению.
Разумеется, если отряд подвергнется нападению, первыми примут на себя удар наемники. Это даст время эльфам сгруппироваться для обороны и ответной атаки. Отработанная тактика всегда приводила к успеху, а наемники отрабатывали каждую медяшку своего жалования кровью. И дело было даже не в том, что для моровен люди были всего лишь «мясом». Наемники всегда продавали свои жизни нанимателям, но мало кто был так щедр к выжившим, как эльфы. Богиня войны покровительствовала только самым сильным, и беловолосый придерживался того же правила в расчетах с теми, кого брал на службу.
Метос вернулся к своим и погнал за водой молодых парней, пришедших к нему в отряд в Илирисе. Вылазка за рабами сильно потрепала ряды наемников и, с согласия Нариса, он набрал полтора десятка молодых рекрутов. Один из них – весьма неплохой мечник, напоминал Метосу его самого в молодости, когда желание быть лучшим и первым столкнуло его с верной дороги. Если бы тогда ему хватило ума прислушаться к словам своего капитана и не лезть в политику, возможно, сейчас он доживал бы свой век капитаном стражи у барона Альрика из Ферса. 
Распределив обязанности, Метос присел рядом с побратимом, приняв из его рук флягу. Прихваченные из трактира лепешки и копченая свинина гораздо лучше шли под эль.
Ар`Эстель тем временем занялся распределением еды между своими. Эльфы сидели, как всегда, особняком, не спеша расслабляться. Их кони, предоставленные сами себе, свободно бродили вокруг, объедая траву. 
Нарис спешился одним из последних. Раб хмуро следил за ним. 
- Ну что, помочь? Силенок на землю ступить не хватает? – издевательски поинтересовался Волк. Мрак поднял голову, почувствовав настроение хозяина, фыркнул и, словно участвуя в шутке, поддал задом.
Ноги Румила задеревенели. Пальцы еще слушались, а вот все пониже спины, кажется, срослось с лошадиными боками. Одежда, которую ему дал прежний хозяин, была льняной, колкой, жесткой и совсем не годилась для верховых путешествий. Там, где ноги и ягодицы соприкасались с лошадиным крупом и боками, кожа была сильно стерта. Эльф не позволил ему пойти пешком, а признаться в том, что у него возникли проблемы, Румил не захотел и теперь пожинал плоды своей гордости.
- Мне и тут хорошо, – пальцы судорожно вцепились в луку седла. – Чем дальше от тебя, тем лучше.
Нарис неодобрительно покачал головой и без предупреждения сдернул его с коня. Румил не сумел удержаться и рухнул вбок. 
- Ай! Гад! 
Беловолосый неласково опрокинул его, лишь слегка придержав у самой земли за шкирку. 
- Следи за языком, щенок, – тупой носок сапога больно ткнулся в бедро мальчишки. – Или останешься без обеда!
Румил ответил взглядом, полным ненависти. 
- И не подумаю, – бросил он. – Лучше уж сдохнуть, чем ехать с тобой.
Нарис ухмыльнулся еще шире. Щенок показывал зубы, огрызаясь на матерого волка. Испытывать терпение хозяина – не самый разумный поступок. Потрепав коня по холке, он направился к отложенной для него Ар`Эстелем снеди. Отломив кусок хлеба, он предложил его Мраку, и тот с радостью сжевал лакомство. 
- А ты останешься без обеда, – беловолосый вернулся к своим воинам и приступил к трапезе.
Голод успел притупиться в дороге, хотя и не исчез совсем. Румил пытался размять ноги, не глядя на других. Противостояние с хозяином таверны частенько оканчивалось так же. Юноша на собственном опыте знал: главное - отвлечь внимание, не думать о еде, не видеть ее. Лучше сосредоточиться на боли, которая, словно огонь, жжет натертую кожу на бедрах и коленях. По ощущениям, там и кожи не осталось.
Нарис следил за мальчишкой, жмурясь от яркого света. Гордости в этом неприрученном звереныше было больше, чем роста. Это качество, неуместное для раба, вызывало одновременно и уважение, и насмешку. Наблюдать за мальчишкой было интересно.
Моровен(5) закончили перекус и теперь отдыхали, расположившись на плащах и дорожных одеялах. Ветер отогнал тучи к северу, и солнце выжаривало траву. Здесь, на холме, ветер приятно обдувал разморенных всадников, отгоняя прочь вездесущий гнус. Наемники лениво переговаривались, обсуждая между собой, куда спустить заработанные деньги. Эльфы, гораздо более практичные, в большинстве предпочли короткий сон, помогающий снять усталость.
Румил закатал штаны до колена, разглядывая раздраженную кожу. Когда-то и его руки выглядели ничуть не лучше. Колка дров, вскапывание огорода, уборка – всему этому ему пришлось учиться на ходу. Упавшая на него тень заставила юношу поднять голову. Эльф подошел совершенно неслышно. Рядом на траву упал мех с водой. Румил проигнорировал это, неторопливо раскатывая штанины обратно.
- Пить хочешь? – Ар`Эстель толкнул к нему мех.
Последний раз Румил попил утром, когда умывался. И сейчас бы не отказался от пары глотков свежей воды. Но высокомерие, с которым к нему обращались, вызвало желание сделать все наперекор.
- Не хочу, – юноша поднялся, стараясь выглядеть равнодушно. Взгляд упал на флягу на поясе эльфа. Сами остроухие, скорее всего, пьют что-нибудь получше, чем простая родниковая вода. Румил отвернулся от него с намереньем отойти. Ар`Эстель не собирался нежничать со строптивцем. Схватив мальчишку за плечо, он развернул его и кивнул на мех с водой.
- Пей. Полумертвый ты будешь обузой.
Раб покривился от этого замечания, нагло рассматривая эльфа.
-  Если я обуза, не тащите меня с собой.
- Если ты будешь не нужен, - хмыкнул Ар’Эстель, – Ар’Нарис принесет тебя  в жертву Тиаматис. Пей, если ценишь свою жизнь, крысеныш.
Румил обратил взгляд туда, где сидел беловолосый. Его, похоже, это представление забавляло. Раб нахмурился. Вот теперь он точно не станет утолять жажду. Подняв с травы мех, он сунул его Ар`Эстелю со словами:
– Ненавижу эльфов. Теперь знаю, за что, - громко, чтобы это услышал и Нарис.
- И за что же ты их ненавидишь? – фыркнул беловолосый, потягивая вино.
- Ведут себя так, словно весь мир под них должен стелиться, – Румил двинулся прочь. Ноги дрожали от напряжения. 
- Иди ко мне, – скомандовал Нарис, похлопав по одеялу рядом.
Румила это разозлило еще больше.
- Нет. Я тебе не собака, и ты мне не хозяин, – мальчишка даже не обернулся, хотя спиной ощущал опасность.
Нарис, следя за ним, закупорил флягу, а потом запустил ей, метя под правое колено раба. Румил не выдержал и обернулся, как раз вовремя, чтобы увидеть замах. Тупой удар, пришедшийся под колено, сбил с ног. Раб рухнул, со стоном обхватив руками ушибленное место.
- Принеси мне флягу, – потребовал Нарис.
Наемники уже давно прекратили свои разговоры, наблюдая за происходящим. Удачный бросок вызвал хохот и одобрительные возгласы.
- Хех, похоже, парня давно не секли...
- Ничего, Волк и не таких укрощал...
- Да, повезло тебе, парнишка, с хозяином...
Младший лейтенант Керз даже предложил побиться об заклад на то, сколько продержится мальчишка. Эльфы помалкивали, наблюдая за происходящим и холодно улыбаясь. Забавы своего Князя они воспринимали как должное. Ангмортский волк может поднимать свое настроение, развлекаясь, как ему угодно. Жалеть его очередную игрушку никто не собирается.
- Гад. Сам возьми! – Румила этот смех разозлил больше, чем вежливое равнодушие. Он ничем не хуже этих людей! Почему с ним так обращаются?
Нарис неторопливо поднялся, подошел к рабу. Вздернув за шкирку и подобрав флягу, он потащил мальчишку на свое место.
- Что я тебе сказал, щенок? – ядовито поинтересовался эльф.
Ноги плохо слушались. Румил молчал, зло зыркая в сторону воинов, видевших его унижение.
Беловолосый дотащил его и бросил на одеяло.
- Снимай штаны, – приказал он.
- Это еще зачем? – пробурчал Румил.
Смех и разговоры снова стихли. Взгляды наемников сосредоточились на этих двоих. Контраст, который представляла эта парочка, сам по себе уже заслуживал внимания, а столкновение характеров придавало пикантности привычному зрелищу «укрощения».
- Собираюсь выдрать у всех на глазах, – Нарис выглядел решительным и серьезным.
- Ч-что? И не подумаю! – Румил не вскочил на ноги только потому, что тело плохо слушалось его. В трактире он слышал два смысла этого слова. Что имеет в виду этот эльф? Хотя... что бы ни крылось под этими словами, он не собирался подчиняться! – Обойдешься!
Нарис присел рядом и потянулся к его штанам.
- Обойдешься! - голос раба стал сиплым от волнения. В голове тревожно метались мысли о том, что можно предпринять, чтобы спасти себя от позора. Хромой и изрядно побитый, уставший и отчаявшийся, он не сможет стать серьезным противником. Но позволять поступать с собой так на глазах у всех... Пересилив боль, он перекатился и встал на четвереньки, лицом к лицу с эльфом. Нарису было лень бороться с непокорным рабом. Рванувшись вперед, он повалил мальчишку на бок и навалился сверху, стараясь зафиксировать руки мальчишки.
Эльфы молча наблюдали за этим поединком. Сила, разумеется, была на стороне Нариса, а раб брал упрямством, хотя и не было понятно, почему этот мальчишка до сих пор может сопротивляться.
Румил сражался с эльфом так, словно от этого зависела его жизнь. Обещание позора пугало его гораздо больше, чем гнев эльфа. Помощи ждать было неоткуда, и его сопротивление принимало все более отчаянный характер. Нарис оставил попытки прижать его к земле и попросту сел на него верхом, мешая подняться и распутывая завязки на штанах. Румил пыхтел, дергался и рычал с досады, не в состоянии освободиться. Когда штаны начали поддаваться, он отчаянно рванулся, почти сбросив с себя Волка. Освободившимися руками он вцепился в волосы эльфа, оттягивая его голову назад.
- Не трогай меня!
Вспышка боли все испортила. Игра перестала быть игрой. Гнев поднялся в душе Нариса темной волной, готовой утопить в крови мальчишку, дерзнувшего поднять на него руку. Беловолосый ощутил, как темнеет в глазах от накатившей ярости. Да кто он такой, этот раб, возомнивший о себе невесть что?!
- Отпусти, – прошипел эльф.
- Нет. Это ты отпусти. Я не позволю тебе так со мной поступить! – юноша и не думал разжимать руки. Он уже понимал, что перешел какую-то опасную грань, но уязвленное самолюбие и страх быть опозоренным не позволяли сдаться так просто.
Нарис качнулся назад, перехватил запястье мальчишки и вывернул. Румил вскрикнул и выпустил волосы эльфа. Лицо беловолосого внезапно оказалось очень близко. Зрачок потерялся в темноте глаз - в провале, из которого скалилась смерть. От пальцев эльфа, сомкнувшихся на шее, исходил холод. Румил не смел зажмуриться, боясь упустить момент, когда эта тьма выплеснется и задушит его.
Где-то за пределами зрения хохотнул наемник, еще не сообразивший, в чем дело. Нарис медленно повернул голову туда, откуда послышался смех. Пространство вокруг опустело. Наемники и эльфы, почувствовав приближение приступа, покинули свои места. Румил, придавленный тяжелым телом, мог лишь позавидовать им. Беловолосый снова обернулся к нему. Теперь он улыбался. Видеть на этом мертвом лице веселье было еще страшнее. Рука снова сжалась на его горле, а вторая легла на рукоять клинка. Румил глянул вниз, на светлое лезвие и понял, что добился своего. Мысленно он попросил Артемис принять усталую душу и быть милостивой к тому, кто убьет его. Обращение ли к светлой богине или что-то иное погрузили его в какое-то небытие. Румил как будто бы поплыл, сознание заполнилось сиянием, тишиной и тонкой необъяснимой гармонией. Это ли было причиной или эльф пересилил свой гнев, но все внезапно кончилось. Точнее почти кончилось. Нарис слез с Румила и сел. Мальчишка было шарахнулся прочь не разбирая дороги, но Ар’Эстель перехватил его раньше, чем раб успел опомниться. Лейтенант был зол и, не нежничая, отвесил пинка в живот наглому щенку, чтобы утихомирить его. Усевшись рядом со скрючившимся телом, он крепко перетянул запястья Румила поданной другим эльфом веревкой.
Нарис смотрел на эту возню без интереса, словно погрузившись в апатию. Со стороны казалось, что, даже если бы сейчас на них напали, беловолосый остался бы так же невозмутимо сидеть на месте. И лишь рука, сжимавшая рукоять, выдавала внутреннее напряжение. Богиня отступила, но Нарис ощущал ее, как та бесновалась там, где-то внутри, требовала мук этого никчемного и жалкого раба. Богиня могла сломить своего слугу, могла уничтожить его сознание, но это стало бы благом для ее врага. Гнев Тиаматис отозвался болью в каждой клетке, болью за гранью физической. Нарис помнил, что его окружают те, кто идет за ним в бой, поэтому никто не должен видеть и понимать того, что испытывает их Князь. Нет, не сейчас, но скоро ему нужна будет жертва, которая даст еще немного времени в относительном покое. Довольно и того, что он в каждом бою пожинает обильные жертвы для Паучихи. Довольно. Как только беловолосый смог сосредоточиться, богиня отхлынула, как волна черного моря.
Ар`Эстель закончил вязать мальчишку и встал, ожидая приказа. Раб, разбудивший жажду крови, должен быть принесен в жертву Тиаматис. Негласное правило, установленное ради удачи отряда, исполнялось неукоснительно. Боль и смерть взамен  благословения темной Богини в бою. Взамен... он уже несколько раз видел, каким становится взгляд его Князя... как в нем нарастает, а потом умирает безумие... безумие боли и агонии. Вечной, как небытие. Губы лейтенанта сжались в тонкую линию. А все из-за какого-то грязного раба!
Мысли Ар’Эстеля прервал подошедший к рабу Нарис. Румил заерзал, попытался перевернуться, но одержимый Тиаматис не позволил ему. Под взглядом беловолосого двое эльфов, стоявших поблизости, прижали раба к земле. Молча выдернув из своих брюк ремень, Волк примерился и от души вытянул распластанного мальчишку. Румил дернулся, шипя от боли и бессильного гнева. Следующий удар заставил его вжаться в землю.
Прежний хозяин тоже порол его, но не так. От каждого удара кожа горела, словно ошпаренная. Румил слышал, как свистит в воздухе опускающийся на его спину ремень, чувствовал легкое сопротивление воздуха, предшествующее обжигающему прикосновению. Тело содрогалось от боли, а душа захлебывалась ненавистью и бессилием. Лучше бы он сдох. Не рождался. Не жил. Никакого унижения. Никакой радости. Никакой боли. Никогда. Нарис остановился, когда счел, что раб наказан в достаточной мере. Мальчишка остался лежать на земле даже после того, как его опустили.
- Эстель, развяжи, - ровно произнес беловолосый.
Лейтенант развязывал запястья, наблюдая за наказанным рабом. После порки мальчишка притих, но во взгляде потемневших от боли глаз не было ни покорности, ни раскаянья. Едва веревка, стягивавшая его запястья, упала на землю, упрямец попытался встать. Смотреть на раба было неприятно - упрямо закушенная губа, дорожки, прочерченные слезами на пыльном лице, сухие травинки, приставшие ко лбу и запутавшиеся в волосах, горящие ненавистью глаза. Извалянный в пыли мальчишка сейчас походил на злого затравленного волчонка. Ар`Эстель поднялся и последовал прочь, про себя удивляясь благожелательности и терпению Нариса.
Румил чувствовал слабость, но упорно полз прочь, раз уж не получилось встать. Рубашка больно натирала спину, и он без раздумий скинул ее. Хотелось заползти куда-нибудь подальше от всех этих эльфов, людей и полежать в тишине. А еще лучше скатится с холма, добраться до поблескивающей внизу воды и лечь в нее горящей спиной. На него упала тень, и в следующую минуту кто-то вздернул его на ноги. Беловолосый был мрачен и деловит.
- Я не разрешал уходить, – обронил он, волоча мальчишку к расстеленному плащу. Уложив свою ношу, эльф порылся в поясном кошеле. На землю рядом с рабом упала небольшая коробочка из полированного дерева. Нарис присел рядом и стал покрывать исхлестанную кожу густым слоем пахнущей травами мази. Румил помалкивал, старательно сохраняя независимый вид. После порки у него хватило ума не огрызаться. Лекарство жглось, и от этого хотелось чесаться, но юноша одергивал себя, всякий раз напоминая себе о возможности продолжения наказания. Единственное, что он позволил себе, - это тихое ворчание, что по-хорошему ему следовало бы искупаться в этом лекарстве целиком, что проклятый эльф не оставил на нем уже ни одного живого места. Нарис окончил смазывать спину и попытался снять с раба штаны, чтобы обработать остальное. Раб заворочался и снова вцепился в свои обноски. Волк совершил еще одну попытку, и, не добившись результата, поднялся. Мальчишка сам напрашивался на наказание и мог переупрямить кого угодно. Легче было просто убить его, чем заставить слушаться.
- Вставай, – Нарис подобрал коробочку с мазью и убрал обратно в кошель.
Мальчишка сел и замер, стараясь не бередить свои «боевые ранения». Во взгляде ясно читалось, что он лучше сядет голым в муравейник, чем подчинится.
- Я никуда не поеду, – сообщил юнец.
- Хочешь остаться? – Нарис с намеренным лязгом вытянул меч из ножен.
Упрямый раб даже не подумал испугаться.
- Лучше ножом по горлу, это вернее, – мрачно сообщил он чуть дрогнувшим голосом.
- Я обещал принести тебя в жертву. Сначала отрублю руки и перетяну раны, чтобы ты не истек кровью раньше времени. Потом отрублю ноги, не сразу, постепенно, начиная со ступней. – Нарис перечислял свои действия спокойно, даже скучающе. – Потом возьмусь за внутренности.
- Да делай, что хочешь, только отвяжись от меня! Только бы не видеть твою морду с этой поганой...
Удар сапогом под дых прервал его. Румил скорчился от боли, задыхаясь и не пытаясь защититься. Сознание поплыло, и раб свалился в обморок.
Нарис убрал меч и, перехватив бесчувственное тело, забросил его себе на плечо. Подтащив Румила к коню, он ненадолго уложил его на землю, чтобы приспособить свой плащ, а затем закинул поперек седла на получившуюся скатку. Взлетев в седло, эльф тронул поводья, и конь неторопливо тронулся в путь. За Мраком двигался серый в яблоках конь лейтенанта, а за ним уже по двое, насколько позволяла местность, ехали остальные всадники. Замыкал кавалькаду отряд людей. Метос знал свое место.
Волк придерживал мальчишку одной рукой, размышляя над ребячливой гордостью, которую проявлял его пленник. Глупый дерзкий мальчишка навлекает на себя беды, но вызывает в нем почти магнетический интерес.
Зеленые холмы вокруг дышали покоем. Пологие спуски и подъемы к вечеру сильно утомят и лошадей и всадников, но приведут его к намеченной цели. Сегодня его соратники смогут немного отдохнуть, а затем снова нескончаемая дорога, игра в «кошки-мышки» с отрядами наемных убийц до самого побережья. Только сбыв груз, он сможет вздохнуть свободно.
Юноша застонал, приходя в себя. Открыв глаза, он поднял голову, пытаясь сориентироваться. Нарис ухмыльнулся, глядя на его мучения. Закусив губу, Румил постарался принять вертикальное положение и непременно свалился бы, если бы эльф не придержал его. Подтянув мальчишку к себе, он помог тому перекинуть вторую ногу и усесться. Румил плюхнулся на скатку и, не сдержавшись, застонал. Болели живот и поясница, а все, что ниже, превратилось в один сплошной источник боли.
- Пить хочешь? – поинтересовался Нарис.
- Нет, – мальчишка отвечал сухо, не принимая чужое участие. –  Ничего, кроме смерти, я не хочу.
Нарис оставил без ответа эту глупую детскую браваду. Люди всегда хотят жить. Смерть для них страшнее боли и лишений. Эльф отстегнул флягу с вином и передал рабу, оказывая честь, которую тот вряд ли оценит: – Пей, а то волью насильно.
Юноша будто бы через силу сделал пару глотков. Хорошее вино немного притупило боль, заставив вспомнить о других неприятностях. Рубашка осталась на привале. На теле нет ни одного живого места от полученных побоев и долгой скачки. Вокруг леса и ни одного поселения, где бы он мог получить помощь. Да и кому нужен избитый нищий раб?
Неутешительные мысли юноша сдобрил еще парой глотков. Вернув фляжку хозяину, Румил сгорбился, чувствуя, как откуда-то изнутри поднимается жар. Кажется, он заболел.
Голые плечи мальчишки в светло-лиловых рубцах от кнута и ударов выглядели жалко.
Мальчишка оглянулся:
- Отпусти меня. Тебе что, жалко? Я и так скоро сдохну,- он ощутимо дрожал, словно в ознобе.
- Нет, – отрезал Нарис. - Эй, Моръо, передай мне свой плащ.
Подъехавший воин без вопросов передал ему темный, подбитый стриженым мехом плащ. За подобную вещь многие знатные люди на Южном континенте готовы были выложить кругленькую сумму. Ветер, дождь, снег, грязь были не страшны удобной и практичной вещи, которой эльфы пользовались еще и как одеялом. Волк накинул плащ на мальчишку. Сердце неожиданно пропустило несколько ударов, когда он вспомнил, кого укутывал когда-то так заботливо. Нахлынувшие воспоминания унесли его прочь от зеленых, вол
Наверх
« Последняя редакция: Август 4, 2014 :: 12:20am от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #11 - Май 3, 2007 :: 2:31pm
 
Взгляд оторвался от спины эльфа. Раскинувшиеся вокруг поля поражали своей ширью. Привыкнув к тесноте двора, Румил не мог сейчас сдержать изумленного восклицания, когда ему открылось, каким огромным может быть мир. Свежий воздух, без примеси городской вони, кружил ему голову. Мимо пролетали пригородные домики, разноцветные поля сменяли одно другое, мелькали луга с пасущимся скотом. Румил с неподдельным интересом наблюдал за менявшимся пейзажем, разнообразие впечатлений скрадывало холодок, который возникал у него при взгляде на фигуру «нового хозяина».

***

Лошадям позволили сбавить ход, когда стало ясно, что погоня безнадежно отстала. К тому времени отряд миновал не меньше двадцати пяти верст. Румил, утомленный скачкой, угрюмо цеплялся за эльфа, мечтая об остановке. Жесткий круп жеребца отбил всю охоту к продолжению путешествия, но его мнения никто не спрашивал.
К сумеркам отряд, наконец, подъехал к лесу. Здесь неподалеку начинался старый тракт, по которому следовал оставленный ими караван.
Лейтенанты съехались к Нарису, чтобы решить, продолжать ли путь. Капитана людей Метоса, собравшегося было присоединиться к эльфам, окликнул лейтенант.
— У нас лошади устали. Того гляди загоним, — Керз кивнул в сторону эльфов. — Этим-то что. Они еще столько же проскачут. Надо бы сказать беловолосому.
Нарис сверился с картой, выслушал донесение следопытов. Караван проходил здесь два дня назад. Следов больших отрядов, следовавших за ним, воины не обнаружили. Герцог оставил на потом эту «мелочь», рассчитывая поймать отряд в одном из городов, куда, так или иначе, приедут вымотанные эльфы, и просчитался.
Не вылезая из седла, Нарис раздал указания, распределяя, кто будет дежурить в эту ночь, и отправил дозорных поискать место для ночлега и обследовать окрестности.
День постепенно гас, садящееся солнце с трудом находило путь к земле сквозь густую щетку леса. Воздух становился прохладнее, а на небе уже выглянуло второе око Судьи — волк-луна.
Воспользовавшись занятостью эльфа, Румил расцепил усталые руки и сполз с коня вниз. Ноги гудели, поясница, и все, что пониже спины, отзывалось болью на непривычный способ передвижения. Сойдя с дороги, Румил присел на старый пень с краю, отдыхая и потихоньку разминая мышцы...
— Хм, собрался остаться здесь?.. — язвительно поинтересовался эльф, проследив попытки человечка привести себя в порядок.
— А что, можно? — буркнул под нос мальчишка. В лесу он не бывал. — Тогда я пойду...
Нарис прищурился, разглядывая мальчишку. Большую часть времени эльфу было отчаянно скучно, быт и постоянные скитания тяготили его. Он искал новых развлечений, но, обычно, больше всего его привлекал поединок воль. Пусть этот мальчишка раб, но он не сломлен, и явно не желает мириться с обстоятельствами. Даже сейчас во взгляде затаилось бунтарство. Да, он вышколит этого раба, но не сразу. Не сразу. Пусть это будет его, Нариса, охота… Бледно-фиолетовые глаза жадно исследовали худощавую фигуру. Было что-то в этом рабе… редко встречающееся в людях. Он ни в коем случае не походил на деревенских грубоватых увальней, да и от не слишком утонченной, на вкус эльфа, человеческой знати, Румил тоже довольно сильно отличался. Интересно, а не согрешил ли его дед с пленной эльфийкой?
На опушке возник темный силуэт одного из пятерки разведчиков Моръо. Остановившись перед своим Лордом, темноволосый эльф коротко поклонился и доложил:
— Ар’Нарис, неподалеку есть подходящая поляна. Место удобное и хорошо просматриваемое, — разведчик осекся, осознав, что оговорился, произнося имя лорда. Тот приказывал называть себя просто Нарис, не акцентируя внимание на происхождении. Готовясь к вспышке гнева, разведчик склонился ещё ниже.
— Эй, мальчишка, умереть захотел? — Ар’Эстель, гарцевавший на коне неподалеку от Нариса, подъехал к поднявшемуся на ноги, ворчащему себе под нос рабу, тесня ближе к Лорду. — Как ты смеешь дерзить?
— Как? Я разве что-то сказал? — Румил замолк. У эльфов, определенно, слишком острый слух. — Я так… просто.…Ну, я пошел?
Нарис ухмыльнулся и промолчал. Ему нравилась дерзость этого мальчишки. С одной стороны, эльфу хотелось сломать ее, смять железным кулаком своей воли, а с другой — продлить так веселившую его игру.
— Иди сюда, раб. Со мной поедешь. И отряхнись получше, — он кивком отослал своего адъютанта. — Моръо, покажи Ар`Эстелю место привала.
Согласно кивнув, лейтенант скомандовав сбор. Слаженный небольшой отряд эльфов беспрекословно подчинился, и со стороны казалось, что каждый из них понимает другого без слов. Наемникам же понадобилось время. Молодые воины, набранные недавно, еще не успели проникнуться железной дисциплиной, усматривая в скупых командах эльфов какие-то оскорбительные намеки.
— Румил. Меня зовут Румил, — раб оглядел себя и без нужды принялся отряхиваться, прикидывая расстояние между собой и деревьями.
— Не вздумай даже пробовать, — тихо предупредил Нарис. — Полезай в седло, — приказал он.
— Хм... — Румил задрал голову, — Ты мне не хозяин.
— Ошибаешься. Теперь я твой хозяин, — он подъехал ближе и повернул коня боком. — Полезай, а то поедешь поперек седла.
— Нет, — Румил нырнул под брюхо вороного и рванулся в лес со всех ног, стараясь держаться так, чтобы плотно растущие деревья мешали погоне.
Несколько эльфов из отряда устремились было следом, но Нарис жестом остановил их. Он стремительно соскользнул с коня и бросился за убегающим рабом. Пожалуй, такая погоня его развлекала.
Кусты царапались и мешали мальчишке бежать. Затекшие конечности давали о себе знать, но раб вкладывал все свои силы, чтобы уйти от погони. Нарис быстро сокращал разрыв, привычно укорачиваясь от веток и ловко огибая камни и пни.
Румил несся вперед не оглядываясь. Знания о том, что следует делать, всплывали откуда — то из глубины сознания. Не воспоминания даже, а память тела из его забытого прошлого направляла его. Сейчас он просто знал, как себя вести, чтобы уйти от погони. Главное — не останавливаться. Босые ноги стремительно несли его прочь по плотному ковру листьев и травы. Теперь он выбирал места почище.
Но эльф был быстрее и выносливее. Он несся, как будто на пути не было препятствий. Нарис видел цель и гнался за ней с целеустремленностью волка, загонявшего свою добычу.
Раб несся все быстрее, однако он вряд ли мог долго выдержать тот темп, в котором пытался уйти от погони.
Темный усмехнулся, продолжая преследование. Он уже предвкушал свою победу и то, что сделает с беглецом. Юноша неожиданно свернул в сторону, стремясь к поваленному дереву, точнее, к норе под ним. Нарис скользнул ему наперерез. Румил опустился на четвереньки и юркнул в нору. Эльф кинулся следом, успел поймать мальчишку за ногу и потянул обратно. Румил цеплялся за землю и корни, пытаясь удержаться.
— Пус-ти меня, ты мне не хозя-ин! — зарычал он, извиваясь.
Эльф вытянул его наружу и, перехватив за запястья, вздернул верх. Прижав его к дереву, он принялся сдирать с него штаны, собираясь примерно проучить строптивца. Раб отчаянно сопротивлялся. Грязные пятки мальчишки лупили по сапогам. Пришлось чуть отодвинуться, чтобы его ноги не достигали цели. Эльф забавлялся его бессильной яростью, упивался слабостью жертвы.
— Отпусти! Немедленно! — Румил извивался, стараясь достать Нариса хотя бы ногой, понимая, что если и удастся пнуть его, то для эльфа этот удар будет не сильнее укуса комара.
«Убей его…» — это был не шепот, а мысль, почти материальная, заставившая тело Нариса заныть от жажды взять эту беззащитную, такую желанную жертву. Хотелось рвать, терзать, входить в эту плоть. Хотелось крови и боли, почти нестерпимо. В груди разрасталось привычное чувство, на разум, который был не в силах сопротивляться, падала фиолетовая пелена ярости и жажды разрушения.
Нарис выдохнул сквозь зубы. Нет. Этот мальчишка, раб, ничто — это его жертва. И, если он убьет его, то только ради своей прихоти, а вовсе не для Тиаматис. Эльф дернул его на себя, так что у мальчишки подкосились ноги и, завернув руку за спину, быстро нажал на сонную артерию, вырубая Румила. Когда тот обмяк, эльф выждал еще пару секунд и отпустил его. Сняв просторный черный плащ с плеч, завернул в него мальчишку, укутав с головы до ног. Так ему будет и тепло, и трепыхаться лишний раз не сможет. Нарис довольно хмыкнул и, закинув ношу на плечо, поспешил обратно к отряду, оставляя свою темную страсть, разбуженную погоней, неудовлетворенной.
Наверх
« Последняя редакция: Октябрь 31, 2007 :: 12:28pm от JC »  

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
Eina
Магистр
****
Вне Форума


Бог меня простит, это
его специальность. (с)

Сообщений: 700
Ukraine
Пол: female
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #12 - Май 4, 2007 :: 11:50am
 
Я в постоянной группе поддержки Нариса    Очень довольный
Наверх
 

Покорность - вот единый путь,&&А этого мне гордость не велит...&&
273757166  
IP записан
 
Jess
Мегамодератор
*****
Вне Форума


Не слушай слова, слушай
безмолвие

Сообщений: 1134
Подмосковье
Пол: female
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #13 - Май 4, 2007 :: 12:24pm
 
Свои замечания уже скинула в личку, повторяться не буду Улыбка
Одно только подчеркну – хотелось бы в описаниях больше детальности и меньше обобщений. Например, написано:
«Нарис быстро сокращал разрыв, умудряясь уворачиваться от возникавших препятствий.»
и немного дальше
«Он несся, как будто на пути не было препятствий из кустов и корней.»
Он же по лесу несется, а не по беговой дорожке? И это роман, а не спортивный комментарий?
Нарис быстро сокращал разрыв, умудряясь уворачиваться от тянущихся к нему ветвей деревьев и колючек, норовящих разорвать его плащ.
Он несся, легко перепрыгивая через корни и огибая кусты.
Это я для примера, утрирую, но чем больше реальных деталей, тем интереснее читать.
Все хорошо, но хочется, чтобы было ещё лучше Улыбка
Спасибо! Улыбка
Наверх
 

Если вы обнаружили, что не так умны сегодня, как вам казалось вчера, значит, сегодня вы стали мудрее
293520794  
IP записан
 
JC
Дитя Тысячелетий
*****
Вне Форума


Жизни вкус в капле крови
твоей...

Сообщений: 2752
Чехов
Пол: male
Re: Белый волк, NC-21, в процессе написания
Ответ #14 - Май 4, 2007 :: 12:49pm
 
Ага! Спасибо, девушки - Джесс и Ейна! Улыбка

Джесс, будем-с медетировать. Улыбка Точнее Марти будет медетировать над этим как редактор, а уж мы с МиНор ошибочки будет править. Больш, конечно, МиНор будет. Улыбка
Наверх
 

Carpe jugulum!
331785723  
IP записан
 
Страниц: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 26